Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера, стр. 8
Никла и так мне очень сильно помог, что его уже не радовало, судя по мрачным взглядам и вздохам. Похоже, у него из-за меня будут проблемы. Неудобно как-то вышло, но помочь я точно ничем не смогу. Оставалось только быть тихо благодарной и не создавать ещё больших проблем.
Как только я доела и выпила почти всю воду, вкусную, кстати, чистую и слегка сладковатую, такая в родниках бывает, Никла поднялся с пола, отряхнул руки от крошек доеденного хлеба, подхватил лампу и проговорил:
— Пошли, определю тебя куда-нибудь.
И я покорно пошла за ним. Почему-то была уверена, что он меня не обидит. А с чего такая уверенность — я и сама не могла понять.
— Вот тут ложись, — кивнул он на старый диван, приведя меня в соседнюю с кухней комнату. — Время уже позднее, отдохни немного. Утром, пока Гнилой квартал спать будет, выведу тебя на чистые территории.
— Гнилой квартал? — переспросила я.
— Ты совсем какая-то недалёкая, будто не от мира сего, — покачал он головой, пристраивая лампу на пол у дивана. — Будто ничего не знаешь. Неужто твой богатей тебя в таких условиях держал, что жизни вообще не видела?
Я только руками развела. Не признаваться же ему, что я вообще не из этого мира. Кто знает, как отреагирует. Вдруг выгонит сразу же. А я понятия не имею, где нахожусь и куда идти.
— Ложись уж, — махнул рукой на диван Никла.
И сам улёгся прямо на пол, чуть в стороне. Только какие-то старые тряпки приволок из угла и бросил, чтобы помягче было. Так неудобно стало.
— А может я на полу… — начала растерянно.
— Спи уже, убогая, — прокряхтел Никла ворочаясь, чтобы поудобнее устроиться. И погасил лампу, от чего всё вокруг погрузилось в полную темноту.
— Спасибо, — прошептала я, наощупь опускаясь на противно заскрипевший диван.
Долго пыталась улечься, но в бока всё время впивались какие-то бугры. Так и замерла, чтобы не скрипеть диваном. Не усну, так хоть подумаю.
— Как тебя звать-то, несчастная? — тихо спросил Никла, когда я затихла.
— Эль, — ответила полушёпотом.
— Спи, Эль. Утром оно легче станет. Может и придумаем, что с тобой делать, — вздохнул Никла и замолчал.
Может, и придумаем, — мысленно повторила я за ним. Только что же тут придумаешь? В такой патовой ситуации я ещё никогда не бывала. И что делать, совершенно не знала.
Обдумать бы всё не помешало, взвесить, но я и сама не заметила, как уснула, устала очень, морально вымоталась. И вот спать бы мне, пока есть возможность, да только почему-то сразу же приснилось невесть что. Сначала стало вдруг мягко, будто не на кривом старом диване лежу, а в удобной тёплой кровати. А потом послышался возмущённый возглас:
— Опять ты!
Я поворочалась, прогоняя неприятное сновидение, устроилась поудобнее и опять начала проваливаться в сон. Сквозь сон и услышала тихое:
— Ладно, спи уже. Утром разберёмся.
Глава 3
Я проснулась от того, что было жарко. Очень жарко. А ещё дышать тяжело. Платье что ли перекрутилось и сдавило рёбра? Попыталась поправить одежду, но руки натолкнулись на какое-то препятствие. И я резко распахнула глаза.
Вокруг было темно, но не так, чтобы совсем непроглядный мрак. Этого едва уловимого света хватило, чтобы понять — я больше не в доме Никлы! Не в его доме, не на его диване, и рядом кто-то есть, тоже определённо не Никла!
Поворачивать голову было страшно, ещё страшнее осознать, что это не платье мне рёбра сдавило, а чья-то рука, по-хозяйски обосновавшаяся на мне и перехватившая поперёк, прямо под грудью. Когда же почувствовала ещё и дыхание на виске, вообще паника началась. Ну и да, было жарко, потому что рядом со мной, прижимаясь, лежал мужчина, совершенно точно, горячий, как печка, мужчина! В бедро кое-что характерно упиралось, что-то, что уже явно проснулось, вперёд хозяина…
И тут прямо над ухом прозвучало сонно-недовольное:
— Ты так громко думаешь. Разбудила.
