Небесный всадник 6 (СИ), стр. 20

— Я уже всё сказал, что знал. Просто убейте меня уже.

— Убьём, ты не беспокойся. Но перед этим я бы хотел, чтобы ты указал мне на человека, который тебя об этом попросил.

Нет, тут-то всё ясно — обворовывай баронство и мешай торговле, чтобы баронство прозябало в нищете. И казалось бы, иди и руби всех налево и направо, да только а если ты ошибся? А если ты зарубишь не тех, а тем ублюдкам только того и нужно, чтобы ты не на тех наехал? Нет, здесь нужно точно знать, кто в этом повинен. А убить всех успеется.

— Ты покажешь мне этого человека, — произнёс я. — Покажешь, и сдохнешь не так мучительно, как мог бы. А пока, чтобы ты набрался смелости… — я обернулся к своей экономке. — Леди Ценст, налейте этому сударю выпить что-нибудь крепкое. Только чуть-чуть, на донышке.

Пусть человек немного взбодрится перед тем, как поработать, я же не зверь. Ну а теперь… спать!

Ценст, будто боясь, что я убегу, проводила меня до покоев. Входить уже не стала, но заглянула перед сном, чтобы затушить свечи.

— Леди Ценст, а вы… э-э-э… не хотите остаться со мной сегодня? — робко поинтересовался я. Не только потому, что мне было как-то стеснительно, и я боялся отказа, но и потому, что не хотел заставлять. Хотелось… чтобы сама согласилась.

Она скользнула по мне прищуренным взглядом, после чего молча продолжила тушить свечи, оставив одну единственную, после чего заперла дверь на ключ и начала раздеваться. Что-что, а Ценст умела правильно раздеться, это был как маленький стриптиз.

Через пару минут она уже была у меня на кровати.

— Ты…

— Хочу ли я сама? Да, Самсон, я хочу. И перестаньте спрашивать, это несколько отбивает желание.

— Прости…

— Удивительно, что вас ещё никто не попортил на вашем шпиле… — пробормотала она и наклонилась ко мне.

Эта ночь была точь-в-точь, как прошлая: жаркая, страстная и бешенная. Хотелось сразу и всё, раз за разом, и кровать то и делала, что поскрипывала под нами. И я долбил, долбил и долбил, прямо вколачивал Шайру в кровать до стонов, пока не наяривал её раком, шлёпаясь об её задницу.

Уснули чёрт знает когда, а на утро та ни свет ни заря уже была одета и готова к работе.

— Вы уже всё? — свесил я ноги с кровати.

— Работа, господин фон Хертвёрд, вы мне за неё платите, — напомнила она.

— Да, но сегодня можно было встать попозже и… — я посмотрел вниз на полную готовность.

Она тоже посмотрела, после чего вздохнула подошла ко мне и опустилась между моих ног на колени. Ещё мгновение, моё член оказался у неё во рту. Это было… вау. Просто вау, совсем другие ощущения, как физически, так и эмоционально. И глядя на её чёрную макушку с чепчиком и пучком волос, я невольно вспомнил, что это не первый мой раз.

Точно так же было и тогда на пьянке, только сейчас я мог полностью ощутить и насладиться миньетом и видом сверху. Под конец она буквально насадилась головой, после чего встала, вытерла губы, чмокнула меня в щёку и вышла, оставив одного.

День явно начался отлично!

Далее завтрак и вновь посещение моего пленника для небольшой беседы. Ничего особенного, я уточнил, когда они встречались и где. Поймаем его загадочного знакомого — выйдем на нанимателя, а там весь мир в труху на Бегемоте. Ну не весь, жечь деревни я не собирался, но вот подрезать виновников, тут даже рука не дрогнет.

Ну а так как сегодня у меня нечем было заняться, мы устроили рейд на всех, кто из нашего баронства участвовал в банде.

Я и ещё пять стражников ходили прямо по списку, отлавливая всех тех, на кого указали пленники, пока остальные пятнадцать патрулировали дороги на случай, если те захотят сбежать. Да, можно бежать и через лес, это естественно, но большинство по привычке бросится именно по дороге, а всю округу ты банально окружить живым строем не сможешь, если только у тебя не огромная армия. Поэтому ловили тех, кого сможем и как сможем.

