Тайна рода (СИ), стр. 26

Кузя так энергично замотал головой, что чуть не потерял равновесие.

— Никак нельзя.

Ну, на нет и суда нет. До Москвы есть и другие способы добраться.

— Ты как, с нами? — спросил я, вставая с табурета.

Кузя хотел ответить, но вдруг замер, к чему-то прислушиваясь. Мы с Алёной насторожились. Кругом стояла тишина. С вопросом взглянули на Кузю.

— Сейчас выходить нельзя. Засада прямо возле входа, — Кузя снова замер, вслушиваясь. — Много. Злые. Хотят убить любого, кто выйдет отсюда.

Глава 12

Кирпич

Мы с Алёной переглянулись и без слов поняли друг друга. Кто там засел у ворот — неважно. Может, остатки наёмников. А может, и флотские Железкина. Барьер пал, и они рванули проверить, что за чертовщина творилась в крепости. Встречают, понятно, всех на стволах — поди разбери в темноте, кто вышел из проклятого места.

Вот только выяснять это, стоя под прицелом, я не собирался. Даже если свои — начнётся долгая песня. Кто такие, откуда, что было внутри. Проверки, начальство. А времени в обрез.

— Не может быть, чтобы в такой крепости не было тайных ходов, — задумчиво произнесла Алёна.

Кузя мгновенно повеселел. Провёл нас запутанными коридорами в заброшенный склад с одинокой здоровенной бочкой. Со стороны входа в тюрьму донёсся взрыв. Стоило поторопиться.

Кузя, покряхтев, сдвинул бочку в сторону. Спиральная лестница уходила в пропитанную сыростью темноту.

— Ты откуда про этот проход знаешь? — озадаченно спросил я.

Алёна тоже с интересом взглянула на слугу рода.

— Так я, пока покой Алёны охранял, с крепостью болтал, — выдал Кузя как само собой разумеющееся. — Она мне много чего поведала.

Пропустив Алёну вперёд, мы с Кузей положили бочку на бок, накатили с краю на проход и пролезли вниз. Я, чуть подтолкнув, запер проход за нами полностью.

Алёна зажгла шарик холодного огня.

— Ты же должна была опуститься до первого ранга одарённых, — удивился я, разглядывая светляк.

— Пока ты решал мировые проблемы, я успела, ещё до подселения Наездника, перейти на уровень фигуры.

Голос её звучал глухо под сводами старой кирпичной кладки. Запах плесени красноречиво говорил, что ходом не пользовались лет сто, не меньше. Шли быстро. Желания встречаться с тайнами этого места не было от слова совсем.

Я держался настороже. На удивление, никто не выскочил и не попытался нас убить.

Наконец Кузя остановился и предложил мне проломить стену. Вынув Ухнеб, я ударил в указанное место. Стена в один кирпич толщиной легко поддалась. Дальше шёл серый бетон. Потратив пару минут и энергию, закачанную в Ухнеб, я пробился в современный коллектор.

По стенам тянулись кабели в защитных коробах, по полу текла грязноватая вода. Прямо над головой начиналась шахта, уходящая вертикально вверх. Забравшись по вмурованным в бетон скобам, я сдвинул чугунный люк и выбрался наружу.

Памятник баснописцу Крылову подсказал, что мы в Летнем саду. Целовавшаяся парочка замерла у памятника двумя испуганными сусликами. С неба сочился холодный дождь. Низкие тучи не позволяли определить, сколько времени.

Пока Алёна и Кузя выбирались из коллектора, я обратился к влюблённым:

— Не подскажете, который час?

Парень молча сорвался с места и скрылся за подстриженными кустами. Наверное, за часами побежал, усмехнулся я, наблюдая, как оседает на сырую площадку оставшаяся одна девушка.

Алёна первой кинулась к ней. Привычно приложила пальцы к шее.

— Жива, — сообщила она. — Но время не подскажет.

Я кивнул и в который раз пообещал себе купить нормальные механические часы. Привычка смотреть время на переговорнике снова подвела. Впрочем, судя по почти пустому Летнему саду, день уверенно шёл к вечеру.

Неожиданно из ближайших кустов возник Тайво. Я открыл рот, чтобы спросить, как он нас нашёл, но не успел. Следом за ним выскочили пятеро мужчин самого неприятного вида.

