Оживитель Гробницы (СИ), стр. 40
Но я здорово подозревал, что можно попробовать тем же самым методом некромантских закладок, который позволяет внедрять в немертвый мозг программу либо частицы твоего собственного знания — например, обучить дикое животное командам, устным или по свистку. Элсин когда-то это хорошо мне растолковал — тут-то я сам бы точно не допер, там интуитивно не получится, ментально-магическое усилие нужно делать очень неочевидное! Вот в этот раз попробую тот же трюк, только в качестве носителя использую не энергию Смерти, а энергию Огня.
И если получится, значит, я мог бы действительно внести свою лепту в спор Теи и Элсина, причем на стороне Теи: как минимум в этом стихия Огня действительно похожа на стихию Смерти! Хотя… Можно с легкостью привести контр-аргумент: это потому, что они соседи по Кругу Стихий!
А, ладно. Вот еще только повторять этот бессмысленный спор внутри собственной головы мне не хватало!
В общем, пока я просто «сворачивал» солнышко, как клубок или ковер, стремясь внедрить в каждый слой набор нужных мне свойств. Первые несколько раз закончились ничем: Огонь просто гас. К счастью, именно гас, а не взрывался, без спецэффектов.
Хм, чего это он? Сказывается мое умеренное понимание физики процесса — или я именно с магией лажаю?
Еще где-то через час дело все же пошло на лад. Надо сказать, что даже Элсин к тому моменту заскучал и не столько наблюдал мои опыты, сколько думал о чем-то своем. Судя по мечтательной улыбке и отсутствующему взгляду, об Игнис, наверное — у него это выражение лица только для нее зарезервировано.
Пришлось мне его даже потормошить, привлечь внимание.
— Просыпайся, пришло твое время!
— А? — он даже дернулся.
И во все глаза уставился на висящее перед нами «солнышко», излучающее теплый золотой свет! Свет — и тепло. Очень приятно было чувствовать его на коже в местной прохладе.
— Какая красота… — пробормотал мой учитель. — И я это пропустил!
— Да ладно, — пожал я плечами, — я и правда замешкался… Предупреждал же, что долго будет. Так, смотри. Сейчас я создам огненный шлейф, чтобы управлять этой штукой за пределами моей стабильной зоны в тридцать-сорок метров. И постараюсь отвести солнышко от себя как можно дальше. Я пытался сделать его автономным, без сложной программы, чтобы хотя бы светило без меня. Но вряд ли получилось с первого раза. Потом мы с тобой аккуратно отступим в убежище, и я уберу шлейф. Подождем. Если не бахнет — можно высовываться.
— А если не бахнет, а пшикнет? — с любопытством спросил Элсин.
— Это — скорее бахнет, — сказал я с усталой уверенностью. — Если б ты знал, каким я плотным у него ядрышко сделал! Так вот, если мой шлейф вдруг пропадет раньше, чем мы спустимся, или если ты заметишь своим потрясающим зрением, что солнышко поменяло температуру или размер, все равно в какую сторону, сразу хватай меня и прыгай в убежище.
— Понял. При любых изменениях во внешнем виде твоего плазмоида — прятаться в укрытие вместе с тобой.
— Угу, и я имею в виду, при любых! Даже крошечных!
— М-м… крошечные изменения прямо сейчас происходят, — приподнял брови Элсин. — У него поверхность такая… слегка клубящаяся. Как будто из крохотных ячеек состоит.
Упс, то есть там буквально структура солнечной поверхности повторяется? Как-то я об этом не подумал.
— Ни хрена себе что ты можешь видеть, — пробормотал я. — И тебя не слепит?
— Я же в твоей зоне контроля. Конечно, не слепит.
А, точно!
— И правда, забыл. Тогда придется тебе учитывать эти крошечные изменения и следить за тенденциями. Сможешь? Или лучше не рисковать и развеять эту штуку сразу же?
Элсин пожал плечами.
— Если мы не хотели рисковать, зачем вообще все это затеяли? И, кстати. Пока я стою рядом с тобой, огонь мне не повредит, а все остальное для меня не так опасно.
Логично.
