Системный Археологю Тетралогия (СИ), стр. 161

– Это ещё зачем?

– К Коле в гости поедем. Ты же хотела посмотреть, где он живёт?

– А работа? На работу ты собрался из Челябинска ездить?

– Возьми отгул, – посоветовал я отцу. – Думаю, они должны дать, уточни у эмчэсников.

– Точно! Хорошая идея, жаль только, что по деньгам потеряю.

– Я компенсирую, не переживай.

– Ещё чего! – возмутился папа. – Это родители должны детям помогать, а не наоборот. Что мы, беспомощные что ли какие?

– Ну ты то хоть не начинай, а? – попросил я. – Короче, за финансы не парьтесь, если что – все расходы на мне.

– Коля!

– А смысл был тогда меня рожать, растить и воспитывать, если не собираетесь принимать от меня помощь? – усмехнулся я в трубку. – Всё, я скоро приеду, пока собирайтесь.

– Приедешь? А зачем? – в голосе отца послышались настороженные нотки.

– А разве я не могу приехать к вам просто так? Вещи помогу собрать.

– Хочешь помочь со сбором вещей? Так мы и сами справимся.

– Что там? – я услышал заинтересованный голос мамы. – Что он говорит?

– Да погоди ты! Говорит, что едет.

– Так это же хорошо! Пойдём быстрее, я быстренько что‑нибудь приготовлю.

– Это лишнее. Не надо, пап, скажи ей, чтобы не тратила время на всякую фигню. Вещи собирайте лучше!

– Скажу‑скажу, и всё же, зачем едешь то?

– А вот! Приеду, расскажу, – я не стал говорить ему, что собираюсь отправиться в Разлом. Зачем лишний раз их волновать. – Всё, давай, до встречи.

– Темнишь ты что‑то сын… – сказал отец, прежде чем отключиться.

– Родители? – спросил меня Марк, отлипнув от экрана своего телефона.

– Угу.

– Волнуются?

– Они ещё не в курсе.

– А что тогда?

– Разлом, в который мы едем, открылся у них во дворе.

– Ни хрена себе, сказал я себе! – присвистнул Валера с переднего сиденья. – И чего они?

– Да чего‑чего? – тяжело вздохнул я. – Упираются, не хотят уезжать. Да там половина таких.

– Это плохо, – Марк сжал губы. – Гражданские будут нам мешать, когда пойдёт прорыв. Почему их до сих пор не эвакуировали?

– А мне почём знать? – спросил я. – Это к администрации вопросы.

– Зададим, – уверенно кивнул Марк. – Давно уже пора разработать схему и алгоритм эвакуации мирняка в таких случаях. Ни хрена они не соображают сидя там в своих кабинетах. Их бы пару раз заставить пройти через прорыв, вмиг бы мозги на место встали.

– Да кто их заставит то? – сказал кто‑то с задних мест.

Началось обсуждение и критика бюрократического чиновничьего аппарата, в которых я не желал принимать участия. Вместо этого, я набрал Саню и попросил его забрать или хотя бы встретить моих родителей. Друг без лишних вопросов согласился встретить, сказав, что прямо сейчас сорваться ну никак не может.

До места мы добрались, когда до открытия оставалось чуть больше часа. И, вместо огороженной и очищенной от людей территории, увидели толпу зевак и горстку полицейских, которые пытались их разогнать.

– Больные что ли? – в голосе Марка послышалась злость. – Сейчас я их нахрен сам разгоню, идиоты блин!

Мы выскочили из машины и направились в сторону оцепления, расталкивая на ходу зевак. Люди возмущались, некоторые пытались даже быковать на наши «нежные» толчки, но выпущенный кем‑то из ребят порыв ветра, сбивший разом десяток людей, быстро прочистил мозги большинству.

Самые же наглые, бесстрашные и тупые продолжили кричать что‑то нам в спину, достав телефоны и начав нас снимать. Эти их действия вызвали у меня внезапный приступ раздражения, который я с трудом подавил. Вместо этого, я сосредоточился на своём новом навыке Адаптивного тела , бустанул Вторжением  всё, что мог, и «потянул» с их стороны электричество.

До этого я толком не практиковался с дистанционным поглощением, только с тактильным, когда восстанавливал заряды через розетку после битвы с Доцентом.

Это было… тяжело. Самое сложное было сконцентрироваться и найти нужные источники. В этом мне помог Взгляд . Стоило мне нащупать путь, как капли электрической энергии мгновенно втянулись в вытянутую руку, а со стороны недоблогеров послышались возмущённые возгласы, когда их телефоны превратились в безжизненные куски пластика.

