Добробор. Заповедная усадьба, стр. 12

– Это на испытательный срок. Доверие нужно заслужить. Есть у меня подозрение, что Всеслава тиранила вас неспроста, и на то была очень весомая причина.

– Была, – сразу, без паузы согласилась Рута, хотя я думал, что будет отпираться и юлить. – Я хотела убить ее. Жаль, не получилось.

– О как! – удивился я откровениям ведьмы.

– Вы не понимаете, что значит быть ведомой ведьмой. Это хуже рабства. Я ей практически душу продала, хоть и не понимала тогда, что творила, дура малолетняя.

Жалуясь, Рута не забывала накрывать неказистый стол, за который мы и уселись на низковатых раскладных стульчиках.

Получать информацию о внутренней жизни ведьм было интересно, но сейчас меня явно втягивали в мелодраматический сюжет, чтобы размягчить. Впрочем, разойтись ей не дали:

– Кончай слезу из хозяина давить! – снова послышалось из внутренней тени вагончика. – Душа у тебя черной была еще до того, как ты стала ведьмой. Мыслишь, я не ведаю, как вы к этому приходите?

– Да что ты знаешь, домовик?! – внезапно разозлилась Рута. – Я всего лишь травница и наговоров власти и кривды не знаю. Всеслава специально готовила меня как служку, а теперь вот за вами шпионить отрядила.

– Похвальное откровение, – высказался я с нескрываемой иронией, попробовав грибной суп, оказавшийся очень вкусным.

Не сказать что Лена готовила хуже, но пообщаться с поварихой ей стоит.

– А то вы сами не поняли, – хмыкнула ведьма, тоже взявшись за ложку.

Мы некоторое время ели молча, присматриваясь друг к другу. Перейдя к котлете с пюрешкой, ведьма не выдержала:

– Алексей Степанович, вы же сюда не трапезничать со мной спустились с барских высот.

Я посмотрел на женщину с нехорошим прищуром, но она сама уже поняла, что сказала лишнего. Впрочем, чему удивляться? Я сам бы изнывал от любопытства, гадая, что же там находится, за таинственной лестницей. Нижний изначально задумывался, чтобы оградить Добробор от лишних глаз. Нужно было организовать поселение дальше по дороге. Кстати…

Мне в голову пришла неожиданная мысль. А что, если сделать развилку в километре отсюда и провести от нее еще одну дорогу к эдакому хутору, из которого не будет видно ни лестницы, ни Нижнего. Там можно встречать не очень званых гостей. Нужно обсудить с Саней. Он, помнится, говорил, что самый простой и быстрый вариант застройки, особенно для подсобных помещений, это разбор старых срубов в селе и перенос их на новое место. Но очень уж неказисто выглядели заброшенные избы, хотя для фальшивой псевдоколдовской деревни подойдут идеально.

– Рута, – строго сказал я женщине, которая не хотела, чтобы к ней обращались как-то иначе, – спустился я действительно не просто так, а чтобы предупредить. Сегодня заканчивается, так сказать, первый этап испытательного срока. Пришло время знакомиться с девочкой, которую вы будете обучать травничеству и зельеварению. Ради этого я и выкупил вас. Но сразу хочу предупредить. Если когда-нибудь вы станете причиной даже малейших неприятностей для девочки, я найду вас и убью. Не так болезненно, как Всеслава, но это случится неизбежно.

Я старался говорить убедительно, хоть и самого коробило от какого-то приблатненного пафоса, да еще и Колыван нагнетал обстановку. Причем буквально. Окружающее вагончик пространство непонятным образом потемнело. Впрочем, он же и испортил представление.

– Не думай, что хозяин шутит, тварь! – замогильным голосом вещал из вагончика домовой. – Найдет и изничтожит!

Еще б зловеще захохотал, придурок. Хотя, судя по тому, как побледнела ведьма, возможно, мне ситуация казалась карикатурной лишь благодаря опыту общения с домовым и защитному амулету.

– Колыван, уймись, – строго приказал я, и давящая атмосфера развеялась. – В общем, Рута, старайтесь вести себя сдержанно. Не задавайте лишних вопросов ни девочке, ни даже самой себе. Надеюсь, вы меня поняли?

– Я все поняла, Алексей Степанович. Клянусь, от меня ученице не будет никакого вреда, но власть Всеславы надо мной слишком велика, – с, казалось бы, искренним сожалением вздохнула ведьма.

– Не зазывайте ее ученицей.

– Простите, – покаянно наклонила голову Рута, чем заставила меня нервничать еще больше.

Добрыня подтверждал искренность выказываемых ею чувств. Да и Колыван не смолчал бы, учуяв фальшь.

