Развод с драконом. Вишневое поместье попаданки, стр. 12
— Я, например, не такая. И если Берта будет ругаться за юбку, я её остановлю. В конце концов, испорченную вещь можно починить или заменить. Это просто вещь.
Девочка с недоверием посмотрела мне в лицо, прямым открытым взглядом.
— Тебе не нужно ничего бояться.
— И ты не отвезёшь меня в приют?
Поджала губы. Так что получается, она всё это время ждала, что от неё избавятся?
Ох, ты ж...
— Нет, конечно. И не собиралась.
Улыбнулась девочке.
— Ты такая шустрая, и сообразительная, мне нужна такая подружка и помощница.
Слёзы больше не катились из маленьких глаз цвета неба.
— Я хочу тебе кое-что показать.
Она вдруг взяла меня за руку и повела куда-то.
Оказалось, что в дом. А там она вытащила из-под матраса, на котором спала, маленький узелок. Развязала его.
— Это мои сокровища.
С такой гордостью Кристина это сказала, а у меня ком встал в горле. Ценностью для пятилетнего ребёнка обладали: несколько бумажных открыток, цветное стёклышко, тряпицы разной формы и статуэтка кошки с облупленным носом.
Теперь настала очередь мне прятать слёзы. Увиденное рвало мне душу на клочки.
— Очень красиво, можно посмотреть? — с трудом выдавила я из себя, то и дело отводя взгляд, чтобы девочка не увидела моих слёз.
— Только не порви.
Строго предупредила Кристина.
Я взяла одну из открыток. Она была адресована...не девочке, а некой Маргарет.
С вопросом в глазах показала Кристине.
— Леди Урсула часто дарила открытки своим знакомым, но они часто возвращали их обратно. Служанка выбрасывала их в ведро, а я забирала. Они же такие красивые. Посмотри, Айлин, здесь море.
Она провела пальчиком по рисунку моря, а потом вернула девочке.
— Очень красивые. Бабушка тебе ничего не дарила?
Кристина покачала головой.
— Она любила говорить, что самой главный подарок, что она сделала, это не отдала меня в приют.
Действительно!
- Лучше бы отдала, — чуть позже тихо добавила Кристина.
— Я сама выросла в приюте. Не могу сказать, что жизнь там сахар.
Обратилась к воспоминаниям Айлин.
Девочка попала туда в семь лет, и более структурированные воспоминания начинаются с этого возраста. До этого либо пятнами, либо вспышками.
Вообще, у Айлин была избирательная память. Даже приют, в котором она прожила до восемнадцати лет, был одним большим размытым пятном, без событий, словно серые однотипные дни не отпечатались в памяти.
Совсем как у меня. Спроси, что было две недели назад, и я не расскажу, всё потому, что каждый день было одно и то же.
Айлин ни с кем не дружила. Хорошо училась.
Самое «интересное» начинается с момента, когда в приют приехал тогда ещё не генерал — Ксандр Девали.
Просто мечта! Красивый, высокий, в военной форме.
Первая встреча намертво отпечаталась в память Айлин.
Как в его светлых прядях играл солнечный лучик...
Да, тьфу ты!
Гад он первостепенный и маманя его.
Доводили бедняжку, один своим безразличием, вторая своими едкими замечаниями.
А она из кожи вон лезла, чтобы быть идеальной женой и невесткой.
— Айлин, — позвала Кристина, помахав перед моим лицом ладошкой.
— Прости, вспомнилось. Так, о чём это мы...
Но я не закончила мысль.
На кухню буквально забежала запыхавшаяся Берта.
— Вот вы где? А там...там...новый губернатор прибыл, всех на площади собирают, будет заявление делать!
Тот, кого так ждали, наконец, прибыл. Быстро встав на ноги, отряхнула юбку. Следовало переодеться, но я берегла то платье, на всякий важный случай.
Собственно, прибытие нового градоначальника таковым и было. Поэтому достала единственное сменное платье и стала наспех переодеваться, а потом причёсывать волосы.
— А это что такое? Кристина!
Девочка тут же сжалась в комочек от грозного голоса Берты.
— Не кричи, — строго сказала. — С кем не бывает. Порвала юбку, делов-то.
