Небесный всадник 6 (СИ), стр. 25

— Меня вы приняли почти сразу.

— Ты был, уж прости, Самсон, прост как медяк, да и дракон тебя сразу принял, а у него ни дракона, ни понимания, что он вообще за человек.

Даже не знаю, обидно как-то…

Золотые самородки мы забрали. Продавать я их не буду, чтобы не палить контору, потом реализую. После этого вернулись обратно к Мелиссе, которая успела закончить с Бегемотом и теперь гуляла со скучающим видом. И когда она нас увидела…

Да, как я и боялся, её взгляд сначала остановился на Серафине, а потом и на мне с немым вопросом. А я со всей своей наглостью сделал вид, будто ничего не знаю и ничего не понимаю.

— Мы всё, — отчитался я. — Можно возвращаться. Как мой дракон?

— Жив и здоров, хотя ему нужен будет покой в ближайшие дня два, — ответила Мелисса. — Брюхо ему подрали сильно, чешуя у него может и не столь твёрдая в классическом понимании, но шкура очень толстая, а тут как иглой проткнули.

— Учитывая, какие зубы у этого дракона были, не удивлён. Ну что, тогда домой. Устроим небольшой праздничный обед? Хотя бы почувствую, каково это быть хозяином поместья и принимать гостей.

— Ну как ты принимаешь гостей, мне и самой теперь интересно увидеть, — бросила она взгляд на Серафину. — Надеюсь, ты не разочаруешь нас.

В каком именно смысле, я уточнять не стал.

Дальше ничего особенного не было. Обед, после чего прогулка по скромной территории замка, а там и округе. И как вы думаете, что? Зирейя. Не сказать, что прямо со зла, возможно, наоборот, от всей щедрой души, чтобы подсказать, но она умудрялась тыкать во всё на каждый квадратный метр. Здесь забор кривой, тут стена прохудилась, там надо дорогу засыпать щебнем, а тот подлесок и вовсе вырубить.

Звучало больше не как помощь, а как какая-то критика, типа то не то, то не это. А вкупе с её надменным видом это действительно выглядело как обсиралово. Но, учитывая, что она поможет мне с документами, я старался не обращать на этот прикол внимания.

Ночевать они остались у меня. Я специально выделил им самые лучшие комнаты, которые прислуга драила полдня, а сам заперся у себя и уснул. С Ценст сегодня тоже пришлось повременить, хотя у меня прям стояло так стояло. Во-первых, не очень комильфо, что другие будут это слышать, учитывая слух всадниц, а во-вторых, я прекрасно знал, о чём тогда в пещере подумала Серафина. И сейчас, пойми она, что я там с кем-то кувыркаюсь, подумает что-нибудь очень плохое обо мне, а там точно жди беды.

Конечно, с ней совсем неловко вышло, тут бесспорно, однако я не жалел ни о чём. Я спасал Тамару, а здесь все способы хороши. Можно признаться, да, можно, но что будет в итоге? С каким результатом? Что они подумают? Как будут относиться ко мне? Всё же личные отношения и отношение к человеку из-за подозрительных моментов — разные вещи и несут разные последствия. Возможно, кто-то бы выбрал честно признаться или иной какой-нибудь вариант, но на то мы и люди, что у каждого свой взгляд и отношение к каждой ситуации.

Я проснулся самым первым, хотя по солнцу вроде как уже было десять утра. Самым первым из всадниц. Я даже уточнил у Ценст, и она подтвердила, что остальные пока спят. А ещё сказала, что…

— Наш заключённый сказал, что сегодня должна быть встреча с его связным.

— Сегодня? — нахмурился я. — Не поздно ли он вспомнил?

— Боюсь, он слегка болен и чувствует себя неважно. Может, поэтому.

— А по мне пахнет подставой.

— Как бы то ни было, связной всегда приходит один и знать, что мы планируем, не может физически, а потому вряд ли попробует устроить западню. Скорее просто не придёт, если узнает о случившемся.

— Или догадался и придёт не один.

— Тогда это самый гениальный план, который я когда-либо видела, господин фон Хертвёрд. Так точно предугадать наши действия и то, как всё именно сложится — это надо обладать незаурядным талантом, нетипичным для такого, уж извините меня, захолустья.