В следующее мгновение руку с меня убрали, откатились в сторону и посетовали:
— Мало. Ещё бы часа два поспать. — И с нарастающим раздражением: — Одни проблемы от тебя.
Он поднялся с кровати и куда-то ушёл. Я же лежала без движения, смотря исключительно на темный, едва угадывающийся в полумраке потолок. Потому что уже знала, Мастер, а это определённо был он, спит голым. Совсем голый! И в одной кровати со мной! Ещё и обнимал во сне. Ужас какой.
Но, как оказалось, ужас был ещё впереди. Спустя бесконечно долгую минуту он вернулся в спальню, и тут же стало значительно светлее. Это Мастер шторы открыл, причём на расстоянии. Он так и стоял у изножья кровати, а шторы взяли и распахнулись все разом!
Мельком взглянула на него, отметила, что уже не голый, натянул свободные чёрные штаны, и опять уставилась в потолок. И понимаю же, что нужно встать с чужой, между прочим, кровати, сказать хоть что-то, а не могу. Просто не могу! Он шторы на расстоянии раздвинул, и сомневаюсь, что это механизм какой-то, пульта у него в руках не было.
И холодок по спине. А что он ещё может сделать вот так, одним взглядом или взмахом руки? Магия… Вот тебе и сказка, Алла, самая жуткая сказка с волшебством, прямо-таки каноническая, в стиле братьев Гримм.
Мастеру, видимо, надоело слушать мои панические мысли, он сложил руки на груди, отметила это периферическим зрением, и произнёс весьма враждебно:
— Может, объяснишь, что ты тут делаешь?
Сказать, нужно срочно что-то сказать!
— Лежу, — выдохнула полушёпотом.
Лежу в чужой кровати и никак не могу заставить себя встать. Инстинкт, наверное, сработал. Тот, который «Лежачих не бьют». Но сомневаюсь, что в такой ситуации удастся притвориться мёртвой и понадеяться, что меня просто оставят валяться здесь, сколько пожелаю.
— Правильно сомневаешься, — хмыкнул Мастер.
Подошёл к кровати, с другой стороны от меня, присел, растёр лицо ладонями, устало вздохнул и, оставаясь спиной ко мне, спросил:
— Так почему ты здесь? Почему Кассиди не выдала тебе браслет?
А за окном был рассвет, солнечные лучи ещё не добрались до комнаты, но уже было достаточно светло, чтобы в полной мере осознать, насколько я влипла. Нет, я это гораздо раньше поняла, но с наступлением утра оно как-то острее почувствовалось.
— Так почему ты здесь? Опять! — чуть повысил голос Мастер, возвращая меня в суровую реальность.
— Не знаю, — честно ответила я.
И обречённо сложила руки под грудью, по-прежнему глядя исключительно в потолок. Действительно, почему я здесь? Вот где угодно лучше бы оказаться, но только не здесь!
— Я перенёс тебя к Кассиди Энро, которую ты сама выбрала. Она должна была зарегистрировать тебя и выдать ограничивающий браслет, — вставая и разворачиваясь ко мне всей своей мощной полуобнажённой фигурой, проговорил Мастер. — Она не могла выгнать тебя. Без вариантов, ты должна была получить браслет!
— Почему? — спросила, если честно, вообще не понимая, о чём он.
Какой браслет? Почему «без вариантов»?
— Да потому, что наставник обязан зарегистрировать и ограничить передвижения призванного к нему скользящего. Это непреложный закон. Даже те, кто с раннего детства владеет даром скольжения, когда получают наставника, получают и сдерживающий браслет. Что уж о тебе говорить, тебе блокировка просто необходима!
Он говорил резко, отрывисто, очень недовольно и даже возмущённо. А я… из всей его речи поняла одно.
— То есть, вы обязаны била стать моим наставником? — спросила, покосившись на него.
Это что же получается? Он нарушил какой-то там непреложный закон и решил тайком спихнуть меня на другого наставника?
Просто превосходно! А я ещё и вернулась, такая нехорошая, все планы по избавлению от меня поломала. И вот порадоваться бы мне нашему обоюдному желанию избавиться друг от друга, а я почему-то злюсь. Странно, нелогично, но злюсь.
Мастер послушал мои заполошные, лишённый логики и смысла мысли, и видимо, решил, что пора сосредоточиться на более насущном. А именно — что, собственно, со мной делать-то?