"Зарубежный детектив 2026-11." Компиляция. Книги 1-10 (СИ), стр. 140

– Может быть, попробовать перейти на ту сторону, – говорит Карл. – Если осторожно.

– Но ведь отовсюду сочится вода, – возражает Дорте.

– Во всяком случае, я хочу приглядеться к этой машине.

– Зачем? – говорит Дорте. – Я не хочу, чтобы ты туда ходил!

– Да тут пара шагов, – говорит Карл, оглядываясь в поисках ветки, которую можно было бы использовать как трость. Дорте знает, что отговаривать брата бесполезно, поэтому просто просит его быть поаккуратнее. Не очень-то быстро он двигается, сложно нащупать надежную опору под ногами. Наконец он осторожно приближается к задней части джипа.

Дорте остается, где стояла, в паре метров от края. Насколько видит глаз, все во впадине и рядом с ней находится в постоянном скользящем движении. Вокруг ног Дорте что-то булькает, журчит, чавкает. А она-то думала, что стоит экскаватору раскидать камни и землю, и дорога будет расчищена, путь домой свободен.

Подобравшись почти вплотную к джипу, Карл наклоняется, видимо, хочет заглянуть внутрь через окошко машины. Только одна задняя дверца не полностью заблокирована камнями и землей. Окно открыто, наверное, через него они и выбрались. Дорте достает мобильный телефон и фотографирует машину и завалы. Карл выбирается на твердую почву целым и невредимым, энергично топает ногами, чтобы стряхнуть с обуви грязь.

– Не топай так сильно, – просит Дорте. – Вдруг тут земля тоже поползет.

Странный звук заставляет их посмотреть вверх. Будто жужжит какой-то гигантский кровожадный комар. Звук приближается, становится назойливее, но Дорте ничего не видит.

– Дрон, – говорит Карл. – Значит, уже смотрят, как тут обстоят дела.

В конце концов Дорте удается разглядеть дрон, он летит выше, чем она думала.

– А нас они видят? – спрашивает она.

– Наверняка.

Они разворачиваются и пускаются в обратный путь.

– Да, скоро нам отсюда не выбраться, – говорит Карл. Больше они не произносят ни слова, пока не приближаются к хутору. Возле ворот расположена большая, покрытая грязью площадка, на которой разбросаны куски коры и еловые ветки. От нее отходит узкая, одному трактору проехать, дорога. Они останавливаются, раздумывая, не пройти ли по ней немного, посмотреть, что там дальше.

Но они промокли, и скоро пора обедать.

– Все догадаются, куда мы ходили, – говорит Дорте.

– Ну и что?

Качая головой, Дорте всматривается в даль, где дорога скрывается за стволами деревьев и туманом.

– А эта дорога куда ведет?

– Да никуда. В лесную чащу, там и кончается.

– Это там они собирались охотиться на лис?

– Одно я тебе точно могу сказать: у этих двоих и в мыслях не было охотиться на лис, – говорит Карл.

– А чем же они собирались заниматься? – спрашивает Дорте, но брат уже шагает дальше.

Карл

На обратном пути они встречают Яна Инге с Лабаном. Пес не бросается им навстречу, а остается на месте, виляет хвостом и перебирает лапами от радости. Карл опускается на корточки, чтобы погладить его.

– Слабит его, – говорит Ян Инге. – Уж второй раз за час вывожу.

Карл щекочет собаку за ушком, только до этого местечка еще не добрался дождь.

– Животик болит, дружок? Ты всегда любил покушать.

– Да вот и странно, здесь-то мы ему только сухой корм даем. А вы где были?

– Ходили посмотреть на оползень, – отвечает Карл.

– Ого, ни фига себе. Ну и как оно, на ваш взгляд?

– В смысле, можно ли отсюда выбраться на машине? Исключено.

– Ого, ни фига себе, – повторяет Ян Инге.

– Мы пойдем переоденемся.

Карл выпрямляется. Лабан чапает к обочине погрызть жухлые травинки.

– Собаки здорово умеют сами лечиться, – говорит Карл.

– Хотелось бы, – бормочет Ян Инге.

Капающая с куртки вода образовала на его штанинах два больших мокрых пятна. Удивительно, что такой благоразумный человек надевает непромокаемую куртку, а непромокаемые брюки – нет. Что за идиотизм.

