Александра. Большая игра 2 (СИ), стр. 377

— И что будет в конце партии?

— Я поставлю ему шах и мат.

— Что это будет значить?

— Магистр умрёт.

— А если нет?

— Тогда умру я. Всё просто… И в тоже время всё сложно, Святейший.

— Я подумаю над новым Орденом. Спасибо тебе за идею.

— Не мне, Ваше Святейшество. Деве Марии.

— Конечно. Пречистой Деве Марии… Александра, ты сделала для Римско-Католической Церкви огромный дар. Его последствия я даже не могу сказать, какие будут. Сам Апостол Пётр, который держит ключи от рая. Его мощи у нас. Новости расходятся очень быстро. Взбудоражен не только Рим. Уже почти вся Италия… Скажи, что я могу для тебя сделать?

— Я хочу попросить у Вас Понтифик, за Герцога Ульриха Вюртембергского. Он мой друг и он страдает.

— О чём ты хочешь попросить меня?

— Ульриху нужен развод. Его женили против его воли. Свою жену он не любит и страдает от этого. К тому же они давно не живут вместе. И не исполняют супружеский долг.

— Не исполнение супружеского долга, это вина мужа.

— Не всегда, Ваше Святейшество. Но я не буду с Вами спорить. Просто прошу за своего друга.

— Александра, я не хочу ссорится с Императором.

— А что такое? Разве это ссора? Это просто развод. Тем более, у них нет детей. А это очень весомое основание для развода. К тому же… Императору осталось не так много. Два, максимум три года.

— Поясни?

— А разве я не пояснила?

— Он умрёт? — Я кивнула. — Всё равно. За два-три года он может много что мне сделать.

— Не сделает. Я смогу осложнить ему жизнь, о чём прямо ему заявлю, если он попытается с Вами, Ваше Святейшество, конфликтовать. После разгрома английского флота и датского, вся Балтика и Северное море находится под моим контролем. А значит всё балтийское побережье Империи и побережье Северного моря будет под ударом моего флота. К тому же в Эгейском море я намерена создать свою военно-морскую базу. Для моего флота. Там будет базироваться моя эскадра. А это значит и побережье Империи в Средиземноморье попадет под удар моего флота. Не думаю, что Император из-за одного развода решиться на такие потери. К тому же его племянница давно утешилась с другим мужчиной. И будет сама не против развестись. Кстати, в связи с этим, я хочу, чтобы Вы, Понтифик, написали письмо Великому Магистру Ордена Госпитальеров, о том, чтобы предоставить моей эскадре место под базу на Родосе. Родос мне нужен, для противодействия османам и для броска на Дарданеллы.

Понтифик некоторое время молчал, обдумывая ситуацию. Потом взглянул на меня.

— Хорошо. Пусть Герцог подаст официальное прошение на развод. И я напишу письмо Магистру Госпитальеров. Думаю, база для флота Ливонии будет предоставлена.

— Благодарю, Ваше Святейшество. Есть ещё один вопрос.

— Спрашивай. Тебе сегодня можно всё.

— Скажите, Понтифик, что с потомством Орлеанской Девы и Робера Амбуаза?

Папа замер. Даже барабанить пальцами о столешницу перестал.

— Не совсем понял тебя, Александра? Орлеанская Дева была сожжена почти сто лет назад.

Я усмехнулась, глядя на Понтифика.

— Ваше Святейшество, и Вы и я знаем, что это не так. Так что с их потомством? У них же родились дети? У Клод Баварской?

Папа усмехнулся.

— Ты и это знаешь. — Он покачал головой.

— Знаю, Понтифик.

— Зачем тебе это, Александра?

— За тем, что они находятся в опасности. Тамплиеры их ищут. Орлеанская Дева сломала им всю игру. Не позволила захватить всю Францию. Это было их самое большое поражение. И они это не забыли. И тоже знают, что она осталась жива. А я могу дать им убежище.

— Уверена, что дашь им убежище?

— Уверена.

— Хорошо. Я скажу тебе, где они живут. Это всё, Александра?

— Да, всё. Благодарю тебя, Понтифик. Ваше Святейшество.

— Ты сказала, что Император умрёт через два-три года. Может ты знаешь, кто будет следующим?

— Знаю. Габсбурги. Карл под номером V, король объединенной Испании. Сейчас он Король Арагона и регент Кастилии при Королеве Марии, Карлос I.