— Ну тоже верно…

Многоходовочки — это круто, но чаще всего я наблюдал тему, когда врагов слишком гиперболизируют и гениально-злобный план сводится к «подосрать вот тут». Тем не менее подстраховка есть подстраховка, и на встречу я не собирался отправляться один.

— Он сказал, где будет встреча?

Ну что можно сказать, я надеялся, что встреча будет проходить где-то на вражеской территории, что указало бы на виновника, но встречались они, увы, на нейтральной территории около какого-то пруда в лесу. По крайней мере, там можно устроить засаду. Интересно, в этом мире знают, что такое маскхалаты?

— Ценст, ты знаешь, что такое маскхалат?

— Что, прошу прощения?

— Маскировочный халат? Маскировочная одежда.

— Одежда, которая маскирует? — предположила она.

Так, понятно, не знают, но это и не проблема. Привнесу в этот мир ещё немного современной реальности. Можно, кстати, привнести и другой реальности, типа пороха. Что там, семьдесят процентов селитры, десять серы и двадцать угля вроде? Про термит не вспоминаю, потому что они даже алюминий не открыли и вряд ли откроют в скором времени, но вот с нефтью (а она у них была, только называли драконьей кровью) можно было что-то да попробовать. Не зря у меня дед химиком был.

Но это всё потом, когда мне захочется опустить мир в реальность тотальных войн и полной аннигиляции. А пока остановимся на маскхалатах.

— Короче, мне нужна тонкая ткань, простыни, всё, что найдёте, чем можно укрыться. А ещё мне нужна зелёная ткань, в цвет зелени.

— Осмелюсь спросить, не легче ли взять листву и траву? — спросила Ценст.

— Она высохнет быстро.

— Если это на один день, то не успеет завянуть, — заверила она меня. — И это будет быстрее, чем искать сейчас ткань цвета зелени. Если будет ваша воля, я прямо сейчас закажу такую, но придёт она при лучших раскладах через две недели.

Воля у меня такая была, да ждать долго, поэтому я ограничился пока листвой. Собрал всех служанок, коих мог, несколько человек были позваны из деревни, и все дружно уселись шить маскхалаты для моих солдат, которых я решил взять с собой ни много ни мало пятнадцать человек.

— Вижу, вы к чему-то готовитесь, — Мелисса застала нас слегка взъерошенная после сна посреди сборов. — А с вами можно?

— Помнишь, я рассказывал про разбойника?

— Конечно. И?

— Идём брать человека, который его нанял. Сегодня у них встреча как раз.

— И где же?

— В лесу. Там пруд есть за моей территорией, туда и отправлюсь.

— Не боишься, что могут возникнуть проблемы?

— Возьму пятнадцать человек с собой, спрячутся в лесу и, если что, дадут просраться любому.

— Думаешь, смогут пятнадцать человек в доспехах спрятаться в лесу? — насмешливо спросила она.

— Просто в броне — нет, а вот в этом… — я взял один из халатов, которые уже были готовы, и накинул на себя. — В этом вполне себе.

— Сомнительно… — протянула Мелисса.

— Сомнительно? Идём тогда, проверим, насколько сомнительно.

Пришлось выйти за ворота и пройти всю деревню, прежде чем мы дошли до леса, около которого и остановились.

— А теперь смотри: ты отвернёшься, я спрячусь так, чтобы быть в зоне твоей видимости. За деревья или непроглядные кусты прятаться не буду, увидеть меня должна сразу. И как окрикну, обернёшься и попытаешься меня разглядеть.

— Ну давай, попробуем, — улыбнулась Мелисса и отвернулась. — Прячься. Если найду тебя, сделаю что-нибудь… интересное.

— Насколько?

— Настолько. Давай, беги, поиграем в прятки.

Блин, даже как-то волнительно теперь, если честно. Ставки прямо повышаются.

— И уши закрой, — попросил я, после чего направился к лесу.

Долго смотрел, где спрятаться, но решил вглубь не уходить, потому что не в этом смысл. Надо спрятаться было где-то здесь, рядом, чтобы вроде и на глазах, но и не на самом виду. Блин, я как-то даже теперь волнуюсь…

Короче, я залёг прямо около второго ряда деревьев, будучи прямо перед ней. Укрылся, затаился и крикнул: