В плохих парней не влюбляются (СИ), стр. 84
Первые заржавелые шестеренки с оглушающим скрипом провернулись в моей черепной коробке. А между тем Юлька продолжала вещать:
— Короче, Лола и Стас наставляли Кахе рога за его спиной целый год. Они любили друг друга, но Толмачева не могла выйти из сделки, которую заключили ее родители. Хотя отец Стаса и пытался провернуть в этом плане рокировку, радея за единственного сына. Ездил к Толмачеву и просил все переиграть. Но остался ни с чем. А потом случилась ХОБА!
— Что? — затаила я дыхание.
— Каха поймал Лолу и Стаса с поличным, — усмехнулась Юлька, поигрывая бровями, — прямо вот так — вытащил их из койки. Ну и понеслись все эти касатики по кочкам. Толмачева рыдала, пока парни из-за нее разбивали друг другу лица. А потом и вовсе принялись друг друга жечь. И я вот что тебе скажу — Стаса тогда отчислили будто бы из-за того, что он избил какую-то девчонку в состоянии нестояния. Но на самом деле все было совсем не так. Это Царенов его подставил. Он любил Лолу, как одержимый! До невменоза! А потому не мог допустить, чтобы она досталась другому. И он разработал план: заманил Стаса в отель под видом попытки дружеского примирения, а сам его накачал какой-то дрянью и все обставил так, будто бы он избил хостес. А затем вызвал полицию. Девушка дала против него показания. Семьи начали давить на Когана, на школу, на правоохранителей. Но Стас не прогибался. Тогда Каха нашел и других "жертв", которые пришли и написали заявление о якобы избиении со стороны Стаса и не только. И лишь тогда парню пришлось отступить. Во имя любви…
Юлька ненадолго замолчала, а я вдруг вспоминала, какой отрешенной была Лола, когда мы разговаривали с ней откровенно в цоколе. Сколько усталости было в ее словах. И насколько она сама была напитана безнадежностью от всего происходящего.
— Вот потому-то Каха, оскорбленный в лучших чувствах, принялся мстить за измену и любовь к другому парню своей невесте. Давай гулять и портить девчонок пачками. И тебя он автоматом приписал в неизменные жертвы, банально потому, что ты была сестрой Стаса по отцу и трахнув тебя, он бы мог хоть как-то утереть нос своему врагу. Но Лоле не было до всего этого никакого дела. Она просто понимала, что намертво прикована к Царенову и не хотела позорить их неизбежный союз. А вот Каха не успокоился, пока окончательно не унизил любимую девушку. И бросил он ее накануне свадьбы лишь потому, что не смог побороть свою обиду. И еще потому, что кое-что узнал, окончательно понимая, что он конченый неудачник!
— Погоди! А зачем тогда Лола после всего этого продолжила спать с Кахой?
— Потому что! — Юлька многозначительно замолчала, а я не выдержала.
— Да говори ты уже!
— Короче! Каха бросил Лолу в день их свадьбы потому, что узнал, что она была беременна. Вот!
— От кого? — охнула я.
— От Стаса! — хлопнула в ладоши Юлька.
— Ну, так почему же Лола сразу же не вышла за него замуж? — недоуменно нахмурилась я, но Юлька тут же активно закивала головой.
— Потому что она БЫЛА беременна. Смекаешь?
— Ничего не понимаю…
— Стас просил ее сбежать. Дать шанс их отношениям. Дать жизнь их малышу. Но Лола выбрала быть послушной дочерью. Она сделала аборт за несколько дней до свадьбы. И Стас не мог ее за это простить. Вот она и выбивала клин клином. Тем более, что Каха все это время к ней таскался и скулил о своей любви, как побитая собака. Едва ли волосы на голове не драл, рассказывая бывшей невесте о том, что так и не смог ее забыть. Клянчил второй шанс. Умолял понять и простить. Даже угрожал, что наложит на себя руки, если Лола не сжалится над ним. А потом…
— Что? — сглотнула я громко.
— В декабре прошлого года эта случилось. Лола устала ждать Стаса, который так и не смог смириться с гибелью их не родившегося ребенка. И она все-таки сказала Кахе свое "да".
Бах!
Это последний кусочек пазла окончательно встал на свое место.
