Песня штормов. Трилогия (СИ), стр. 68
Из‑за дальних кустов послышалось недовольное ворчание, заслышав которое, парочка хором выдала:
– Медведь.
Неприятный вариант. С обычным медведем обученный маг справится без проблем, если только сам с перепугу глупостей не натворит, но чудинцы опасны за счет способностей. У медведей это обычно масса, превышающая средний уровень, телесная крепость, скорость и ловкость. Ещё, опционально, сверхострые когти и усиленные органы чувств, изредка встречались экземпляры, умевшие выставлять щит.
Не свалить ли, пока их под «Вуалью» не разглядели?
– По моей команде бросаешь очиститель, – украшения принялись слетать с одежды леди, металл на глазах становился жидким и сплетался в единый тонкий канат. – Я его попробую удержать. Если получится, кидаешь заклятья издалека, если нет, то бежим в сторону усадьбы. Понял?
– Ага. В смысле, всё сделаю!
К удивлению Анны, лесной великан не замечал их до последнего. Он чувствовал чужое присутствие, рычал, втягивал воздух носом, но понять, что именно его беспокоит, не мог. Хотя его самого люди уже разглядели. Сначала массивная бурая туша мелькала между деревьев, временами останавливаясь и чем‑то чавкая, затем зверь подошел поближе. Встал между кустов, просунув голову, принюхиваясь и оглядывая поляну маленькими умными глазками. Молодой самец, чей лоб украшала роговая пластина с выступающим шипом, не торопился выходить на свет. Что‑то его смущало.
Сидевшая в засаде Анна при виде зверя приободрилась. Медведь по‑прежнему оставался грозным противником, но не выглядел кем‑то, с кем невозможно справиться. Она провела пальцами по стальной веревке, раздумывая, как лучше поступить. Связать лапы? Неизвестно, насколько он силен. Пусть канат пропитался силой и, благодаря воле Анны, намного крепче обычного, удерживать ему предстоит непростого зверя. Чья масса, на глазок, в районе четырехсот килограммов. Вдвое меньше, чем карета, которую она полгода назад подняла…
Рядом чуть шевельнулся Родерик. Парень сидел напряженный, приготовив к броску украшенный рунами кошачий череп – тот самый очиститель, изготовленный леди. Прежде Роду на медведей охотиться не доводилось, хотя в Марке они обитали, и он часто слышал рассказы других охотников о повадках и способах добычи мохнатого хозяина. К слову сказать, больше нигде в Придии медведей не осталось, не выдержали конкуренции с людьми. Так вот, одно дело – байки егерей, и совсем другое – лично выйти против зверюги, имея в качестве поддержки одну только девушку старше на четыре года. Правда, Анна себя уже проявила, причем у него на глазах. Но тем позорнее будет ошибиться!
Наконец, медведь вышел на полянку из‑под прикрытия кустов. Сделал ещё несколько шагов, остановился, принюхиваясь. Кажется, он всё‑таки учуял присутствие людей, потому что повернул голову и уставился прямо на них, раздраженно взрыкивая.
– Давай, – вполголоса скомандовала Анна.
Зверь услышал её, и заворчал громче. Облизнув губы, Род привстал, показываясь верхней частью тела над стволом дерева и тем самым привлекая к себе внимание медведя. Тот рыкнул и сделал несколько шагов вперед, остановился, вытянув шею. Людей он прежде не видел, чего ждать от них, не знал, отчего теперь колебался. Напасть? Бежать?
Сделать выбор ему не позволили. Младший Хингем, примерившись, метнул очиститель. Черепушка пролетела по воздуху метров двадцать, стукнулась о траву, вызвав у парня стон сквозь зубы, проскакала ещё немного и остановилась у медведя перед лапами. Тот сначала отшатнулся, затем шагнул вперед, наклонив морду.
Артефакт сработал.
Светящаяся сфера разошлась волной, мгновенно затопив сиянием фигуру животного. Просуществовав секунды три, она исчезла, впрочем, выполнив свою задачу. Очиститель вытеснял любую энергию, отличную от собственной; во всяком случае, пытался это сделать. В теории защититься от него позволял обычный колдовской щит, однако требовалась немалая концентрация, чтобы не позволить тому развалиться. В подавляющем большинстве случаев очиститель, примененный против людей, защиту снимал; если же щита на цели не имелось, он сразу бил по энергетике, отправляя ту в шок.