— Значит Габсбурги?

— Они, Ваше Святейшество. Но есть проблема.

— Какая?

— Святой Престол слишком часто даёт разрешение европейским аристократам и владетельным сеньорам на близкородственные браки. А это нарушение законов божьих, Ваше Святейшество. Такие браки ведут неизбежно к вырождению той или иной правящей династии. С испанскими Габсбургами именно это и случится. Как в своё время случилось такое же со многими царскими династиями древности. Например, с династиями египетских фараонов. Они женились на своих родных сёстрах, чтобы не отдавать священную, божественную кровь на сторону. В итоге, не смоги оставить нормального жизнеспособного и дееспособного потомства. Габсбурги выродятся. Даже сейчас во многих европейских аристократических семьях у супругов либо нет потомства, либо оно рождается не жизнеспособным, умирает сразу после родов, либо ещё во младенчестве. Это результат именно близкородственных браков. Бастарды же, рождённые от любовниц и любовников, гораздо чаще выживают и достигают взрослого возраста. Мне, конечно, всё равно, что происходит в правящих домах Европы. Но Церковь должна заботиться об этом, Ваше Святейшество. Православная Церковь в этих вопросах более жёсткая. Например, на Руси такое почти не применяют. Разрешение могут получить на брак между родственниками в исключительных случая и то не ближе, чем между троюродными. Для Великого Князя Московского, если надо собирают девиц со всей Руси на смотрины. Могут взять и из простых дворян и даже из купеческих домов. Главное, чтобы не родственница.

— Я тебя понял, Александра. Но тут тоже, как ты говоришь, проблема. Все крупные аристократические и правящие дома Европы между собой настолько сильно переплетены родственными связями, что куда ни ткни, то обязательно они друг другу дяди, тёти, сёстры, братья, кузены, внуки, бабушки и дедушки. К тому же такие браки, это не просто брак, это прежде всего политика.

— Не верю, что ничего нельзя сделать. Но дело Ваше, Ваше Святейшество. Решать Вам. А мне и так хорошо. Мои сыновья точно не будут жениться на своих родственницах. И к подбору им жён, что в Вендене, что в Москве будут подходить очень скрупулёзно.

— Я же сказал, я буду думать над этим.

— Вот и начните это с развода Ульриха Вюртембергского с его женой Сабиной Баварской. Они родственники между собой. Кузен и какая-то кузина.

— Не очень близкие, Александра.

— А какая разница, близкие, дальние. Главное, что родственники.

— Я же сказал. Я дам разрешение. Можешь быть свободной, Александра. Но пока не покидай Рим.

— Почему?

— Побудь здесь ещё.

Глава 41

Золото — это сущность фартовых,

Доля раба — неудачника крест.

Золото манит, в золото верят,

С золотом гибнут, возносятся вверх.

Золото знает, тебя выбирает,

Мыть и добыть — каторжный труд.

Золото судьбами в мире играет,

С золотом связан наш солнечный круг.

Золото — это легенды и мифы,

Тысяча лет — сплетение тайн.

Золото инков, золото скифов,

С золотом благо, величие стран.

Золото лечит, учит, калечит,

Сводит с ума, играет душой.

Золото любит сладкие речи,

Но больше всего тишину и покой.

Салаирцев С.

В Риме я пробыла две недели. Посетила все его значимые храмы и соборы. За это время Апостольский Администратор Лукки, Систо Гара делла Ровере сработал оперативно, явно хотел заработать ещё. Он связался с Лаурой Багаротто в Венеции и предложил ей продать картину Тициана «Любовь Небесная и Любовь Земная». Лаура, конечно, удивилась, но согласилась с охотой. Правда её муж Никколо Аурелио был недоволен, так как это был его подарок Лауре на свадьбу. Но женщина не забыла, кто является виновником гибели её первого мужа и отца. Поэтому Никколо не рискнул обострять с собственной женой отношения. Я выслала Апостольскому Администратору вексель на оговоренную сумму. Он его обналичил в одном из банкирских домов Лукки, взял себе гонорар, а остальное его люди передали Аурелии. Саму картину отправили в Геную, командующему ливонским флотом Пандольфо Малатеста. Так же, в Риме я встретилась с Микеланджело. Узнав о том, что была обнаружена могила Апостола Петра, он приехал в Рим из Флоренции. Напросился ко мне на аудиенцию. В тот день ко мне постучался Богдан.