Позволь мне остаться (СИ), стр. 4

Господи, лестница!

Если бы я могла, я бы взвизгнула от счастья. Прохладой веет и пахнет сигаретным дымом, но уже едва ощутимо. Значит никого не должно быть, да?

Может быть, но я все равно иду по лестнице, продолжая прижимать к себе папку. Спотыкаюсь о что-то. Стеклянная баночка заваливается на бок и скатывается по ступенькам, рассыпая пепел по серому бетону. Звон стоит такой, что кажется сейчас сюда сбежится вся больница.

От страха по щекам текут горячие слезы. пусть в этом мире будет хоть немного справедливости. Пожалуйста. Я хочу на свободу, иначе стерилизацией Хозяин не ограничится. Он меня сломает, а мне нельзя…

Сморгнув слезы, спускаюсь на первый этаж и упираюсь в еще одну дверь. Дергаю за ручку. Еще раз. Еще.

«Ну какого черта ты не открываешься?» — хнычу мысленно, пнув ее ногой.

Кидаю папку на ступеньки, осматриваюсь и только сейчас замечаю прямоугольное окно, расположенное высоко от пола, но, если подтянуться, я смогу в него выбраться. Вопрос в том, хватит ли силы в моих руках на то, чтобы себя поднять.

Не знаю, вселенная или адреналин, а может они вместе все же решили мне помочь. Но с третьей попытки мне удается дотянуться до ручки и открыть это подобие большой форточки.

Срываюсь вниз и повторяю снова, чем-то поцарапав ладонь. Ныряю в окно и мешком плюхаюсь в снег, в этот раз радуясь, что он не растаял. Получаю пару новых синяков, но даже не заостряю на этом внимание.

Сделав вдох морозного воздуха, поднимаюсь и, прижавшись к стене, двигаюсь за угол здания, чтобы рассмотреть дальнейший путь отхода.

Так, Лия, дышать. Забор. За ним твой шанс … на что-то. Пока просто шанс. Все просто. Надо добежать, пролезть между широко расставленными прутьями и оказаться среди людей.

Сколько прошло времени? Вечность?

Трогаю ошейник. Отчетливее чем обычно, ощущаю электроды, впивающиеся в кожу как зубы вампира.

Значит не так уж и много. Наверное, несколько минут. Три — четыре?

Стрельнув взглядом по верхам, обращаю внимание, что здесь нет камер. Решили не тратиться на наблюдение за мусорными баками. Правильно. Вам не надо, а мне на руку.

Снова резко выдохнув, со всех ног бегу к забору, чувствуя, как под тонкий халат и тунику пробирается мороз, а по позвоночнику стекает ледяной пот. Мне холодно до стука зубов и в то же время жарко.

Издалека расстояние между прутьями казалось больше. Как там говорят: пролезет голова, значит пролезет все тело? Но это про кошек. Впрочем, сейчас я готова стать кем угодно, лишь бы спастись. Отступать мне больше некуда.

Медицинская шапочка в процессе сползает и волосы падают на плечи. Пролезает! Выталкиваю остальные части собственного тела на улицу и бегу по тротуару, врезаясь в тепло одетых людей.

Останавливаюсь только на светофоре.

Десять секунд, девять, восемь, семь… — меняются светящиеся цифры.

Кручу головой из стороны в сторону. Мне кажется, я вижу угрожающе горящие фары машины Хозяина. Они приближаются. Я вжимаю голову в плечи, машина проносится мимо и меняется свет светофора.

Срываюсь с места и несусь на другую сторону.

Магазины, кафе. Спрятаться совсем негде.

«Что же ты за большой город такой, а?!» — остановившись, отчаянно топаю ногой.

У обочины резко притормаживает машина. Из нее выходит мужчина и направляется к цветочной лавке. А я, понимая, что это мой последний шанс, бегу к его незапертому автомобилю. Ныряю в теплый салон на заднее сиденье и, еще не веря своему счастью, быстро оглянувшись во все стороны, перелезаю в просторный багажник. Затихаю, не зная, что будет дальше.

Мужчина возвращается из магазина. Слышу, как шуршит упаковкой цветов. До меня дотягивается их запах вместе с запахом улицы. Дверь хлопает, я вздрагиваю.

Вздрагиваю второй раз, когда автомобиль трогается с места, и в третий, когда, проезжая с незнакомцем мимо клиники, я получаю разряд тока в шею. Это может означать только одно — Хозяин узнал о том, что его любимая игрушка сбежала.