У медведя щита не было. С другой стороны, сама по себе зверюга отличалась крепостью, полученный удар её оглушил, но не вырубил. Минут пять, и она оправится, лапы у неё перестанут заплетаться, и тогда неизвестно, что она захочет сделать: сбежать или отомстить.
Выбирать ей Анна не позволила.
Плавно скользнув вперед, попутно разматываясь из клубка в единую нить, сотканный из напитанного энергией металла канат пролетел через полянку, быстро обернулся вокруг толстой шеи раз, другой, засверкал, натянулся. Концы его уплотнились, превратившись в своеобразные рукояти, и дернулись вверх. Трос врезался в шею, потянул её вверх. Медведь злобно выдохнул, взревел, задергался, но его передние лапы оторвались от земли. Через пару секунд он стоял на задних лапах, наполовину повиснув в стальной петле.
– Сейчас подойдём поближе, – не отрывая взгляда от добычи, бросила в сторону Анна. – Бей его в живот.
Магичка боялась, что канат не выдержит тяжести, однако пока что признаков разрушения не чувствовала. Похоже, нагрузка не заставит его лопнуть. Поэтому Стормсонг потянула вверх рукоятки, постепенно фактически подвешивая медведя в воздухе. Одновременно она шла вперед, чтобы сократить дистанцию – чем больше расстояние, тем хуже работал навык.
Зверь бился в петле, ревел, махал лапами, безуспешно пытаясь зацепить обидчиков. Он, возможно, сумел бы когтями распороть петлю, но задние лапы не могли подняться на нужную высоту, а передние не сгибались, как надо. Удобно открытое брюхо просто напрашивалось на удар, и Род не замедлил воспользоваться случаем.
Тонкая молния ударила в живот, вызвав у зверя болезненный стон.
– Он жив, – прокомментировала Анна. – Не спеши. И не подходи слишком близко.
Парень сосредоточился, и, словно на тренировке, повторил атаку. Медведь снова содрогнулся, на сей раз молча.
– Ещё раз.
В свои четырнадцать лет Родерик выдавал всего три заклинания молнии подряд, на большее его не хватало. Вроде бы немного, а с другой стороны – полноценные боевые заклятья, пусть и низшего, двенадцатого ранга. Последний удар окончательно пробил естественную защиту, неподвижное тело с опущенными лапами зависло в воздухе без признаков жизни.
Колдовское зрение показывало несколько иную картину. Медведь не умер. Он получил серьёзные раны, находился без сознания, но жизнь ещё теплилась в нём. Анна не собиралась проверять, очнётся ли добыча, поэтому очень быстро опустила зверя на землю, практически сразу превратила кусок каната в длинную тонкую иглу, которую с силой вонзила в ухо. Прямо в мозг. С первого раза не получилось, помешала кость, поэтому она для верности тоже приложила тушу молнией, вытащила иглу и заострила конец, сделав его почти невидимым. Вторая попытка вышла успешной.
– Всё, – она облегченно выдохнула. – Справились.
Девушка неожиданно ощутила, как дрожат колени, и плюхнулась в траву прямо там, где стояла. Ноги не держали, и вовсе не из‑за усталости. Они завалили старшего чудинца, всего лишь вдвоём! Рядом вокруг туши радостно скакал Род, от счастья не чувствующий истощения; он то подбегал поближе, наклоняясь к огромным когтям или башке, трогая пальцем клыки, то отбегал подальше, чтобы захватить взглядом всю добычу. Глаза у него просто блестели, а рот едва не разрывался из‑за широченной улыбки.
– Осторожно! – Анна сама чувствовала, как расползаются от радости губы. – Вдруг слюна ядовитая!
– Не, непохоже! Пасть розовая! Гляньте, леди! А клыки какие здоровенные!
Прошло несколько минут, прежде чем парень опомнился и задумался.
– Тащить‑то его как? Мили три до дома. Дотащите, леди, или здесь разделаем?
Сомневался он совершенно правильно, ведь держать подвешенным звериную тушу, это одно, а тащить её по чащобе несколько километров – совсем другое. Совершенно разные затраты сил, во втором случае они расходуются намного быстрее. Перспектива разделки туши на месте тоже не нравилась, потому что прежде они подобным не занимались – опыт Родерика заключался в разделке зверей не больше волка, леди вовсе только со стороны смотрела, – и потому что часть полезностей придётся оставить. Кости, например. Череп они заберут, но лопатки тоже ценятся, их в гаданиях часто используют. Если оставить на месте, чтобы вернуться завтра, так зверьё растащит.