"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ), стр. 1282

— Я не могу просто сидеть и ничего не делать! — даже у хладнокровия ледяных магов есть свои пределы.

— Мы не будем «сидеть и ничего не делать», — так, достать из кармана фирменную настойку, едва ли не с самого начала моих приключений там болтающуюся. Наливаю в ледяной бокал и едва ли не силой вливаю в девушку. — Всё же вы с дочерью не чужие мне люди. Пусть тут и другие вы. Для начала, с детьми вы никуда не полезете…

— Мы не дети! — вскипел Грей. — Мы… мммм…

— Спасибо, дорогая, — ледяной кляп — очень весомый аргумент в споре с любым собеседником. — Так вот. Вам нужно будет перебраться в другие края. Мелким не помешает компания сверстников-магов, а если на Севере свяжут ваше появление в городе и исчезновение Делиоры, у некоторых личностей могут возникнуть вопросы. Совершенно ненужные вопросы, — я вновь кивнул на ребят. Ур, проследив за моим взглядом, скрипнула зубами, но согласно прикрыла глаза. Жизни она успела понюхать изрядно, так что прекрасно понимала, что исчезновение демона не останется незамеченным, а с учётом того, что летела к Грею она ничуть не скрываясь, кого первого будут по этому поводу спрашивать, также осознаёт. Как и тот факт, что люди бывают разные, а женщина с двумя детьми, что ещё толком постоять за себя не могут, и без поддержки кого-то могущественного за спиной — слишком удобная жертва. — И я знаю одно место, где вам будут рады.

— У тебя уже рефлекс? Всех к Феям? — Уртир закатила глаза.

— Что поделать — профессиональная деформация, хомячизм головного мозга.

— Да нет, там по-любому уже давно обитает тварь страшнее дракона.

— Что дальше? — Ур, узнавшая о дочери, явно не желала тратить время попусту.

— Дальше… вы с мелкими отправитесь туда, Уртир повспоминает, где в этом времени должен быть Брейн, думаю, вам обеим хочется сказать ему много интересного. А я заберу здешнюю Уртир и доставлю к вам. Кстати, где твоя местная версия должна быть сейчас? — поворачиваюсь к своей спутнице.

— Хм… Какой сегодня день? — спрашивает она у «матери».

— Эм… Одиннадцатое ноября… — заклинательница несколько ошарашена нашим очередным «резким поворотом», хех, ничего, поживёт с Феями месяц-другой и привыкнет. Ну или сбежит к тёмным гильдиям, как в итоге сделал один старик.

— К демонам подробности! Дата какая?! — прояснила мысль девушка.

— 776 год, 11 ноября, — ответила Ур *(Автор знает, что в «официальной хронологии» Грей в 774 году уже был в Феях, но это бред, поскольку в 74-м он только попал в ученичество к Ур, причём далеко не в начале года. Получается, что он освоил сродство и основы магии льда меньше чем за полгода и сделал это в неполные 8 лет. Как-то крутовато. А вот полтора-два года на учёбу — уже срок более реальный, к тому же косвенно он подтверждается периодами знакомства его с остальными членами нового поколения гильдии. *прим. Автора)*. А вот Уртир поджала губы и чуть отвела взгляд. Подобную мимику она демонстрирует лишь тогда, когда ей за что-то действительно стыдно. На моей памяти подобное было лишь во время разговора о Мелди.

— Или на летучем корабле Сердца Гримуара, или… в Райской Башне, домываю мозг Джерару.

— Сердца Гримуара — это же не одна из сильнейших тёмных гильдий Ишгала? — потрясённо спрашивает обеспокоенная родительница.

— У меня с пелёнок была плохая компания, — нехотя ответила девушка. Я же словно ведро ледяной воды на голову получил. Джерар — Райская Башня — Эльза в рабстве. Маленькая Эльза в рабстве. Пусть это не моя Эльза, но Эльза. И она ещё ребенок. И там же сидят Милли, Сорано, Кинана и остальные. А я тут сижу, с довольной рожей перевариваю демона и развлекаюсь…

— Крак… — подлокотники ледяного кресла, по своей прочности не сильно уступавшего алмазу, с жалобным хрустом разлетелись мелким крошевом под мгновение назад расслабленными пальцами.