Винтовки и рюкзаки так и стоят на крыльце, а в холле, в уголке, спят сидя, завернувшись в пледы, оба охотника. Сапоги сброшены, верхняя одежда повешена на спинки оставшихся свободными кресел. Анетте с родителями сбились в кучку перед камином. Услышав, что открывается дверь, они оборачиваются, и Анетте предостерегающе прикладывает палец к губам. Карл и Дорте тихонечко подходят к ним – настолько тихо, насколько это возможно в горных ботинках. Временами переходя на шепот, они рассказывают, где были; как и можно было ожидать, услышанное очень расстраивает мать и Анетте. Но когда Дорте достает мобильный, увидеть фото оползня хотят все.

Воспользовавшись моментом, Карл идет к себе в номер снять мокрую одежду. Возвращаясь, он сталкивается с Яном Инге, который как раз входит вместе с собакой. Не шуметь не получается.

– Псу страшно интересно, что там в этих рюкзаках на крыльце, – громко говорит Ян Инге. Лабан отряхивается, капли летят во все стороны, серый сланцевый пол темнеет от воды. Тут просыпается старший из охотников, бородатый. Выпрямляется в своем кресле и обескуражено смотрит на Яна Инге.

– Извините, если разбудил, – говорит Ян Инге. – Наш пес влез в один из рюкзаков, которые вы оставили на крыльце. В них ведь нет съестного?

У охотника забегали глаза, но он молчит. Потом скидывает плед и встает. Прямо в шерстяной футболке и кальсонах идет и распахивает дверь на крыльцо. Ян Инге остается стоять на пороге. Придерживает Лабана за ошейник, чтобы не выскочил наружу. Карл подходит к ним, гладит пса по голове.

– Что там у вас в рюкзаках? – спрашивает он через полуоткрытую дверь. Ему видно, что из одного рюкзака, где клапан лег криво, свешивается полоска бумаги. – Если это приманка, может быть, лучше поставить ее на холод?

Охотник медленно оборачивается. Глаза как две узкие щелки над окладистой бородой. Не поймешь, он злится или просто не до конца проснулся.

– Если хотите, давайте я ваши рюкзаки унесу в холодную кладовку, – говорит Карл.

Очевидно, предложение не актуально. Мужчина резко поворачивается и хватает рюкзаки. Взяв по рюкзаку в каждую руку, он протискивается с крыльца в дом и прямо в носках шлепает на кухню.

– Похоже, он знает, где здесь кладовка, – говорит Ян Инге.

– Милый типчик, – вставляет Анетте.

Карл удрученно качает головой и ради отца с матерью пытается изобразить на лице улыбку. Никто из них не улыбается в ответ. Карл замечает, что храп утих. Младший из мужчин заворочался в кресле, не открывая глаз.

– Их на самом деле зовут Стейн и Свейн? – тихонько спрашивает Дорте.

– А разве не Гейр и Стейн? – говорит Ян Инге. Выпустив из рук ошейник Лабана, он пытается стянуть с себя промокшую куртку. Анетте приходит ему на помощь.

– Идем, тебе надо обсохнуть, – говорит она и тянет его к камину.

Дорте подходит поближе к Карлу.

– Что ружья там стоят, это ведь тоже не дело? – шепчет она.

– Нет, – отвечает Карл. – Я думаю, мы с Уле этот вопрос решим.

И замолкает. Старший из охотников возвращается без рюкзаков. Коротко кивает им и плюхается в кресло, где сидел раньше. Закутывается в плед с головой. В углу воцаряется полная тишина.

– Ну-ну, – слышит Карл бормотание отца.

– Слушай, поболтай пока с мамой и отцом, – просит Дорте брат. – А я пойду, переговорю с Уле.

На кухне Уле вытаскивает из духовки большой противень с плоской, но толстой, благоухающей травами лепешкой. Ставит противень на стол и несколько скептически оглядывает свое произведение.

– Надеюсь, похоже на фокаччу. Выпечкой обычно занимается жена.

– На мой взгляд, вполне.

Карл склоняется над столом, сложив руки на груди крест-накрест.

– Мы с Дорте сходили посмотрели на оползень.

Уле вскидывает на него глаза. Потом идет за решеткой, переваливает хлеб на нее.

– Я так и думал, что ты туда сунешься. В ширину он сколько метров будет?

– Примерно восемь-десять. Пройти там еще долго будет невозможно. А машина уж точно не проедет.