Развод по-имперски. Хозяйка разрушенного города, стр. 21
Настроение было просто кошмарным. У меня будто всю душу выскребли и теперь потревоженные кости пульсировали и гудели, болезненно отзываясь на каждое движение.
– Леди Элирс, – кира Дариа укоризненно посмотрела на меня, ставя на столик чай, блинчики с вареньем и фруктовый салат, – вы с каждым днём выглядите всё более болезненной.
– Благодарю за приятные слова, кира Дариа, – не скрывая сарказма, отозвалась я.
– Простите, – смутилась она, – но вам бы показаться лекарю.
И ушла.
Весь аппетит испортила.
Я кисло посмотрела на блинчики, сразу отодвинула салат и в итоге просто пила чай.
Есть не хотелось. Ничего не хотелось. Только свернуться где-нибудь клубочком и горько плакать, пока слёз не останется.
– Леди Элирс, черепицу привезли! – в чайную заглянул радостный кир Сорвейн с папкой в руках. – Вы лучше дома пока не появляйтесь ради собственной безопасности, стройка всё же.
День всё кошмарнее.
Хотя черепица – это же хорошо, да?
В итоге большую часть дня пришлось потратить на бесцельные прогулки по городу. Заодно я оценила скорость работы местных строителей и лорда Грейвхарта.
Они успели разобрать большую часть участков вокруг площади и теперь заливали сразу несколько фундаментов, а керны, что меня невероятно удивило, магией заставляли растворы мгновенно затвердеть, что делало их мгновенно пригодными для дальнейшей стройки.
В каком-то большом здании из брёвен уже срубили четыре венца.
Я была поражена.
Домой я пришла ближе к вечеру, едва ли что-то съев за весь день, зато чувствуя слабость, головокружение и тошноту. Надо всё же показаться лекарям, со мной точно что-то не так. Видимо, вмешательство в ауру и тот ритуал привели к более серьёзным последствиям, чем мы с Колином думали.
Мой дом издали порадовал меня новенькой светлой черепицей и окнами, установленными на втором этаже. То есть теперь всё было застеклено. Как прекрасно!
Помимо приятных изменений на участке меня ждали кир Сорвейн и незнакомый мужчина с безупречными манерами, из-за чего я сразу заподозрила в нём лорда.
Так и оказалось.
– Лорд Ориан Дельмар, – он величественно поклонился.
Я представилась в ответ, вежливо склонившись, а Сорвейн шепнул мне:
– Маг-инженер из столицы, аркант привёл, он займётся вашим водопроводом.
Вот оно как!
Лорд Грейвхарт не переставал меня удивлять.
Я дала инженеру дозволение изучить участок и дом, и они с Сорвейном полчаса ходили и что-то обсуждали, записывали и зарисовывали. Потом Дельмар нас покинул, а я выписала своему строителю новый чек на материалы и оплату труда.
Под вечер на моём пороге появилась новая корзина с едой. Мне было крайне интересно, кто взялся меня подкармливать.
В желудке неприятно сосало от голода, но едва я откусила кусочек свежей ягодной булочки, как меня чуть не вырвало.
Что-то не так. Что-то совсем не так!
Глава 25
Этой ночью я наложила на комнату помимо защитных чар ещё и звукоподавляющее заклинание. Если придут новые зазывалы, то пусть орут хоть до утра, я не услышу ни единого крика.
На следующий день мне перекопали половину заднего двора, устанавливая привезённую Дельмаром магическую систему переработки и нагрева воды.
Он привёл с собой магов из столицы, и те до самого вечера протягивали трубы по дому, а на следующий день мне установили сантехнику.
Как раз к этому моменту доставили древесину для внутренней отделки.
Дело шло бодро. Столь же бодро утекали деньги.
А мне становилось всё хуже.
Я старалась не поддаваться панике и пыталась взять собственный организм под контроль, но ничего не получалось.
Все попытки поесть приводили к тому, что меня попросту выворачивало. Я могла только пить чай, особенно мне нравился тот ягодный, что делала бабушка Грета.
Она смотрела на меня с болью и тревогой и постоянно уговаривала попытаться поесть.
Мои ладони были ледяными и не отогревались даже у огня. Меня постоянно колотило от холода и руки дрожали. Я стала ходить медленнее и не вылезала из платка, подаренного Грейвхартом, даже когда над головой светило яркое тёплое солнце.