Эманации жажды крови и разрушений, перекрывающие таковые у Делиоры в десятки раз, расползлись по наколдованному дому. Но так же, как всё резко началось, всё резко и закончилось. Поднявшийся из кресла маг, почему-то с тёмными и укоротившимися волосами, отстранённо произнёс:

— Прошу прощения, я только что вспомнил об одном неотложном деле, — холодный и равнодушный голос пробирал до глубин души. Вроде бы ничего необычного, но за совершенно обыденными словами слышались крики пытаемых грешников и радостный визг полчищ демонов. Жест рукой — и пространство разрывается, открывая арку перехода. — Уртир, бери Ур и мелких, это переход в Магнолию. Сообщи Макарову, что скоро ему нужно будет ждать большое пополнение. Я прибуду через… некоторое время, — ещё один жест, и чернокнижник исчезает во вспышке мрака.

— Это что сейчас было? — Милкович этого мира сглотнула подступивший к горлу комок. Бояться — это нормально. Она боялась Делиору, но всё же вышла против него, она боялась обращаться к уроду Брейну, но всё же смогла пересилить этот страх, чтобы попытаться спасти дочь. Но сейчас… колени просто тряслись, а сердце испуганной птицей билось в груди, стремясь покинуть тесную клетку рёбер.

— Сефирот в бешенстве, — Уртир была умненькой девочкой и о причинах резкого изменения настроения своего спутника догадалась сразу.

— В бешенстве? Его внешность изменилась! И он выглядел так спокойно, будто за чаем направился…

— Да. И это спокойствие — самое страшное в нём… И притягательное, — а ещё у Уртир был несколько извращённый вкус. Ну или он стал таковым под воздействием знакомства с неким магом. Ведь всегда и во всём виноват бараб… в смысле, Сефирот. Но это уже другой вопрос.

— И что нам делать?

— Воспользоваться порталом, он не будет висеть здесь вечно. В твоём доме ничего критически важного не осталось?

— Нет, — покачала головой Ур, — ничего, без чего бы я не смогла обойтись, — маленькое детское одеялко, над которым было пролито немало слёз, ей больше не понадобится. А более ничего ценного у волшебницы, до встречи с учениками жившей по инерции, просто не было.

— Тогда пойдём, — и женщины, подхватив детей, шагнули в пространственный разрыв.

Внутренние помещения системы Р. Примерно в это же время.

— Дедушка Роб! Нет! — старик закрывает её собой от убийственного огненного луча. На его губах улыбка — его жизнь не оказалась напрасной. Он смог, защитил, пусть и последний раз. Вот сжигающий поток подлетает к щуплой груди и… уходит в сторону.

И тюремщики, и их жертвы застывают в недоумении, их головы поворачиваются в направлении, куда ушёл залп, и удивление растёт. В глухом тупике, где точно никого не было ещё десяток секунд назад, стоял высокий темноволосый мужчина в тяжёлом плаще и с сияющей багрянцем радужкой.

И страшная атака просто застыла в его руках. Огонь играл и ластился, словно милый зверек. Но вот прошла ещё секунда, неизвестный сжал руку в кулак, и огонь погас, возвращая неприметный тупичок во власть теней. Девочке вдруг показалось, что в этих тенях есть что-то ещё… что-то зловещее… и голодное.

— Кто ты такой? — выкрикнул кто-то из надсмотрщиков.

— Забавно, — вот только ничего даже отдалённо напоминающего веселье в голосе жутковатого гостя не наблюдалось, — вы потратили десятилетия труда, заливали эти залы кровью, насыщали их муками жертв — и всё лишь для того, чтобы призвать сюда жуткое чудовище, проклятого чёрного мага… Но вот когда он оказался здесь, вы спрашиваете «кто я»?

— Г-господин Зереф? — в голосе тюремщика страх смешивался с восторгом, рабы же… Страх с новой силой напал на них, опутывая по рукам и ногам, всех… кроме одной.

— Кто бы ты ни был, мы всё равно выйдем отсюда! — единственный целый глаз девочки горел огнём решимости. Маленькая ручка стискивала рукоять большого кинжала, хотя для её габаритов — скорее, меча, до побеления костяшек. Страшный гость повернулся к ней и окинул изучающим взглядом, от которого немного не по себе стало даже столь отважной леди. Но вот его взгляд изменился, в нём появилось что-то странное и… тёплое?

— В детстве ты и вправду была воплощением милоты, Эльза. Даже в таком состоянии. Спасибо.