Когда умирает король, стр. 94

27 ИЮЛЯ, СУББОТА, ХЕЛЬСИНКИ

Зак просит Яна на пару слов. Они устраиваются перед компьютером.

— Я пробил одно имя в списке Сааны, Катю Ниеми, — начинает Зак, и Ян что-то бубнит в ответ: у него во рту фалафель. — И я нашел кое-что. Туда мы копнуть не додумались.

Так, отлично. Ян весь внимание.

— Согласно путевому листу, автомобилем, владельцем которого является дом престарелых «Икипихлая», регулярно пользовалась только одна из работниц этого дома, та самая Катя. А еще она ровесница Хелены, ну, всего на год старше, и была вожатой в Хеленином конфирмационном лагере.

— Так, — говорит Ян и слушает дальше.

— Но нас интересует, скорее всего, даже не она, — продолжает Зак. — В доме престарелых живет также мужчина по имени Ээро Фальк, долгое время служивший смотрителем усадьбы Коскипяя, отец человека по имени Леонард Фальк. Этот Леонард до сих пор работает в усадьбе. С Форсом мы, конечно, дали маху, но сейчас я, кажется, докопался до сути. Записи с камер наблюдения в доме престарелых дают основание предполагать, что младший из Фальков частенько брал автомобиль для своих нужд, а записей не делал. Нам необходим образец его ДНК.

Ян кивает и краем глаза замечает входящий звонок — Саана.

— Привет, — говорит он, думая над тем, стоит ли отойти от Зака на время разговора. Спустя пару секунд становится очевидно, что что-то не так. Случайный звонок из кармана? Ян озадаченно прислушивается. На фоне что-то говорит приглушенный мужской голос. Яну кажется или голос только что упомянул королей? В чем дело?

Подозрительно все это. Будто Саана попала в какую-то странную ситуацию. Ян не знает, намеренно ему позвонили или нет. На всякий случай он берет первую попавшуюся бумажку и пишет Заку: «Срочно отследи симку Сааны Хавас!» Зак кивает, кидая на Яна обеспокоенные взгляды. Возможно, Ян перебарщивает, но с этим звонком что-то не так. Интуиция подсказывает, что и ситуация в целом довольно неясная. Кому принадлежит этот голос на фоне?

Разговор длится достаточно долго для отслеживания симки. Зак подзывает Яна взглянуть на результат, местоположение загорается на экране. Территория усадьбы Коскипяя, Хартола, около 300 метров от здания усадьбы. Глаза Яна расширяются. Коскипяя, Леонард Фальк. Затем накатывает страх. Адреналин моментально проясняет голову. Саана в опасности. И тут из трубки доносится крик о помощи — его ни с чем не спутать. Разговор внезапно прерывается.

За рулем Зак. Ян зациклился на одних и тех же мыслях, а его живот сводит от голода. Жалкий намек на завтрак, литры кофе, недоеденный фалафель. Ян гипнотизирует взглядом местоположение Сааниного телефона. Как бы они ни мчались, все равно еще слишком далеко.

Пока Зак еще сильнее вжимает педаль газа в пол, Ян продумывает план действий. Он обеспокоенно смотрит на навигатор. Даже сильно превышая скорость, меньше чем за час они не доберутся. Яна гложет подозрение, предчувствие чего-то ужасного. Это сложно объяснить. Саане удалось тихонько что-то раскопать? Если да, то почему было не сообщить Яну? Он пытается дозвониться до Сааны, но слышит лишь автоответчик. «Набранный вами номер временно недоступен». Ян кладет телефон в нагрудный карман и смотрит на расчерченные поля за окном. Вскоре срабатывает автомобильная рация. Машина 324 уже на Кукинкаантие. Скоро к усадьбе Коскипяя подъедут первые местные патрульные. Больше Ян ничего не может сделать. Остается довольствоваться тем, что есть.

Он запрашивает прямое соединение с той патрульной машиной. Ему тут же отвечают.

Ян обрисовывает ситуацию и делится своими догадками.

— Положение крайне опасное. Мужчина в усадьбе подозревается в трех убийствах, только что поступил ордер на его арест. На месте есть гражданское лицо, его жизнь в опасности. — Ян переводит дыхание и продолжает: — Местность прочесывайте пешком, внимательно осмотрите берег рядом с усадьбой. Сначала — избушку у воды. Мы думаем, они там. Что бы ни произошло, действуйте быстро, не мешкайте. ЦКП нужен Леонард Фальк, живой или мертвый. На место уже едет спецгруппа. Убедитесь, что гражданский в порядке. Повторяю: гражданский нужен живым.