На ходу закручивая волосы в высокий пучок, закрыла собой ребёнка.
— А зашивать чем? — возмутилась Берта.
— Нитками и иголкой. Ты же отрезы ткани, что принесла не пальцами же слепливать собралась?
Я кивнула на корзину, наполненную тканями.
— Сымай платье, горе.
Буркнула старая женщина, но ругаться и брюзжать не стала.
То-то же мне. Обижать слабых да маленьких каждый горазд.
Ловко орудуя иглой, она живо зашила дырку, да так ловко, что и следа не осталось.
— Ну вот, теперь можно и на площадь идти.
Берта округлила глаза.
— Ребёнка с собой возьмёшь?
— А что ж такого. Тем более за ней пригляд нужен, кто же с ней останется, раз мы с тобой пойдём?
Берту сжирало любопытство пойти посмотреть на нового губернатора, и перспектива остаться дома с ребёнком её не прельщала.
Мне было неважно, как он выглядит, больше всего меня интересовало, насколько изменится жизнь горожан.
Может, отменят дурацкое разрешение на торговлю? Или, наоборот, придумает новых правил и обременит налогами?
При Кристине я не стала спрашивать о слухах, что пустили про меня, решила, что оставлю этот разговор на потом.
На площади яблоку не было где упасть.
Столько народа собралось!
Глазами я тут же выцепила и чету Мейер, что стояли в первом ряду, и скучающего Кристиана, стоящего на верхней ступеньке одного из магазинчиков. Благо ни он, ни дядя Алекс с Мартой меня не заметили, а заметили несколько женщин, которые тут же стали перешёптываться.
Хмыкнула как можно громче и отвернулась от них.
Тем временем на помост вышел глашатай и громко призвал к тишине, а, потом поскрипывая ступеньками на него, поднялся…
Глава 18
Широко улыбаясь, на постамент, вышел высокий мужчина в тёмно-зелёном костюме, на его плече была какая-то нашивка, но я не смогла разглядеть, что именно там было изображено. Тёмные волосы, собранные в низкий хвост и самоуверенность во взгляде.
Неужели это наш новый губернатор? Глашатай сконфуженно улыбнулся, явно что-то пытался сказать, но мужчина поднял ладонь вверх.
Следом за ним поднялись ещё трое мужчин, одетых точно так же. Охрана? Мелькнуло в голове.
Мужчины встали по краям помоста, и заложили руки на спину.
Толпа загудела, не понимая, что происходит. Я взяла Кристину на руки и отошла от основной массы, понимая, что может начаться давка.
А тем временем из толпы стали доноситься крики.
…куда прёшь? ...
…не видишь, что я здесь стою! ...
Я бы не увидела, что там происходит, если бы не Кристина, что сидела на моих руках и видела больше.
— Там какой-то мужчина в капюшоне, — она указала пальчиком, но из-за количества людей, я не смогла увидеть, пока…
Этот самый таинственный мужчина не подошёл вплотную к помосту. Если бы это был простой горожанин, то его бы погнали прочь, шуточное ли дело – скоро на помост поднимается губернатор, но один из четырёх мужчин, опустил перед ним лестницу.
Играючи даже не прилагая усилий, этот таинственный незнакомец поднялся по ней и только поднявшись, снял капюшон.
Мужчины, что стояли по периметру помоста, тут же поклонились, как и глашатай, застигнутый врасплох таким появлением.
А я…сердце ухнуло вниз, а во рту вмиг стало сухо.
Это был Ксандр Девали. Бывший муж Айлин, а, собственно, и мой теперь.
С грохочущим сердцем я смотрела на дракона и представляла только одно, как он улыбался, когда бедняжка сползала на пол, держась за сердце.
Это было последнее, что она увидела. Скорее всего, и в повозку её грузили в бессознательном состоянии.
И теперь этот ящер будет в городе, где живу я губернатором?!
Да ладно? Да за что, блин!
Меньше всего на свете я хотела видеть его наглую рожу.
Ксандр стоял и улыбался. Губернатор недоделанный, да от такого добра точно не дождёшься. Мне хотелось пробраться через толпу и вцепится ему в рожу, разодрать до мяса, настолько я разозлилась, но вместо этого я развернулась и собралась покинуть площадь. Но меня остановила Берта.