Электричество пронзает мгновенно, проходит по всему телу и напрягает все мышцы сразу. Стискиваю зубы, чтобы не проронить ни звука и по инерции хватаюсь за ошейник. Просовываю пальцы, оттаскиваю его от кожи и обреченно прикрываю глаза. Каждая последующая волна будет мощнее, чем предыдущая. Пока сердце не остановится от болевого шока.

Машина отъезжает дальше, и пытка прекращается, не выдержав расстояния. Стараясь дышать как можно тише, прислушиваюсь к каждому звуку. Движение замедлилось. Похоже, попали в пробку.

И вдруг мы встаем намертво. До меня доносятся грубые мужские голоса:

— Старший лейтенант Окунев. Предъявите ваши документы и выйдите из машины.

— На каком основании?

— У нас рейд. Приказ свыше…

— Рад за вас. У меня свой приказ. Пропускай.

— Товарищ подполковник. Не положено без досмотра.

— Причина?

— Сбежал очень опасный преступник.

Это я что ли? Нет, вряд ли Хозяин будет привлекать полицию. Ему интереснее поохотиться, найти меня самому и …

Не буду думать об этом.

— Ты охренел? — грозно рычит мужчина за рулем. — Думаешь подполковник ФСБ будет прятать в своей машине преступника?

Их перепалка продолжается, но нас все же отпускают. Мужчине звонят. Хрипло и раздраженно он говорит по телефону, но голос смягчается, пока не застывает на пару секунд, превратившихся в вечность.

Осторожно высовываюсь из-за подлокотника. Наши глаза на мгновение встречаются. В панике прячусь, молясь, чтобы мне просто показалось. Но движение машины резко меняется. Оно словно становится резче, быстрее и неожиданно прекращается.

Раздается хлопок двери. Приближающиеся шаги. Багажник открывается, впуская внутрь холод и энергетику этого человека. Он будто гора возвышается надо мной, удерживая в одной руке пистолет. Убьет меня?

— «Не надо, пожалуйста», — беззвучно умоляю и трясусь от страха. Мужчина грубо хватает меня за шкирку и рывком выдергивает из багажника.

— Ты еще кто? — встряхивает и рассматривает, как неведомую зверушку. — Отвечай, что делаешь в моей тачке?! — Голос строгий, габариты пугают, но глаза не злые. Отступать все равно некуда…

Забываюсь и кричу, пытаясь объясниться. Губы шевелятся по инерции, но из горла не вылетает ни звука. Осекаюсь и сжимаю шею ладонью. А по моим щекам опять текут слезы. Как сказать ему, что он — мой последний шанс? Целый подполковник ФСБ! У него сила, у него власть. Если он мне не поможет, больше не поможет никто. Но все, что я могу, это открывать и закрывать рот, глядя в его темные глаза.

— Немая что ли, — хмурится мужчина, а я отчаянно киваю. — И что мне с тобой делать?

— «По-мо-ги-те», — проговариваю одними губами по слогам и глотаю предательские слезы.

Если он не спасет, Хозяин найдет меня и вернет обратно в ад, из которого я с таким трудом сбежала. Помощи ждать больше не от кого, а ошейник все туже сжимается вокруг шеи.

— Твою ж мать! — ругается подполковник.

Хватает меня за шкирку, с легкостью поднимает над землей и заталкивает обратно в багажник. Сворачиваюсь в комочек, глядя на него оттуда.

— Раздетая еще, — ворчит он.

Снимает с себя теплую куртку и накидывает на меня. Обдает теплом и чужим ароматом. Мужским, терпким, совсем незнакомым, но приятным. С благодарностью кутаюсь в него.

— Ляг и веди себя тихо! Пока я не разрешу подняться. Поняла? — киваю и тут же демонстрирую, что правда все услышала. Он накрывает меня чем-то еще. Становится темно и тепло.

Хлопают двери, и машина подполковника трогается с места.

Глава 3

Мирон

Жму на газ и выруливаю с обочины. Смотрю в зеркало заднего вида и напряженно думаю. Какого хера происходит, а? В совпадения и случайности я давно не верю. Какова вероятность, что девушка рандомно выбрала мою машину? Меньше процента! Но… всегда есть это гребаное «но», которое не дает мне выкинуть ее из багажника.