— Вас понял, прием, — отвечают из машины, и Яну ничего не остается, кроме как затаить дыхание.

Уже через пять минут начинают поступать сведения.

— Впереди сауна, вокруг все чисто. В воздухе дым. Мы на подходе к объекту, входим, подозреваемого нигде нет, прием.

27 ИЮЛЯ, СУББОТА, ХАРТОЛА

Саана лежит на полу. Она уже может чувствовать свои конечности, но до сих пор не в силах пошевелить ни ногами, ни даже пальцами ног — все попытки напрасны. Воюя с отяжелевшими веками, она с трудом осматривается. Все вокруг нечеткое и будто в тумане. И до сих пор непонятно, почему так вышло.

Мысль крепнет с каждой секундой. Закрой глаза, если сможешь, и насладись тишиной. Закрой глаза — и больше никогда не открывай. Но стоит грезам о вечном сне потревожить Саанины извилины, как она тут же одергивает себя: это ловушка, лживое искушение. Сдаваться нельзя ни в коем случае.

Она вновь пытается пошевелиться, в отчаянии умоляя мозг начать отдавать приказы. Саана старается подвигать непослушными, оцепеневшими руками. Безуспешно. В голову тихо прокрадывается паника. Это же какой надо быть дурой, какой идиоткой! Она не знает, чего боится больше: Лео или оставаться здесь одной.

— Поспи пока. Не волнуйся, рано или поздно тебя найдут, — говорит Лео, отходя к двери. В глазах Сааны все кружится. В дымке она различает силуэт Лео. Входная дверь захлопывается. В ноздри ударяет запах бензина. А тут еще этот дым повсюду… Это и правда дым или просто страх затуманил зрение? Она вспоминает Яна и чувствует, как смыкаются веки. Уже на грани обморока Саана осознает, что первый — и, очевидно, последний — раз в жизни у нее есть любимый человек, о котором можно подумать перед смертью.

1989, ХАРТОЛА

Парень прислушивался к музыке и приглушенной болтовне, что разносились по всей приусадебной земле, однако его это все мало интересовало. По-настоящему важной казалась встреча у сауны. Так они договорились с девушкой.

Покинув пределы слепящих огней усадьбы, какое-то время он шел почти на ощупь. Глазам понадобилось несколько минут, чтобы привыкнуть к полумраку.

На карнавальном вечере он успел узнать этих мужчин: банкира, учителя рисования и пастора. Но если верить тому, что вожатые рассказали Хелене, мужчин могло быть и больше. Лео вспомнил, как однажды вечером два года назад Лаура махнула кому-то в усадьбе в знак прощания. С кем она там виделась? И куда отправилась потом?

Лео напряженно переходил мост, ища взглядом Хелену. Сегодня он решится спросить у нее о том, что обдумывал так долго. Согласится ли Хелена стать его девушкой? Согласится ли официально встречаться с ним? Лицо горело от одной мысли об этом. Но обнимать Хелену было так хорошо и так правильно.

Лео подошел к сауне на берегу и заметил, что там не заперто.

— Есть кто? — крикнул он и зашел внутрь. Они договорились встретиться здесь, но комната пустовала. Где же Хелена? Лео видел, как к Хелене то и дело подходили те девушки. И она приняла их приглашение — они же договорились. И тут Лео пронзила мысль о том, не слишком ли они беспечны. Они не поделились своими планами ни с одним взрослым. А что, если с Хеленой что-то случится? Со стороны улицы послышались звуки. Испугавшись, он пригнулся и осторожно, краем глаза, выглянул в окно.

Он увидел мерцающие огни. Далеко впереди четыре факела освещали встречавшиеся на пути отдельные деревья и берег реки. Процессия неспешно достигла моста. Никто не разговаривал. До Лео доносилась лишь приглушенная музыка из усадьбы. Когда люди подошли поближе, Лео с ужасом понял, что один из них что-то несет.

Он взглянул на часы. Хелена страшно опаздывала. А вдруг она придет именно сейчас и столкнется с этой компанией? Огонь танцевал на кончиках факелов, когда шествие, преодолев мост, остановилось на берегу у самой реки. Лео встал, дабы получше рассмотреть из окна, что делали эти люди. Огромный сверток, брошенный на землю, напоминал человека. Девушку. Будто на земле лежала Хелена.