Я не смог отказать себе в удовольствии и доел второе, запив малиновым компотом. А затем ушел наверх, готовить ко встрече Алину:

– Ничего ей не говори. Не задавай вопросов…

– Ну а если…

– Алина, давай сегодня без всяких «если». Просто смотри и учись. Сделай вид, что ты вообще немая. – Поняв, что перегнул палку, я вздохнул. – Прости, что-то я разнервничался.

Показывать девочке свое волнение не очень правильно, но сейчас она должна прочувствовать важность момента, так что мои откровения пойдут на пользу.

В принципе, мы уже все обговорили, так что я готовил больше себя, чем ее. Знакомство решили провести там же, у вагончика, чтобы без лишних свидетелей. И правильно сделали. Как только мы приблизились к замершей ведьме, вся наша конспирация и подготовка полетели к чертям.

– Жи́ва! – выдохнула Рута и рухнула на колени, уткнувшись лбом в траву, аки взывающий к Аллаху мусульманин.

Да чтоб вас всех! Сговорились, что ли?!

Чуть отойдя от шока, я перевел взгляд на Алину, которая тоже ничего не понимала. Замешательство было коротким, и я тут же взял себя в руки:

– Рута, вы что творите? Какая Жи́ва? Встаньте немедленно!

Мой, возможно, немного более жесткий, чем следовало, окрик отрезвил женщину. Она все же поднялась на ноги, но было видно, что травницу все еще потряхивает.

– Объяснитесь. Что это за выходка? – в том же тоне потребовал я.

– Н-не знаю, – немного заикаясь, ответила женщина.

– Мы с вами договорились, что хранить вы можете только сокровенные тайны Всеславы. Что значит не знаете?

– То и значит, что не знаю! – вскинулась Рута, окончательно стряхивая с себя наваждение. Прижав руку к середине груди, она добавила: – Вот тут что-то стиснуло, и я вдруг поняла, что предо мной богиня.

– Почему Жи́ва? – все же дал я волю своему любопытству.

– Сейчас не знаю, но тогда словно озарение случилось. Вот и выпалила, – ведьма дернула головой, словно пытаясь разогнать навязчивые мысли. – А кто она такая?

– Рута, – крайне холодным, намеренно угрожающим тоном сказал я, – помните, что я говорил о вопросах?

– Простите, – с напрочь фальшивым покаянием отреагировала ведьма, продолжая пожирать глазами Алину.

– Хватит на нее пялиться. Давайте займемся делом. У вас все готово для приготовления зелья для номера пять? – спросил я.

В присутствии травницы мы называли больных детей только номерами занимаемых ими отсеков. На этом настаивали и Баюн, и Колыван. Незачем, мол, ведьме лишняя информация. И я с ними был полностью согласен.

– Да, готово. Можно идти, – сказала травница и поклонилась, причем не мне, а Алине. – Как я могу обращаться к вам, госпожа?

Вот зараза! На ходу подметки рвет.

– Как начали, так и обращайтесь. И на «ты», пожалуйста. У нас так принято.

У меня голова кругом шла от всех этих непоняток, и я постоянно боялся наделать ошибок. Поэтому там, где возникала неопределенность, опирался на уже готовые костыли. К примеру, школьную практику, где взрослые обращаются к детям на «ты». Моим ученикам еще предстоит пройти испытание медными трубами, так пусть это случится, когда их психика хоть немного окрепнет. А вот насчет огня и воды, боюсь, фора нам не светит. В общем, незачем раздувать самомнение юных магов. У них и так от ощущения собственной исключительности порой крышу сносит.

Ведьма явно поняла, на что я намекаю, и быстро исправилась:

– Идем, Жи́ва, я покажу тебе, как у меня все устроено.

Конечно, я не собирался оставлять их наедине, даже под присмотром Колывана. По крайней мере, первое время. Так что пошел следом к небольшому навесу, приткнувшемуся прямо к стволу дуба. Как и прочие в этих местах, дерево было относительно молодым. Зато рядом имелся монументальный пень давно погибшего великана. Его Рута и выбрала в качестве стола для приготовления зелий. Было не очень удобно – слишком низко, но Руту это не остановило. Она вынула из прогнившего места труху и засыпала мелкими камешками. Там и был устроен очаг, над которым висел медный котелок. Для покупки этой странной посуды пришлось обращаться к антиквару Кацу. Остальное, к счастью, удалось достать без особых усилий и затрат. Рядом с очагом на том же пне был оборудован деревянный столик, который, учитывая высоту пня, был удобен для работы стоя. На столике и находилась основная масса ингредиентов – разные травы, склянки с жидкостями, ступка и большая медная поварешка.