Небесный всадник 5 (СИ), стр. 39

— И?

— Что и?

— Ты ведь к чему-то это рассказываешь мне, — пояснил я.

— Наверное, мысли в слух, Самсон. Иногда надо проговорить истину, чтобы принять для себя реальность, даже если тебе она не нравится. Просто не рассказывай никому, что ты там видел, хорошо? Ни про меня, ни про Ози. Мы просто потеряли сознание и всё.

— Ладно, — пожал я плечами.

Тонкий намёк больше не говорить о том, что было? Хотя там был толстый намёк, тяжело не понять. Как раз для таких, как я.

Глава 129

Утро вечера мудренее, и на следующий день я мог уже куда более адекватно взглянуть на происходящее. В плане, сколько осталось запасов, как много выжило и сколько мы протянем.

Перво-наперво, выжившие. Мы смогли вернуть в город одну треть и получается, что бурю пережило две трети жителей. Среди них я видел даже ту мать с дочерью. Который Алесор так пытался спасти. Что ж, можно считать успехом, учитывая размер и состав спасательной команды, из которой выжило шестеро: я, Ози, Тефея и ещё трое охранников.

Следующим шли запасы. С едой проблем не было — проблемы были с водой. Даже та, которую мы набрали и теперь экономно расходовали, уходила достаточно быстро, а когда жителей стало в два раза больше, вопрос шёл уже буквально на дни.

Ну и третье — сколько мы протянем. Если вопрос с водой шёл на дни, то и протянем мы дни. Тут не надо быть экспертом ли математическим гением, чтобы всё это просчитать. И выход, который я видел…

— Кочевники? — переспросила Тефея.

— Ты же только глаза повредила, не слух, — заметил я. — Чего переспрашиваешь?

— Это звучит круче и показывает, насколько твоя версия тупая, — хмыкнула Глиста.

— Как предложишь что-нибудь дельное кроме поспать и поесть, мы обязательно учтём твоё несомненно важное мнение, — пообещал я, бросив на неё взгляд, после чего опять обратился к Тефее. — В городе оставаться — это себе дороже. Просто без шансов. Надо уходить, пока есть силы и запасы.

— И как далеко, Самсон? — спросила Тефея. — Я полностью поддерживаю твоё предложение, чтобы ты понимал. Но вынуждена указать на один хрупкий момент. Едва все начнут двигаться, им потребуется больше воды. С таким количеством людей запасы уйдут буквально сутки, максимум, двое. Дальше будет смерть.

— Тогда…. Берём кочевников, что в городе, и двигаемся малой группой в поисках воды? — предложил я. — Найдём — вернёмся за ними или с водой.

Просто вот так сидеть и ждать было самым обычным, просто очень медленным самоубийством. Единственный выход — искать воду. Идти самому, чтобы потом показать путь или привезти запасы, или вести за собой людей. Оба варианта имели плюсы и минусы, оба вариант имели право на существование.

Конечно, вернись драконы. Всё было бы иначе, но тех пока было не видать.

— Так что решим? — спросила Ози, глядя на меня и на Тефею.

— Я полностью поддерживаю Самсона в этом вопрос, но, если нужен мой совет, идём малой группой. Мы втроём. Люди больше протянут, если останутся в домах, чем под открытым небом. Главное, найти воду, а дальше всё будет гораздо проще.

Так мы и порешали.

Кстати, город к этому моменту уже начали покидать кочевники. Не желая ждать медленной и мучительной смерти от жажды, когда закончится вода, они просто собирали караваны и уходили в пески. А на мой вопрос, куда они уходят, я слышал только один ответ:

— Пустыня укажет путь.

— А если она укажет путь к смерти? — нет, ну а что, это логичный вопрос.

— Тогда таков путь.

— Но вы знаете, куда идти?

— В пески. По небу, глядя, как уходят звёзды и следуя за ними, мы найдём свою дорогу.

Короче, они определяли направление по звёздам, решая куда двинуться, и никто не шёл следом за прошлым караваном. Это была чисто на удачу, как рулетка, где ты ставишь на число и цвет, надеясь, что угадал, а ставка — твоя жизнь. Просто никто из них не знал, где именно находится город, а значит не имел главного ориентира, от которого можно было бы отталкиваться, и всё зависело исключительно от того, угадали ты направление или нет.

