Беги за мёртвым кроликом (СИ), стр. 27

— Это что ещё за случаи такие? — мрачно спросил Михей.

— Это вам лучше у батюшки спросить, — отмахнулся Роберт. — Я просто таксист.

— Стоп, — сказала я озадаченно, — а как же тогда дети?

— Какие дети?

— Которые играют на кладбище. Я думала, они из деревни прибегают, но, если деревни не существует...

— А, эти дети... — Роберт замолчал, и я уже думала, что он не ответит, но потом всё же дождалась: — Знаете, есть очень разное «не существует». Не стоит судить о реальности по карте на экране. Даже если всё вокруг стало этим экраном.

Вот такой он загадочный, зайцы мои. Наверное, работа способствует. Таксистов сейчас немного, люди не особо куда-то ездят, и это занятие для тех, кто способен переносить активное присутствие другого человека в личном пространстве. Для людей, инфотоксично устойчивых.

По дороге заскочили на заправку, я тут уже бывала, Роберт часто сюда заезжает. Его здоровенный старый автомобиль потребляет прорву бензина, не знаю, как он ухитряется на нём зарабатывать. При заправке крошечный магазинчик и нечто вроде кафе, точнее, кофемашина и витрина с бутербродами. Всем этим заправляет мужчина средних лет, который ухитряется варить очень приличный кофе. С Робертом они знакомы, что неудивительно, — ни разу не видела, чтобы тут заправлялся кто-то ещё. Ну, то есть наверняка клиенты есть, раз до сих пор не закрылся, но достаточно редкие. В таких условиях поневоле будешь знать каждого в лицо и по имени.

Мы с Михеем взяли по кофе и встали у столика, дожидаясь, пока машину заправят.

— Ты давно знаешь отца Павла? — спросил он меня.

— Кажется, что всегда.

— И как тебя, городскую и молодую, занесло в церковь?

— Я не религиозна, просто... ну... пересеклись однажды. Не помню, как именно, случайно как-то.

— Не помнишь?

— Ну да, это же не вчера было. Думаю, дело в привидениях.

— В каком смысле?

— Я однажды увлеклась историями о призраках, много писала о них в блоге, собирала всякие слухи, подписчикам такое нравится. Наверное, искала консультанта, нашла вот отца Павла.

— Наверное? Ты не уверена?

— Ну что вы пристали? Какая разница?

— Как же сложно с вами, городскими... Так ты, значит, делаешь свой маленький медиабизнес на призраках? Тогда понятно, почему так рвёшься с нами...

— Вы против?

— На вид ты совершеннолетняя, сама за себя отвечаешь, а батюшка сказал, что может быть польза. Лично я бы с удовольствием держался от этой чертовщины подальше, но у меня-то вариантов нет...

— А я просто жутко любопытная! Слышала столько рассказов, но сама ни единого привиденчика так и не видела! Как упустить такой случай?

Ничего не ответил мне Михей, только посмотрел, как на полную дуру. Но плевать, зайцы, мы идём глубже!

Мессенджер. Окно чата с пользователем (UN)Dead Rabbit

— Привет! Снова рисуешь? 😊

— Представь себе, нет! Пью кофе, делаю заметки по игре.

— Новые идеи?

— Нет, технические моменты. Пообщался с прогером, который пишет мне скриптовую логику. Придётся кое-что поменять в ветвлениях.

— У тебя есть личный программист? Да ты крут! 😃

— Ну как «личный»... На общественных началах в свободное время. Сейчас никто вообще не программирует, всё делается Цифрой, но даже это для меня слишком сложно. Я художник, у нас плохо с линейной логикой. 🤓 Парень из БК-комьюнити, вот и решил помочь мне с игрой.

— Из чего парень? 🙄

— «БК-комьюнити», фанатская мини-тусовочка вокруг блога Белого Кролика. Когда она пропала, именно они подняли шум и пытались устроить полноценный поиск. Любители загадок, мистики и конспирологии всегда были её корневой аудиторией.

— Так твой программист носит шапочку из фольги? 😀

— Он не мой программист и даже вообще, кажется, не программист. Что-то другое, более научное. Если он и носит шапочку из фольги, то не на людях. Он лично видел БК, вот и заинтересовался.

— Ух ты! Живой свидетель!

— Ну, такой себе. Он её не помнит.

— Как так?

— А вот так. Стрессовая ситуация, инфотоксичный ретрослед, всё такое. Они пересеклись в деле о «Доме с привидениями», Миха там подрабатывает сисадмином у дяди. Говорит, вообще плохо помнит ту ночь, почти всё время просидел, запершись в аппаратной.

— Страсти какие!

— И не говори.

— Да, я что пишу-то…

— Неужели хочешь пригласить меня на свидание?

— Не в этот раз. 😊 Просто не выходит из головы твоя игра. Что там было дальше? Куда пошёл из бара Детектив Ром?

— О, тут тебе повезло! Как раз готов этот кусок.

— Хочу-хочу-хочу! 😆

— Это арт-концепт сцены, а не сама игра, ты понимаешь? Механики ещё не работают, ветвления не прописаны…

— Да-да, конечно!

— Ладно, чуть позже скину тебе линк на проект…

Актуализируемая дизагрессия

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

Актуализируемая память цифровой среды агента стала мощным социальным регулятором, который позволил добиться радикального снижения уровня межличностной агрессии.

Как показывают данные социальной психологии, агрессия только на первый взгляд возникает из ситуации сиюминутного конфликта интересов. На самом деле она провоцируется априорными интерпретациями, задающими неправильную модель реагирования. Каждый новый конфликт является эхо-воспроизведением, реверберацией предыдущего, человек застревает в петле автоматического реагирования. Актуализируемая память эту петлю разрывает.

В сегодняшней школьно-подростковой возрастной страте, для которой цифровая идентичность стала нормой с рождения, эффект дизагрессии проявляется особенно ярко. Школьный буллинг традиционно опирался на фиксацию идентичности, когда поведенческая ошибка превращалась в устойчивый социальный маркер. В условиях актуализируемой цифровой среды, где инфотоксичный ретрослед утрачивает операционный статус, агрессия лишилась возможности воспроизводить психотравму. Подростковые сообщества стали полностью конформными, а ситуационные конфликты больше не выливаются в системный процесс.

Благодаря процессу глобальной дизагрессиии через актуализацию памяти QBism-общество высвободило огромные ресурсы, ранее уходившие на поддержание социального равновесия в условиях перманентного внутреннего конфликта.

Глава 9. Верификация когнитивной модели

Порт как бесцифровая зона

Исследование QBism aposteriori Co. Нейросаммари. Архив

В парадигме QBism порт обретает философский статус, оставшись примером онтологического пространства смыслов, в котором событие не подчинено процедуре обновления ожиданий.

Поскольку реальность возникает в акте взаимодействия агента с миром, то она невозможна без доли неопределённости. В Цифре каждый шаг индексирован и актуализирован, поэтому всегда есть риск, что взаимодействие замкнётся на бесконечное подтверждение собственных ожиданий. Индетерминированность системы является условием нормального функционирования, а порт как бесцифровая зона её обеспечивает, не давая будущему коллапсировать в прогноз.

Порт — это точка, где общество признаёт границы своей эпистемологии. Здесь событие может произойти вне модели, и это не будет ошибкой системы. Порт концентрирует агентность, потому что здесь нельзя делегировать решение Цифре.