"Зарубежный детектив 2026-11." Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 347

Старуха заглянула в миску, зачерпнула ложку и отведала. Сделала гримасу разочарования.

– А что сталось с той кухаркой, что работала у твоего отца? Свой внешний вид она не блюла, но готовить умела. По крайней мере, знала, как приправить еду.

– С удержанием персонала возникли сложности, – сдержанно ответил Маркус, бросив взгляд на Хэтти, все еще находившуюся в комнате. – Миссис Веббер – человек надежный. Она старается, как может.

Суп был не так уж плох, но сильным запахом капусты и серым цветом он напоминал скорее пищу для крестьян, чем блюдо для людей из высшего общества.

– Наймите новую повариху, – распорядилась Элспет, и Маркус послушно кивнул. – Эта вас всех угробит еще до Рождества – конечно, если твоя женушка ее не опередит.

Последовало неловкое молчание, прежде чем Луна набралась смелости заговорить:

– Я так восхищаюсь вышивкой на вашем платье! Плющ – выносливое растение, хотя и несколько агрессивное. Он оплел весь дом.

Она пыталась расположить к себе старую леди, но Элспет и не думала поддаваться.

– Плющ призван отгонять зло, но, боюсь, в этом случае он оказался бессилен. Я помню, что он был частью цветочных композиций на вашей свадьбе – символ вечной жизни, преданности, верности… – Она фыркнула.

Луна не отступала:

– Как чудесно, что вы здесь! Я с нетерпением жду возможности узнать вас лучше.

Двоюродная бабушка Элспет посмотрела на Луну через очки в металлической оправе.

– Странное желание. Тебе, моя милая девочка, придется многое объяснить. Мне сообщили, что ты носишься по лесу – обнаженная или закутанная в простыню, выкрикивая непристойности прохожим, и изредка пытаешься вызвать дьявола.

Хэтти ахнула и выронила супницу, которую как раз собиралась унести на кухню. Та с грохотом ударилась об пол, суп брызнул во все стороны – по ножкам стола, по деревянным половицам. Теперь все внимание было приковано к случившейся катастрофе.

– В самом деле, дитя, что с тобой не так? – рявкнула бабуля Элспет, но Луна ласково посмотрела на девочку и тут же вскочила, чтобы помочь ей привести все в порядок.

– Луна! – Голос Маркуса прозвучал резко. – Хэтти справится сама. Это не твоя забота.

Она смутила его, повела себя как прислуга, а ведь все, чего он хотел, – это умилостивить свою надменную родственницу.

Луна скользнула обратно на стул и кивнула, опустив взгляд в тарелку, пока двоюродная бабушка Элспет перечисляла новые обвинения.

– Я, между прочим, переписываюсь с преподобным из Святой Марии, – произнесла она, властно взмахнув рукой. – Мы познакомились много лет назад в Лондоне, он близкий друг нашего приходского священника. Он держит меня в курсе событий Литл-Даутона, и знаешь, твои ночные эскапады вызвали в округе резонанс.

«Почему, – задавалась вопросом Луна, – поведение, которое Луна давно оставила в прошлом, так волнует эту женщину? С тех самых весенних ночей она больше не бродила по лесу ни нагой, ни закутанной в простыню».

– Я уже давно не гуляю по ночам, и у меня полностью иссякло желание бегать голышом.

– Против наготы я ничего не имею, – пояснила Элспет. – В конце концов, именно нагими мы приходим в этот мир. Я и сама люблю побыть наедине с матушкой-природой, в пределах собственного дома. Но твои безбожные попытки призывать темные силы – вот они вызывают у меня отвращение. Думаю, муж натерпелся от тебя предостаточно.

Луна вздохнула и выдала свой обычный ответ:

– Я была под воздействием опиатов, которые, к счастью, больше не имеют надо мной власти. – Она изобразила искреннее раскаяние за поступки, которых никогда не совершала. – Благодаря любви и заботе Маркуса мне стало гораздо лучше. Надеюсь, преподобный упомянул, что я теперь посещаю церковь и даже участвовала в сентябрьском сборе урожая?

Двоюродная бабушка Элспет фыркнула.

– Он сообщил и то, что несколько лет назад ты прокляла старушку из деревни и бедняжка скончалась.