Но даже при этом они даже не ленились забирать своих рабов, хотя казалось бы, лишние рты. А когда я попросил присоединиться, почти все отвечали отказом. Как говорили, своих ртов хватало.

В итоге удалось договориться лишь с одним небольшим караваном из двух животных, которых вели четверо человек. Хотя люди — это название номинальное. Двое были теми чёрными существами, покрытых чёрными пластинками с синими глазами, двое других просто замотаны в свои шарфы и халаты, что даже глаз не видно. Такая себе компания, но они были единственными, кто согласился помочь.

За деньги, естественно, и деньги и немаленькие, но в нашей ситуации золото теперь не играло никакой роли. Да и деньги были не нашими, а города, который уже точно доживал свой последний месяц, в скором времени рискуя стать ещё одними руинами, затерянными в песках.

Мы выступили с последними лучами солнца. Да, ночью было холодно, но днём невыносимо жарко и вода улетала буквально по щелчку. И если от холода можно было укутаться, то вот запить жажду попросту не представлялось возможным, учитывая скудные запасы.

Я бросил взгляд на ворота города, который одиноко возвышался среди жёлтых песков, прежде чем спуститься с ближайшей дюны, за которой тот и скроется. С одной стороны, город был, как тихая гавань, где можно было спрятаться. С другой — смертельной ловушкой. А потом шаг, и я медленно скатился с горки, вызывая небольшие песчаные оползни под ногами.

Нас ждали поиски воды.

Я, Тефея и Ози, двигались по пустыне следом за караванщиками.

Направление было выбрано на север, обратно к территориям веелинцев, но никто не знал, верно ли мы поступили или нет. С одной стороны, логично было вернуться к ним, с другой, как бы не оказалось, что мы сейчас находимся на другом краю пустыни, и когда надо двигаться на юг, мы тупо углубляемся в пески.

Поход был самым обычным. Песок везде забивался, воздух сушил, ноги вязли в песке, постоянно проваливаясь в таких условиях ты невольно заскучаешь по нормальной твёрдой земле. Щагая за нашими проводниками, я между дело спросил у Тефеи:

— Ты уверена, что не хотела остаться?

— Как ты и говорил, разделяться будет плохой идеей. Мы уходим вместе и, если что, погибаем вместе. Это и значит быть командой.

— Загнула так загнула, — уважительно кивнул я. — А как твои глаза?

Тефея повернул голову ко мне, после чего осторожно сняла повязку. На меня смотрели красные, слегка блеклые глаза, будто их покрывала кроваво-пепельная плёнка. Так и хотелось протянуть пальцы и попробовать снять её.

— Я вижу лишь очертаниями. И тем не менее, вижу, что уже хорошо. Могло быть и хуже. Как вернёмся, Мелисса по щелчку пальце всё исправит.

— А ты помнишь что-нибудь из произошедшего? Что читала, например?

— М-м-м… я помню, как увидела книгу, после чего её открыла, а дальше всё, как в тумане вплоть до момента, когда мы бежали прочь из разрушающегося города.

— Жаль…

— Жаль, что не помню?

— Ага. Может ты там что-нибудь интересное вычитала бы…

К сожалению, с городом ушла в пески и та самая экспедиция во главе с главой архитекторов или кем там он был, кто смог бы пролить свет на храм. Короче говоря, последняя нить, и та оборвалась, так и не дав возможности найти ответ.

А может ответа и не стоило искать.

Как сказал тот царь? Что небесные всадники были теми ещё отморозками, которые убивали всех подряд? Понятное дело, что убивали они не всех подряд, а тех, кто представлял угрозу. Не зря же их называли защитниками. Защищали то, что было им дорого или то, что считали правильным. Но дело не в этом. Кому хватило сил разобраться с ними всеми?

Первая мысль — хранительницы. Всадницы, которые решили немного утихомирить своих братьев по оружию, но перестарались. Но это как-то немного не вязалось с фразой «мы потеряли кровь». Потеряли — это не убили и не уничтожили. Это именно что потеряли не по своей воле. И то, что речь шла именно о всадниках нетонко намекала фраза про смирение, бунт и ярость, и их природу. Ну то есть понятно, что всё спокойное — хранительницы, всё злое и бунтующее про защитников.