Я сотворил огненный шлейф от своей ладони до солнышка, убедился, что «поводок» надежен — и начал постепенно удлинять его, отправляя «солнышко» все дальше и выше от нас, как шарик на веревочке. Наконец оно повисло над равниной метрах в двухстах — яркая точка и пятно света под ней. Я чувствовал, что мой «поводок» уже на пределе его разрешающей способности. Не потому, что мне не хватало мощности, а потому, что я с самого начала сотворил его не совсем удачным — и я уже понимал, что надо сделать иначе в следующий раз! Великая вещь — опыт. Но «по готовому» не переделаешь.
— Все, лезем внутрь, — скомандовал я.
Вдруг я понял, что держать «поводок» через препятствие не получится — и сказал об этом Элсину.
Тогда устроили согласно моей первоначальной задумке. Я встал рядом с передним щитом нашего укрытия, скомандовал «на счет три!», потом досчитал до двух, и едва начал произносить «три!» — как почувствовал резкий рывок, который аж дух из меня выбил. Отлично! Элсин не филонил, хоть и не верил в опасность. Впрочем, я в нем и не сомневался.
Но, когда мы с ним вдвоем скатились в убежище, в первый момент показалось, что он был прав: ничего не происходило. Ни бума, ни пшика. Потянувшись моим «медитативным» восприятием, тем самым, которым я дотягивался до ядра планеты при необходимости, я понял, что мое «солнышко» все еще работает.
Неужели получилось? С первого раза?
Минуты через две Элсин со сдержанной гордостью произнес:
— Я же говорил. У тебя выходит лучше, чем ты сам думаешь.
— Не факт, — пробормотал я. — Подождем еще. Хотя бы четверть часа. Если ничего не случится, можно будет осторожненько посмотреть.
— Хорошо, — кивнул Элсин.
Потянулись минуты.
Я достал из кармана часы с секундомером — тут такие продавались (точнее, их можно было заказать в мастерской, хоть и дорого!) и невидящим взглядом уставился на циферблат. За время ожидания я успел раза на три перебрать в голове все, что я сумел вспомнить о термоядерных реакциях, «холодном» синтезе и звездообразовании, а также об эволюции звезд и той же главной последовательности. Не может ли так быть, что мое «солнышко» выродилось в крохотного белого карлика?.. Да нет, не может — ему массы не хватит, это вообще даже не звездоподобный объект, несмотря на внешнее сходство: он работает на магии, а не на гравитационном сжатии, которое создает температуру, достаточную для термоядерных реакций, так что, может, опасность не так велика…
Невелика — но вполне реально! Сворачивая этот плазмоид, я прямо-таки чувствовал, с какой невероятной мощью в компактной форме имею дело! Если я где-то не то что напортачил — просто по неопытности не довел до оптимума…
— Четверть часа прошла, — сказал Элсин. — И по твоим часам тоже.
— Точно, — я уставился на минутную стрелку. — Прошла. Слушай, что-то мне все равно не по себе. Давай еще минуты две подождем.
Сам я никогда со взрывчаткой не экспериментировал, однако много читал. И почти везде написано одно и то же: только ты решил, что безопасно, — тут-то оно и взрывается.
— Как скажешь, — Элсин чуть нахмурился. — Но, по-моему…
И в этот момент снаружи бухнуло! Рявкнуло! Бумкнуло!
Рев и грохот был такой, что у меня на миг заложило уши, а потом в них поселился тонкий звон. Пришлось срочно направить магию Жизни к барабанным перепонкам.
Потом мы услышали шум: кусочки земли и камней колотили по деревянному навесу.
Еще несколько секунд — и все стихло.
— А вот теперь — пойдем посмотрим! — сказал я.
Элсина не пришлось долго упрашивать: мы выскочили из убежища чуть ли не наперегонки.
И увидели…
Глубокий кратер как раз те самые двести метров в радиусе — он почти достал до стен нашего убежища! Сметенные высохшие деревья, раскопанная земля…
М-да, это я только что думал, что взрыв плазмоида в такой местности никому не будет заметен? Следует пересмотреть свои прогнозы!
И — что ж, по крайней мере, оружие дальнего действия у меня теперь есть. Может быть, даже скрытное оружие: если, допустим, сперва пустить плазмоид катиться по земле, а затем поднять его повыше. Хотя последующий кратер противников наверняка насторожит. Нет, все-таки незаметно не получится.