Небесный всадник 6 (СИ), стр. 35

А вот и земли облачного народа.

Честно говоря, эта сторона ничем не отличалась от противоположной, и если закрыть глаза и представить, что ты летел всё это время в другую сторону, то будет казаться, что обратно в Нарианскую империю вернулся. Предгорные луга, лес, реки и до самого горизонта.

Правда, нас пока никто не встречал, а потому Мелисса с Рондо скомандовали нам идти на посадку на предпоследней линии горного хребта. Мы не имели права нарушать чужую границу без приглашения, а значит оставалось лишь ждать, пока нас заметят и сами пригласят, как это было у меня с Ози и Тефеей у веелинок. Это если нас захотят вообще впускать…

Глава 151

— И долго нам ждать? — зевнул я, разглядывая таинственные земли, которые под вечер начало затягивать туманном. Кажется, теперь я понимаю, почему их облачным народом кличут. Реально, впереди всё будто в облаках утонуло.

— А что тебе тот дракон сказал? — спросила Тефея. — Что нас встретят? Или сразу лететь?

— Вообще он сказал сразу лететь в Долину каменных великанов. Про границу или что нас встретят, речи вообще не шло.

— Может мы зря ждём? — спросила Аэль, увлечённо играя в «набивалы» камнем. Никогда долго не удавалось продержать мяч. — И надо просто взять и залететь?

— Если верить другим, они всегда заранее знают кто где пересечёт границу, — сказала Мелисса.

— Из-за постов?

­— Посты или артефакты — без разницы, но выглядеть это будет очень не очень с нашей стороны, учитывая, что нас пригласили.

— Не вижу, чтобы кто-то спешил перехватывать нас, — сказал я и бросил взгляд на Вольфгана, который всё это время стоял на краю, как постовой, глядя на земли впереди. — Вольфган, а ты что скажешь?

— Мне нечего сказать.

— Вообще нечего? — уточнила Аэль.

— Нечего.

— Совсем-совсем?

Он недовольно обернулся на Аэль.

— Когда я говорю, что мне нечего сказать, это значит, что мне нечего сказать.

— Но вдруг ты думаешь, что тебе нечего сказать, но тебе есть что сказать, но ты пока не знаешь, и говоришь, что нечего, хотя что-то есть? — предположила она.

Тот аж слегка подвис от такого предложения. Смотрел на неё суровым взглядом, пытаясь понять, издевается Аэль над ним или нет, после чего просто отвернулся.

Мы сидели здесь уже несколько часов. Я хрен знает, где конкретно проходит граница, но предположу, что где-то в районе предгорья, как и у нас.

Может просто пересечь границу, чтобы уже кого-нибудь вызвать? Вряд ли на нас нападут, на шестерых… пятерых всадников, а мы хоть как-то привлечём внимание. С другой стороны, могут за нарушение границ без компенсаций отжать артефакт, что будет обидно. Но опять же, если отожмут, ведь нас пятеро, а это грозная сила. Скорее, договориться попытаются.

Но да, Мелисса не позволит испортить отношения с нашими далёкими соседями ещё до того, как мы даже познакомились, и здесь я был вынужден согласиться. Все другие мысли — это скорее мечты, чем план действий, поэтому оставалось просто сидеть и ждать. Час за часом, глядя на ночное небо.

И знаете что? Любые усилия рано или поздно вознаграждаются, потому что по утру, когда мы уже встали, а солнце активно прогоняло длинные тени от гор, от горизонта отсоединилось аж восемь точек.

Вскоре я уже мог спокойно различить длинные силуэты драконов, которые слегка извивались, как змею плывущие по небу. Можно было сразу сказать, что они летят с миром, потому что не пытались прятаться, скорее нарочито открыто летели, чтобы все в округе поняли, кто приближается.

— Итак, кто у нас свободно говорит на их языке? — сказала Рондо, и все взгляды сразу сошлись на мне. А потом медленно перекочевали на Вольфгана.

— Я не разговариваю на их тарабарщине.

— Танюшка говорила, они и сами неплохо говорят на нашем, — сказала Мелисса. — Поэтому не будем сразу раскрывать все карты и позволим им начать говорить первыми. Если знают — отлично, если не знаю — слово Самсону.