Тут Маркус наклонился вперед, чтобы вмешаться от имени Луны.

– Та и сама называла себя ведьмой и была настоящей склочницей. Я уверен, что страх перед лепетом моей жены довел ее до апоплексического удара. Как я много раз говорил разным людям, физические реакции на эмоциональный стресс не редкость. Люди могут умереть от страха. Если у человека слабое здоровье и он испытывает панический ужас, то это может привести к внезапной остановке сердца. Нечто подобное, несомненно, произошло с ее мозгом. Проклятие Луны было не более реальным, чем сказки о драконах или единорогах. Удивляюсь, тетушка, как вы можете думать иное.

Элспет прищурилась.

– Мое путешествие было долгим, и я собираюсь отдохнуть. Маркус, – приказала она, – проводи меня в мою комнату. Мне нужна помощь, чтобы подняться по лестнице.

– Конечно. – Он встал со стула.

Маркус взял старушку под руку и помог ей подняться по лестнице; Луна же осталась сидеть за столом, убежденная, что это был всего лишь предлог для уединенного разговора с племянником. Возможно, прямо сейчас двоюродная бабуля Элспет требовала, чтобы его жену немедленно увезли в желтый дом.

Глава 32

Маркус и Луна откладывали отход ко сну так долго, как только могли, остро ощущая нависшую неизбежность. Но когда часы пробили десять, они вместе поднялись по лестнице.

Они привыкли брать по лампе каждый, зная, что расстанутся у главной спальни, но теперь у них была одна лампа на двоих. Маркус открыл дверь, и Луна осторожно пронесла светильник сквозь тени комнаты, поставив его на каминную полку, пока муж зажигал свечу у кровати.

– Что сказала обо мне твоя тетушка? – спросила Луна, больше не в силах сдерживать любопытство.

– Спросила, что происходит.

– В каком смысле?

Это был не тот ответ, которого она ожидала. Луна скорее готовилась услышать, что старушка догадалась, кто она на самом деле, или потребовала немедленного удаления Луны из дома.

– Она чувствует, что что-то не так, но не может понять, что именно. Завтра, может, нам удастся убедить ее в обратном.

– Кажется, она уже давно решила для себя, кто я. Но о тебе она беспокоится искренне. У тебя постоянно хмурый вид.

– У меня сейчас слишком много забот, и прежде всего – отчаянное желание, чтобы ты ей понравилась. Потому что, как бы я ее ни любил, я не позволю ей разрушить то, что у нас есть. – Под этим он явно имел в виду риск ее разоблачения.

Она пожала плечами:

– Все, что мы можем сделать, – это показать ей, что мне стало лучше.

Весь день они играли свою роль безупречно, и, даже при всех сомнениях Элспет, их взаимную привязанность было невозможно не заметить.

Наступила тишина. Они стояли, словно перед невидимой чертой.

– Могу лечь на полу, – предложил он.

– Не глупи. Здесь прекрасная кровать, мы можем поделить ее. Так обычно делают супруги.

Даже если они будут просто лежать рядом – без прикосновений, без слов, – это будет хорошо, – рассуждала она. Пускай она отчаянно хотела, чтобы произошло что-то большее, ее желание могло и не сбыться. К сожалению.

– Я много лет сплю один, – нахмурился он. – Не привык делить с кем-то постель.

– Тогда я обещаю не ерзать и не перетягивать одеяло, – сказала она, надеясь, что юмор снимет напряжение. – Уверена, мы сумеем договориться.

Она взяла серебряную расческу с туалетного столика и услышала, как он опустился на кровать. Взглянув мельком в овальное зеркало, Луна увидела, как напряжение исказило его черты, будто углубив все морщины. Она закончила расчесывать волосы, положила расческу на поднос и повернулась к нему. Он вымученно улыбнулся:

– Спасибо тебе. За все эти последние несколько месяцев. Ты сделала их куда более сносными.

– Мы оба помогали друг другу, – пожала плечами она. – И я ценю, что ты ни разу не спросил меня о моем…

Маркус поднял руку, останавливая ее.

– Оставь прошлое там, где ему место. Наша правда в другом. Я хочу жить в мире, где Маркус и Луна Грейборн счастливо женаты, а их будущее полно еще не написанных страниц.