Сам аркант куда-то запропастился. Я слышала разговоры местных о том, что он срочно отбыл в столицу по делам императора. Но кто знает, где правда, а где эти болтушки приукрасили?
Я стала обдумывать свою поездку в столицу. В Краенхолле не было лекарей-магов, а не маги мне, боюсь, помочь не могли.
К сожалению, я не умела открывать порталы из пустоты. Вот если бы был заякорённый, такой, через который я пришла в город из поместья Дамиана и какие были разбросаны по всем крупным городам... Но такого в Краенхолле не имелось.
Не было тут и мага, который мог бы помочь мне и создать портал. Тут вообще, насколько я поняла, из магов только я, Ликс и керны. Но этот шарлатан был задержал, а кернов не наблюдалась.
Может быть, они ушли вместе с Грейвхартом? Но почему тогда границы города оставались закрыты и стража без разрешения администрации и сопровождения никого никуда не выпускала?
Мы оказались изолированы от мира. И в моём положении, боюсь, это было смертельно опасно.
На третий день обнаружилась ещё одна неприятность – я больше не могла колдовать.
Руки страшно дрожали, не получалось сконцентрироваться, а магия выходила не стабильным контролируемым потоком, а плевками.
Я сидела на полу в темноте, куталась в платок и не знала, что мне делать.
В городе нет никого, кто мог бы мне помочь. Ни один из местных не разбирается в магии и не наделён собственной. Колдовать я не могу. Мне всё хуже с каждым днём. Ещё и границы города закрыты, но даже если меня выпустят – до ближайшего города двое суток пути. Я столько не выдержу. Да и портала там тоже нет...
Похоже, вот таким будет мой бесславный и довольно жалкий конец.
И тут в дверь настойчиво постучали.
Я с огромным трудом поднялась. Страшно шатаясь, натыкаясь на стены в темноте и шаркая ногами, будто мне было сто лет, я дошла до двери и с трудом надавила на ручку – сил просто не осталось.
Я фактически свалилась за порог в объятия успевшего среагировать и поймать меня мужчины.
– Калиана?! – с ужасом выдохнул лорд Грейвхарт.
На пол с шелестом упал букет принесённых им цветов, что-то громыхнуло и рассыпалось...
– Ты вся ледяная! – зарычал аркант.
Прижимая меня к себе, он умудрился второй рукой потрогать мой лоб, заглянуть в моё лицо, в глаза, прощупать пульс – и всё это секунд за пять, быстро и чётко.
– Бедовая девчонка! – прорычал он, подхватил меня на руки и прямо от порога призвал портал.
Не знаю, что было дальше – я потеряла сознание.
Проснулась я от ощущения тепла и спокойствия.
– Очнулась? – раздался усталый женский голос над головой.
С трудом разлепив веки, я увидела вокруг себя густое переплетение серебристых и тёмно-зелёных заклинаний. Какая-то серая дымка покрывала всё моё тело.
– Пришлось хорошо постараться, чтобы заштопать твою ауру, – с ощутимым укором произнесла женщина.
Я повернула голову и сквозь все жгуты магии разглядела её очертания.
Ей было лет сорок на вид. Каштановые волосы выбились из низкого хвоста на затылке, лицо было уставшим, а глаза ярко мерцали в полутьме. На ней была белоснежная мантия и серебряный символ летящей птицы, что говорило о её звании магистра лекарского дела.
Если уж маг такого уровня после работы со мной выглядел таким уставшим, мне страшно представить, в каком состоянии находился мой организм.
Она подтвердила мои худшие опасения:
– Ещё пара часов, и спасать было бы некого.
Мне стало совсем нехорошо.
А лекарь подняла руки над головой и сладко потянулась всем телом, разминая затёкшие мышцы.
– Значит, так. Три дня никакой магии и никаких переживаний. Я дам тебе капли, будешь пить каждый час. Питание три раза в день, сон не менее семи часов, ежедневные прогулки – обязательно! И больше никаких, слышишь меня? Никаких сомнительных ритуалов с воздействием на ауру! Я не шучу. Ещё одна такая выходка, и ты просто умрёшь. Понимаешь меня?