План был хорошим, а потом несогласных не нашлось.

Хозяева облачных земель (кстати, по утро туман так и не рассеялся) разделились, и пока одни извивались, словно змея, зависнув от нас на почтительном расстоянии или летали вдоль границы, единственная из небесных всадниц подлетела к самой горе. Не села — она встала на седло и шагнула с дракона, медленно спланировав к нашей компании на другой край вершины.

— Так, Самсон, ты со мной, остальные, будьте добры, стойте на месте, — попросила Мелисса и шагнула навстречу парламентёру.

Как и все небесные всадницы, девушка была молодой азиаткой, сложно сказать китаянка, японка или кореянка, потому что они для меня все на одно лицо. Она была одета в белый халат, как юката, но только более свободную слегка смахивающую на платье, с красным поясом, к которому крепились ножны и напомнила девушку из всяких манхв про культиваторов.

Мы остановились в метрах десяти друг от друга.

— Приветствую тебя, сестра по оружию, — кивнула Мелисса вместе со мной.

Та кивнула в ответ, разглядывая нас, после чего на ломанном языке спросила:

— Приветствую, сестра по ремеслу и, как я наслышана из сказов, брат, — поприветствовала она. — К границе нашей земли, дело какое привело важное вас?

— Нас пригласили, сестра по оружию. Пригласили прийти к алтарю, что расположен в Долине каменных великанов.

— И пригласил кто же и по какому случаю? — поинтересовалась она.

— Боюсь, личное дело, сказать не может, как и кто нас пригласил, — покачала головой Мелисса. — Мы ждали здесь в надежде, что те, кто нас сюда позвал, сами явятся и поприветствуют нас.

— Не слышала ни я, ни моя сестра по ремеслу об этом, потому извинить прошу, но границу вам не разрешаю пересечь. Вы понапрасну проделали этот путь долгий в наши земли, сестра по ремеслу.

— Ничего страшного, я понимаю, — кивнула она. — Спасибо, сестра по оружию.

Азиатка кивнула и пошла прочь к краю. Её дракон тем временем перестал извиваться, спикировал вниз и через мгновение… он её снёс. Так мне показалось сначала, а потом я увидел, как азиатка лёгким бегом движется от его головы к седлу, запрыгивает и улетает, как ни в чём не бывало. Выглядело, конечно, эффектно.

— Что скажешь? — спросил я.

— Скажу, что кто бы не попросил тебя принести артефакт, другим он не сообщил, что не сказать, что хорошо, — бросила она взгляд на Вольфгана.

Ну да, он же говорил, что там у них свая атмосфера и каждый тащит одеяло на себя, лишь в исключительных случаях объединяясь вместе, чтобы дать отпор общему врагу. И тоже, лишь ради того, чтобы самим выжить, а не из-за каких-то благородных побуждений. Короче, понятно.

Но с другой стороны…

— Я предлагаю ещё немного подождать, — сказал я, глядя в след улетающей всаднице.

— Думаешь, они изменят своё мнение? — спросила Мелисса.

— Думаю, новость о том, что на границе пятеро всадников из другой империи, уже разлетелась по их империи, и тот, кто нас пригласил, уже должен знать. И очень возможно, что к нам прилетит теперь уже заинтересованное лицо, едва услышит новость.

— Что ж, не могу отрицать, — согласилась Мелисса. — Давай тогда подождём. К тому же за остаток дня мы не успеем пролететь Великие горы.

Мы вернулись к драконам, объявив, что останемся ещё на некоторое время. Услышав мою теорию, никто возражать не стал. Просто разбили лагерь и, так как разводить костёр было не из чего, мы просто сели в круг, разложив спальные мешки, чтобы не сидеть на голой земле.

Настало время скрасить ожидание, и все сразу обратили свои взоры к Вольфгану. Из нас он был единственным, то мог рассказать что-нибудь интересно.

— Вольфган, а ты ведь очень давно жил, да? — спросила Аэль.

— Я так понимаю, что да.

— А расскажи, каким раньше шпиль был? Ну то есть, что в нём было? Чего в нём, наоборот, не было? Как он изменился.

— Сильно.

— Насколько? — не унималась она, явно не замечая, что тот не сильно настроен общаться.