Киноманьяк. Дилогия (СИ), стр. 10

— Ой, да брось. Сам-то ты свою «броню» носишь?

— Я? — Кристофер оторопел, но быстро собрался с мыслями. — Конечно, я никогда не снимаю ритуальные одежды.

— Даже когда моешься?

— Конечно. Она таким образом еще и стирается. Очень удобно.

Мы посмотрели друг другу в глаза. Я ему не поверил, и он это понял. Неловкая пауза, впрочем, длилась недолго. Он вернулся к плите и продолжил готовить.

Над выключенным телевизором нависала хлипкая полка, слегка прогнувшаяся под весом четырех книг. Я взглянул на них поближе. «Книга Мормона», «Учения и Заветы», «Драгоценная жемчужина» и «Миссионерские нормы для учеников». И ни одной Библии — видимо, она есть в содержании в одной из этих книг. Рядом лежала толстая и идеально ровно выложенная стопка брошюр. Я вытянул одну из них, ей оказался глянцевый лист с заголовком «СЛОВА МУДРОСТИ».

Похоже, это именно то, что мне нужно. Я украдкой посмотрел на Кристофера — тот снова что-то жарил, и вся кухня утопала в дыму.

С брошюры глядел в светлое будущее голубоглазый мужчина, одетый по моде колониального времени. Джозеф Смит — так его звали, судя по подписи. Видимо, какая-то важная для мормонов шишка. Кстати, интересно, могу ли я вслух говорить «мормон» или же это какое-то сленговое ругательство? Сам Кристофер себя мормоном никогда еще не называл, поэтому и мне, наверное, стоит воздержаться от этого слова.

Итак, «Слова мудрости». Я перевернул листок и прищурился, вглядываясь в мелко напечатанный текст. Несколько цитат какого-то пророка о том, что тело — это храм. А значит, нужно непременно заниматься спортом, чтобы поддерживать внутреннюю культовую конструкцию в полном порядке.

Далее шли советы о правильной зарядке и здоровом питании.

Хм. Я думал, в брошюре с таким многообещающим названием будут более полезные с духовной точки зрения советы.

Вернул брошюру на место и аккуратно, почти не дыша, снял с полки «Миссионерские нормы». К счастью, полочка не рассыпалась от моего движения. Открыл содержание. Судя по заголовкам разделов, жизнь молодого мормона регламентирована очень строго: жить нужно по распорядку, вставать в половине седьмого утра и ложиться ближе к полночи. Весь день нужно посвятить служению: проповедовать, учиться и заниматься спортом. Также мормонам нельзя врать и прелюбодействовать. Отдельно упоминается запрет на просмотр порнографии.

Отдельно меня заинтересовал раздел «Правило шепота». Я открыл нужную страницу и сразу понял, о чем речь: мормоны-миссионеры всегда работают в парах. Им нужно держаться на расстоянии, при котором оба могут услышать шепот друг друга.

Тем временем Кристофер накрыл стол. Я убрал книгу на место, прошел на кухню и сел напротив своей тарелки.

— Молитва перед едой, — Кристофер указал вилкой мне в лицо. — Отдаю это право тебе.

Я посмотрел в свою шершавую тарелку, больше напоминавшую тюремную миску. На непроницаемой поверхности коричневого бульона плавали неопознанные мной овощи, нарезанные очень мелко и обильно зажаренные в масле. Рядом плыли по своим делам куски какого-то мяса. Подозреваю, куриного. На алюминиевом бортике балансировал ломтик хлеба, тоже слегка поджаренный. Сбоку стояла кружка с водой.

Я молчал, потому что, во-первых, не хотел молиться. А во-вторых, никаких молитв я все равно не знал, кроме той, что была в «Криминальном чтиве», но к ситуации она мягко говоря не подходила. Что же касается моей религиозной образованности, то прямо сейчас она ограничивалась фильмами «Догма» и «Святые из Бундока».

— Брат Кристофер, сегодня молимся не вслух, а про себя. Тихая молитва перед скромным завтраком.

— Эм, ну… Хорошо… — он нерешительно пожал плечами. — Как скажешь.

Еда показалась мне излишне жирной, но сытной. Круглая столешница была настолько крошечной, что наши тарелки стояли почти вплотную друг к другу, а сами мы то и дело бились локтями. Есть пришлось крайне аккуратно, чтобы не заляпать маслянистым бульоном единственную майку. Кристофер тоже ел, согнувшись перед миской, чтобы не капнуть с ложки на свою идеально чистую рубашку. Наверное, логичнее было бы сначала поесть, а потом одеться. Но, насколько я помню, именно так американцы и завтракают. Так, например, в «Фарго» было.

