Человек-Миксер (СИ), стр. 57

— Очень приятно, Максим Константинович! — Вероника протянула мне руку.

— Взаимно, — сказал я и пожал её, хотя, судя по взгляду, она ожидала поцелуя.

Её ладонь была очень тёплой. Не как у Алисы, где тепло ощущалось опасным, с намёком на «сейчас расплавлю дверную ручку». У Вероники тепло было мягче, глубже, с едва уловимым запахом кофе. Или мне показалось… Хотя после всего, что со мной происходило, если от человека пахло кофе изнутри — это ещё не самое странное.

— МКС-01, значит, — улыбалась Вероника, — Тот самый человек-миксер, да?

— Виновен, — прикрыл я глаза и опустил голову.

— Наконец-то. А то я уехала на море на две недели, возвращаюсь — у нас тут новый носитель, холодильные инциденты, появление Ветрова и его фиксация, и Алиса опять делает вид, что ей никто не нравится.

— Вероника, — предупредила Алиса одним лишь тоном.

— Всё-всё, я молчу, милая моя.

— Ты не умеешь молчать, — фыркнула она.

— Поэтому меня и любят!

— Я могу идти? — посмотрела Алиса на Серафиму.

— Да, Алиса. Спасибо! Максим пока останется, — шире улыбнулась Серафима, наклонив голову вбок.

Алиса коротко кивнула. На выходе она задержалась рядом со мной.

— Не соглашайся ни на что странное, — тихо предупредила Алиса, и скрылась за дверью.

Теперь в кабинете остались я, Серафима Андреевна и Вероника Сергеевна, которая смотрела на меня с таким интересом, будто я был не человеком, а новым сортом кофе с густой пенкой.

— Присаживайтесь, Максим, — жестом пригласила Серафима.

Ничего не оставалось, как сесть. Вероника вернулась в кресло, но не развалилась и не закинула ногу на ногу. Просто устроилась поудобнее, отчего выглядела ещё увереннее.

— Как вы себя чувствуете после вчерашнего? — сложила руки на столе Серафима.

— Ну-у-у-у…Физически нормально. Эмоционально… форма 12-Б не предусматривает честный ответ.

— А если без формы? — ухмыльнулась Серафима.

Я посмотрел в сторону.

— Кто-то забрал у людей эмоции и память. Мы утилизировали бедного Игоря. Я понимаю, что иначе было нельзя, но от этого как-то не легче.

— Это хороший признак, — кивнула Серафима, без жалости и с прежним вниманием.

— Что мне плохо?

— Что вам не всё равно, — поправила она.

Лазарева в кресле напротив вдруг стала серьёзнее. Весёлый блеск из глаз не ушёл насовсем, но спрятался глубже.

— Если однажды станет всё равно, Максим, сразу говори. Это не часть взросления, — открыла папку Серафима.

А я не нашёлся, что ответить.

— Именно поэтому я хочу дать вам небольшое задание. Внеполевое, — продолжила она, облизнув губы.

— Внеполевое — это значит без тварей? — напрягся я.

— В общем и целом — да, — она достала лист с печатью ГОСТа и положила перед собой, — После вчерашнего выезда мы получили два вывода. Первый: ваша адаптация нестабильна, но развивается. Второй: вы почти всё время находитесь либо в тренировочном блоке, либо в оперативной зоне, либо в кабинете с отчётами. Для носителя вашего типа это вредно.

— Потому что я начинаю грустить? — растянул я пальцами уголки губ.

— Потому что МКС-01 закрепляет связь между внешним миром и угрозой. Вам нужен контролируемый выход в гражданскую среду без боевого сценария.

— То есть… прогулка? — я чуть не обронил челюсть.

А Серафима улыбнулась ещё теплее.

— Контрольная проверка социальной и сенсорной устойчивости носителя в городской среде! — подняла она указательный палец.

— Короче, прогулка, но страшными словами…

— Я вызвалась сопровождающей! — Вероника невинно подняла руку.

— Сама?..

— Абсолютно добровольно. С полным осознанием ответственности, рисков и необходимости заехать в одно-два местечка.

Серафима даже не моргнула.

— Вероника Сергеевна имеет большой опыт мягкой адаптации носителей после отпусков, нервных срывов, перегрузок и длительного пребывания в штабных условиях.

— После отпусков? — переспросил я.

— Себя я тоже адаптирую, — добавила Лазарева, — Очень успешно!