И пока что мы не жестили: сверяли имя и то, где человек проживал, после чего приходили, стучали в дверь и, если выходила жена, просили позвать мужа, если он сам, крутили на месте. Без насилия, без какой-либо жестокости — я знаю, что в любом другом месте было бы достаточно и того, что на них указали, но не исключено, что могли указать просто наугад или из мести. Поэтому пока крутим и садим, а потом разбираемся.

Так у нас набралось, почему-то не пятнадцать, а все двадцать три, но как я и говорил, будем разбираться. А разбираться будем просто: обыскивать дом, искать вещи, которые те не могли бы позволить себе, сравнивать достаток, устраивать встречи заключённых и так далее.

Короче — чистим!

На следующий день мы утроили приёмку жалоб.

Если честно, я думал, что придут единицы, но слухи, что сегодня с жалобами принимает хозяин земель, облетели все деревни с пугающей скоростью. И до остатка дня ко мне стояли люди с проблемами разной степени важности: от банальной пропажи гуся (хоть я и просил подобное отсекать) до размытой дороги, по которой теперь ни пройти, ни проехать.

— Ещё много? — спросил я устало, когда в комнату вошла Ценст.

— Десять человек, господин. Остальных мы отправили по домам.

— Ох, ну хоть так… — пробормотал я.

Десять человек — десять минут на каждого, как минимум. Десять по десять, это почти полтора часа жалоб. И что забавно, среди жалующихся прибежали и жёны арестованных плакаться, что это кто угодно, но сто процентов не они. И так общаясь с каждой, я между делом одной бросил:

— Красиво кольцо. Кто подарил?

Та испуганно дёрнулась и спрятала руку.

— От… от бабушки досталось.

— Ага, от бабушки. Идите, мы будем разбираться, и если он не виноват, отпустим и может даже заплатим компенсацию.

— Что заплатите?

— Просто идите уже, — махнул я рукой.

Всё же с людьми работать сложнее всего. И чую, сегодня я отрублюсь просто без задних ног.

Как я и говорил, отрубился я без задних ног. Поел, помылся, подошёл к кровати, прилёг и… уснул в ту же секунду. Про секс вообще молчу, я о нём даже не вспомнил, да и не встало у меня бы ничего.

Все как-то описывают сон, что типа лёг, погрузился в темноту, звуки начали стихать и тому подобное. Нет, лёг и темнота — всё. Ну может только кошары помучивают с этим чёртом в пламени, но три последних дня пока я чудом обходился без него, поэтому мой сон должен был быть крепким и до самого утра.

Должен был быть.

Я проснулся посреди ночи как по щелчку. Будто что-то внутри сработало, мгновенно перерубив весь сон и заставив меня открыть глаза так, будто я и не засыпал.

В комнате кроме меня никого не было. Стояла тишина, в которой я слышал собственное дыхание и биение сердца. Свечи не горели. Предметы отбрасывали на стену длинные тени, всё было в лёгком голубоватом мраке…

Голубоватом…

Всё же проснулся я не до конца, потому что не сразу понял, что комната действительно была залита тусклым голубоватым светом, льющимся из окон. Каким-то магическим, каким-то странным, каким-то… замогильным.

Я медленно повернул голову к окну, боясь увидеть то, что там могло быть, и вздрогнул.

На меня, вот прямо на мою скромную тушку смотрел огромный глаз.

На мгновение я даже забыл, как дышать. Несколько секунд я смотрел на него, видя, как тот едва заметно двигается, наводя на меня резкость, как сужается зрачок-веретено, после чего резко крутанулся и упал на пол, спрятавшись за кроватью.

У самого горла стучало, лицо пульсировало, по телу пробежала дрожь — такая побудка, конечно, на пользу не пойдёт.

Рукой я нащупал меч. Лежащий рядом и вытащил его из ножен, после чего выглянул ещё раз. Глаз смотрел прямо на меня ещё секунду, после чего начал отдаляться, и я понял, кого вижу.

Дракона.

Огромного светящегося голубым, как призрака дракона, который какого-то хера решил заглянуть мне в комнату, напугав до усрачки.

Его голова отдалилась от окна, после чего поднялась и скрылась из виду. Совсем позабыв, что буквально секунду назад прятался от него, я бросился к окну, распахнул его и выглянул. И успел заметить, как голова скрылась за краем крыши. Не долго думая, я бросился в коридор.