После завтрака Крис убрал тарелки, положил на стол книги, и начался наш совместный мормонский урок.

Парень сосредоточенно рассказывал по памяти отрывок из «Книги Мормона». Он цитировал какого-то пророка по имени Мороний. Мол, крестить детей нет никакой нужды, потому что малолетние слишком глупы, чтобы повестись на уловки дьявола. Я смотрел на Кристофера и постоянно кивал головой, как будто бы и правда что-то понимал. Почти все услышанное быстро выходило из головы — я гадал, сколько еще времени придется косить под мормона. Идти некуда, денег нет, работы нет — откровенно говоря, я зависел от Криса, и потому играл в эту игру.

Спустя почти целый час лекции от Кристофера настала моя очередь рассказывать о своих успехах.

— Я решил вернуться к основам, брат…

И дальше я пересказал ему содержание брошюры о здоровом образе жизни. На это мне потребовалась минута. Может быть, две.

— И… это все, о чем ты хотел поговорить?

— Да. Основы не требуют слов, их нужно пропустить сквозь собственный опыт. — Я сочинял на ходу, и ко мне пришла блестящая мысль. — Сейчас я покажу тебе, что эту мудрость я знаю лучше тебя. Дай мне свою руку.

Я поставил локоть на стол, заняв стартовую позицию для армрестлинга. Кристофер с некоторым сомнением вложил свою ладонь в мою.

— Попробуй победить меня, — приказал я Крису.

— Но нам запрещено бороться…

— Это не соревнование. Это момент духовной борьбы! Давай, не будь тряпкой. Слабое тело — легкая мишень для Сатаны. Покажи мне, что твои мышцы достойны царства небесного! Ну!

Крис откровенно боялся — его затрясло от волнения, а вместе с его дрожащим телом пришел в легкое движение стол. Я вырвал парня из комфортной среды — он не ждал от Джошуа ничего подобного.

Кристофер смотрел в наши напряженные кулаки, словно ожидая какого-то подвоха. Подождав немного, он смирился. Вдох, выдох — и внезапная атака. Крис вложил максимум силы в рывок, но неуверенность и страх контакта подвели его: в последний момент он чуть расслабил мышцы, словно боясь навредить мне. Плечо мормона выгнулось в проигрышное положение. Я резким движением вжал его предплечье в стол. Кулак Криса гулко ударился о ламинированную столешницу.

— Если бы на моем месте был дьявол, ты бы уже летел в ад, — твердо сказал я и встал с места. — Продолжим изучать основы завтра.

Путь до моего прежнего пристанища занял сильно больше времени, чем я рассчитывал. Кристофер часто останавливался, чтобы всучить очередную листовку.

— Привет, вы верите в Бога? — спрашивал он у каждого встречного.

— Отвали, придурок, — отвечал каждый встречный.

Точный путь я не знал, зато его знал Кристофер. Он вел меня по Сорок второй, держа перед собой мормонскую книгу, и люди расходились перед ним, словно видели прокаженного. Тем временем я осматривался. В солнечном свете «Двойка» потеряла интимное очарование ночи: вчера мне казалось, что передо мной развернулась сцена «Побега из Нью-Йорка», улица казалась таинственной, полной похоти и азарта, путь по ней сулил приключения, неприятности и легкие деньги. Каждый шаг погружал в пучину запретных удовольствий.

Теперь же я смотрел на самый обычный криминальный район. Без вездесущего неона и музыки, льющейся отовсюду, «Двойка» больше не завораживала воображение — как и любой ночной хищник, днем улица спала. Даже монструозные кинодворцы выглядели заурядно и непритязательно.

В конце улицы над дорогой возвышался небоскреб Уан-Таймс-Сквер — пожалуй, это главная достопримечательность Манхэттена из тех, что я знал. В девяностых его завесят рекламными панелями, и здание обретет мировую известность, заодно превратив увядающий центр Нью-Йорка в центр мировой коммерции. А пока что это лишь серая офисная свечка с единственной интересной деталью — бегущей строкой на первых этажах. Оранжевые буквы бежали по «молнии» над перекрестком, но мы были достаточно далеко, и я не мог различить написанное.