Серафима продолжила тем же спокойным голосом:

— Задачи: проверить вашу реакцию на плотную городскую среду, оценить уровень непроизвольной адаптации вне штаба, подобрать комплект гражданской одежды, пригодной для экстренной трансформации, и закрыть несколько организационных потребностей отдела.

Вот тут я и заподозрил неладное.

— Подобрать одежду?..

— Оперативная необходимость, — с полной серьёзностью в голосе заявила Вероника, — Нельзя каждый раз спасать мир в рубашке, которая выглядит так, будто её утвердил бухгалтер перед разводом.

— У меня нормальная рубашка.

— Максим, она же просто умоляет быть сожжённой! — воскликнула Вероника.

— Это точно задание? — посмотрел я на Серафиму, прищурившись.

— Совершенно точно. Без сомнений, — кивнула она.

— А почему ощущается, будто меня отправляют на шопинг?

— Потому что вы начинаете понимать структуру приказа, — мягко пояснила она, рассматривая длинные ногти.

Вероника встала, поправила пиджак и взяла со стола небольшую папку.

— Не переживай. Всё будет строго по протоколу. Сначала гражданская одежда, потом кофе, потом обувь, потом, возможно, ещё кофе, если ты будешь вести себя достойно! — ласково улыбнулась она.

— А если вдруг недостойно?

— Тогда кофе буду пить я, а ты будешь страдать, — её взгляд тут же переменился на крайне жестокий, почти хищный.

— У-уф…

— КФМ-класс, мальчик. Такая вот я!

Слово «мальчик» почему-то прозвучало одновременно ласково и опасно. Как будто меня уже записали в список задач на день, где-то между «купить туфли» и «проверить стабильность МКС-01». Серафима медленно поднялась.

— Максим, это не наказание. И не отдых. Считайте это частью адаптационной программы. Вероника Сергеевна отвечает за сопровождение. Доклад по итогам — мне лично.

— А если что-то случится?

— Тогда Вероника справится с этим.

— А я?

— А вы постараетесь не усложнять ей работу.

Вероника подошла к двери и обернулась.

— Ну что, человек-миксер? Готов к первому настоящему внеполевому заданию?

Я нехотя встал. В голове Блендо сухо произнёс:

— Вероятность скрытой угрозы присутствует.

И я был полностью согласен с этим высказыванием, ибо скрытые угрозы всегда поджидают меня направо и налево, что в прошлой жизни, что в этой. Я посмотрел на Серафиму. Она улыбалась так, будто всё происходящее было частью плана с самого начала. Скорее всего, так оно и было.

Через минуту мы с Вероникой Сергеевной шагали по коридору ГОСТа к выходу. Она уверенно стучала каблуками, пахла кофе, южным солнцем и чем-то невероятно дорогим. Я шёл рядом и пытался понять, в какой момент оперативная служба по борьбе с бытовыми демонами превратилась в сопровождение красивой женщины по магазинам.

— Вероника Сергеевна, — осторожно обратился я к ней.

— Можно просто Вероника.

— А это задание точно безопасное?..

Она посмотрела на меня, улыбнулась и нажала кнопку лифта.

— Максим, мы всего лишь едем в торговый центр.

Двери распахнулись. Я почувствовал, как внутри что-то нехорошо дёрнулось, нервозненько так…

— После моих прошлых торговых центров это не аргумент, при всём уважении…

Лазарева вошла первой.

— Вот и проверим, насколько ты адаптировался, — подмигнула она.

Я шагнул следом и двери закрылись. Эх, лучше бы я снова заполнял форму 12-Б…

Глава 21

Гражданская адаптация?

Главный вход ГОСТа я увидел впервые. И, честно говоря, был немного разочарован. После всех коридоров, изоляторов, тренировочных залов, серых дверей, пропусков, раций и людей с кричащими лицами «мы знаем, как тебя утилизировать», я ожидал хотя бы мраморную арку с надписью: «Добро пожаловать в место, где ваша нормальная жизнь заканчивается по протоколу!». На деле всё выглядело как ресепшн обычного бизнес-центра. Стеклянные двери. Стойка охраны. Пластиковые пропуска. Девушка-администратор в белой блузке, которая улыбалась так, будто максимум что странного случилось за день — это курьер из доставки еды, перепутавший этажи. В углу стоял фикус… ФИКУС, МАТЬ ТВОЮ! ФИКУС!!! Этот фикус, в отличие от меня, явно давно прошёл адаптацию к происходящему.