***
Мои хорошие!
Сейчас книга находится в редактуре. Я буду полностью переписываю школьный антураж, меняя его на первый курс института. Так что книга может иногда подниматься в вашей библиотеке без обновления. Прошу понять и простить.
На логику сюжета данный временной сдвиг никак не повлияет.
Зато мы сохраним горячие сцены и вайб дарк-романа.
Всем добра!
Люблю вас! Ваша Даша Коэн)
Глава 38 — Шеф, все пропало, все пропало. Гипс снимают, клиент уезжает!
Марьяна
— Что-то ты сегодня какая-то хмурая, дочь, — не отрывая глаз от чтения документов, выдал отец свое наблюдение. Мы ехали отпраздновать мою на отлично закрытую сессию и поговорить о планах на будущее. В частности, активно назрел вопрос подсветить мой новый статус замужней девушки.
Я знала, что должно было случиться этим летом. Сама дала на это согласие. И даже пару раз ездила в салон свадебного платья — пафосный, дорогой и самый лучший во всей столице, где выбрала сразу три наряда. Так, как оказалось, было нужно — по статусу.
Сегодня отец напросился составить мне компанию на генеральной подгонке нарядов, и я не смогла ему отказать.
Все же мне хотелось с кем-то обсудить то, как я буду выглядеть на собственной свадьбе. Пусть и ненастоящей. Маму я привлекать к этому мероприятию не стала. Отец жестко и достаточно ультимативно заявил мне, что Екатерины Крапивиной на торжестве не будет. Продажной женщине, пусть и в прошлом, было не место среди привилегированного общества.
И точка.
И чтобы не оскорблять ее в материнских чувствах, я решила, что лучше будет вообще все держать в тайне. Да и смысл ей все знать? Сегодня я вышла замуж — завтра развелась. А ей нервы мотать. Зачем?
— Конечно, я хмурая, пап. Я ведь даже имени своего мужа не знаю.
— А есть смысл? — фыркнул Коган.
— А разве нет? — вопросительно приподняла я брови.
— Бесполезная рефлексия, как по мне, — пожал он плечами, все также просматривая какие-то контракты, таблицы и графики. — Сережа, Максим или Георгий? Да какая, к черту, разница, если вы даже жить вместе не будете?
— Но мы же женаты уже более полугода, пап, — пыталась я достучаться до этого черствого человека, но лишь потерпела сокрушительное фиаско.
— Марьяна, я тебя умоляю, не компостируй мне мозг этой псевдоромантической бабской демагогией. Ну, серьезно, не разочаровывай меня. Ну, потому что вы, женщины, вечно кидаетесь из крайности в крайность. Преследуете одну цель, а по дороге зачем-то начинаете переобуваться, когда это никому не надо и неинтересно. Ты ведь хотела избавиться от, набившего тебе оскомину, Царенова? Хотела, чтобы он от тебя отстал? Хотела, чтобы он более не смотрел в твою сторону?
— Да.
— Ты это получила?
— Получила.
— Ну, так это было не бесплатно, милая моя. В этом мире за все приходится платить. И ты сама подписалась под ценой, которую с тебя запросили в обмен на ответную услугу. Так какие сейчас могут быть обиды? Не знала полгода, кто твой супруг? Ну так и не знай дальше. А-то удумала мне тут губы дуть…
Я отвернулась, в который раз чувствуя себя малолетним ребенком, невразумительным и глупым, рядом с большим и важным взрослым. И вздохнула, прекрасно понимая, что ничего Когану противопоставить не могу. Я сама пришла к нему с протянутой рукой. Я сама влезла в эту кабалу.
Я все сделала сама!
— Ладно, пап, ладно. С мамой мне понятно. И с этой системой конспирации тоже. Но почему я не могу пригласить на свадьбу Юлю Сафонову? — решилась я на вопрос, который давно не давал мне покоя.
— Потому что…
— Крутой ответ, пап! Спасибо! — насупилась я.
— Какой вопрос, такой и ответ. На самом деле я поражаюсь, как ты до сих пор поддерживаешь отношения с девушкой, брат которой слил твои полуголые фотографии в интернет, а потом еще и аукцион на продажу твоей девственности устроил. Как вы там у себя говорите? А, вспомнил! Это же дичь!