Тайво, воспользовавшись своей врождённой способностью, растворился в сумерках парка. Преследователи почему-то сочли виноватыми нас. Зря. У Алёны и без того настроение было отвратительное. Нам с Кузей даже вмешиваться не пришлось.

Тайво появился рядом так же незаметно, как и исчез.

— Я на вас, честно говоря, случайно наткнулся, — ответил он на незаданный вопрос. — Тут ещё две пятёрки по саду меня ищут.

— Зачем? — поинтересовался я.

— Убить хотят, — спокойно ответил Тайво.

Предложение Алёны их найти я отмёл, как не соответствующее моменту. Тут ещё Кузя засуетился. Прислушался к чему-то далёкому и нам недоступному.

— Алёна Игоревна, вам моя помощь ещё нужна? — наконец спросил он.

— Нет, — Алёна покачала головой и ударом ноги успокоила зашевелившееся тело одного из преследователей.

— Проблемы? — насторожился я.

— Ну так, — промямлил Кузя. — В замок забрались. Он нервничает.

— Тогда свободен, — сказал я.

Рядом с Кузей из грунта возникла тропа, вымощенная жёлтым кирпичом. Кузя шагнул и растворился вместе с ней, как утренний туман. На площадке тихо стонали преследователи, но двигаться не решались.

— Поехали в госпиталь, — предложил я.

— Машина неподалёку от главного входа, — отозвался Тайво. — Но там два здоровенных бугая.

Алёна нехорошо хмыкнула.

Тайво понимающе кивнул и пошёл вперёд, показывая дорогу.

Через пару минут Алёна аккуратно уложила охранников на газон и полезла в кузов.

— Подумать хочу, — хмуро сказала она.

Я забрался в кабину рядом с Тайво. Мы тронулись, и я задал вопрос:

— И кто на тебя охотился?

— Да это люди Кирпича, — флегматично ответил Тайво, не отрывая взгляда от дороги.

— Кирпич-то хоть большой? — с сарказмом поинтересовался я.

Тайво понял, что одним словом не отделается. Тяжело вздохнул.

— Павел Кирпичный. Один из авторитетов в криминальных кругах Петербурга. Я через него кое-что сбывал.

И снова замолчал.

— Ну и? — поторопил я.

— Решили меня кинуть, — Тайво нахмурился. Для него это было сильное проявление эмоций. — Пришлось зайти к ним в офис и забрать своё. Может, чуть больше.

Потом произошло вообще редчайшее явление — Тайво впал в гнев и аж прорычал:

— Совсем берега попутали. Сестрой шантажировать пытались. Обломятся! Нет её в городе.

Впереди показался блокпост самообороны. К остановившемуся грузовику подошёл молодой матрос в потёртом бушлате.

— Дальше нельзя, — он сплюнул. — Госпиталь блокирован. Там сейчас московских боевиков зажали.

Неожиданно вовремя подал голос Тайво:

— Ну и поделом. Нечего им у нас гулять.

Подозрительный взгляд матроса сменился вопросительным.

— Сами-то чего припёрлись? Если целитель нужен — двигайте на Народную, в госпиталь ветеранов, — он снова сплюнул. — Туточки в ближайшие сутки ловить нечего.

— Ну тогда бывай, — сказал Тайво и, ловко развернув машину, въехал в ближайший переулок. А потом свернул во двор-колодец.

Пока я размышлял, что делать дальше, Тайво покинул машину, обронив:

— Вы тут подождите. Я выясню, что там случилось.

Остановить его я не успел. Финн, как всегда, просто скрылся из вида. Никак к этому не привыкну.

Я вышел из кабины. Из кузова выпрыгнула Алёна. Мы осмотрелись. Облезлые стены пятиэтажки с четырёх сторон, тёмная арка, ведущая наружу.

— Это не госпиталь, — глубокомысленно заключила Алёна.

Я даже отвечать не стал. Уселся на ближайшую лавочку у ржавых качелей. В некоторых окнах горел свет. Неподалёку завыла сирена. На город опустилась ночная мгла.

Посидели в молчании. Погода не радовала. Дождь кончился, но холодный ветер пробирал до костей. Я достал из инвентаря куртку шамана, накинул Алёне на плечи. Она благодарно посмотрела на меня и предложила:

— Полезли в кузов. Там теплее, и есть что перекусить.

Спорить со столь разумным предложением не хотелось от слова совсем.

В кузове Алёна сразу зажгла шарик холодного огня. При его свете я приметил пару байковых одеял и стоящий ближе к кабине сейф.