– Хорош, – Валера пихнул меня плечом, после чего прикрыл от лишних взглядов.

Разлом появился прямо во дворе трёх пятиэтажек. Больше Дэшки раза в два, он был похожий на разорванную рану, висящую прямо в воздухе, рядом с детской горкой. Разлом был зелёно‑оранжевым, с багровыми прожилками. При взгляде на него возникало ощущение опасности. Поэтому, мне было вдвойне непонятно, почему всех этих зевак сюда так сильно тянуло.

Чуть раньше нас подъехали сотрудники Гильдии, которые сейчас бегали с планшетами и пытались отогнать толпу зевак, чтобы расчистить участок. Зеваки недовольно гудели и щёлкали телефонами, стараясь первыми заснять столь редкое зрелище, как Разлома Цэ класса.

Марк, с большей частью Игроков, направился к гильдейским, чтобы помочь навести порядок и, если понадобится, силой вышвырнуть любопытных дурачков.

Я посмотрел в знакомое окно на четвёртом этаже, и сразу же увидел отца. Он стоял на балконе и рассматривал Разлом. Меня он не видел, так что пришлось крикнуть ему и помахать рукой. Он махнул рукой и скрылся в квартире.

Я подошёл к Марку и предупредил, что отойду на пять минут поговорить с родителями. Он кивнул, но попросил быть на связи и далеко не уходить.

Родители спустились вниз как раз к тому моменту, как я дошёл до подъезда, где сгрудилась половина соседей.

Мама увидела меня, всхлипнула и быстрым шагом пошла ко мне навстречу. Она обняла меня так крепко, что я ощутил, как дрожит её тело.

– Коля! Коля, сыночек! – она вцепилась в меня мёртвой хваткой, словно боялась, что я исчезну, как и появился. – Эта штука, она действительно так опасна, как говорят?

– Я не знаю, что говорят, но, да, она очень опасна. И времени почти не осталось. Вы уже собрались?

– Почти, привет, сын, – папа кивнул мне и хлопнул по плечу. – Ты как будто шире стал и мощнее. Или мне кажется? Занимаешься что ли?

– Есть немного, – улыбнулся я.

– Андрей! Нашёл время! Коля, ты можешь нормально нам объяснить, что здесь происходит? А то отец только какую‑то ерунду рассказывает, про какие‑то фильмы.

– Чем ты вообще слушаешь? – покачал головой папа.

– Про монстров рассказал? – спросил я, переводя взгляд с одного родителя на другой.

– Конечно рассказал, но Люба сказала, что это всё ерунда. Мол, наиграются в свои компьютеры, а потом начинают выдумывать, – передразнил неизвестную мне Любу папа.

– А сам‑то! – повернулась к нему мама.

– Так, стоп. Вещи собрали? Тогда грузите в машину и езжайте вот по этому адресу, – я нашел в приложении Кристалл и скинул отцу через мессенджер. – Вот ключи от квартиры. Вас там встретит мой друг – Саня. Он поможет с вещами, покажет, что там и как. По любым вопросам можете обращаться к нему.

– А почему Саша? Почему не ты? – спросила мама, стоило мне замолчать.

– Ты останешься, – то ли спросил, то ли произнёс с утверждением отец, и в его глазах я увидел понимание.

– Я должен. Это моя работа.

– Коля! – мама схватила меня за руку, её пальцы впились в мои запястья. – Нет! Я не позволю тебе! Ты поедешь с нами!

– Мама, – я мягко, но настойчиво освободил свою руку. – Я должен туда пойти. Я Игрок, как и все те ребята, с которыми я приехал. Только мы можем это остановить. Не полиция, не военные, мы, понимаешь? Если мы не пойдём, то монстры вырвутся наружу. И они убьют всех, кто попадётся им на пути – мужчин, женщин, детей, стариков, кошек, собак. Всех! Я не могу этого допустить. Ты же не хочешь, чтобы я потом всю жизнь корил себя за то, что струсил и дал погибнуть другим?

– Но как же ты…

Она смотрела на меня с ужасом. Её глаза были полны слёз. Они с отцом с детства учили меня быть сильным, ответственным и вот это вот всё. Всегда твердили, что надо помогать слабым, думать своей головой и поступать правильно. Но здесь и сейчас в ней боролись две силы: материнский инстинкт, кричащий о том, чтобы защитить единственного сына, и осознание того, что он уже не маленький мальчик, а взрослый мужчина, который принял решение.