"Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ), стр. 867

– Егор, не спи, нельзя, – принялся он того трясти, но все было бесполезно.

Дмитрий достал кинжал и уколол себя в предплечье сразу за запястьем. Но, видно, не рассчитал силы, и получился приличный разрез. Рана получилась неглубокая, но довольно кровавая, сонное наваждение, словно нехотя, его отпустило. Он присел рядом со спящим Егором и прикрыл глаза, осторожно наблюдая за всем вокруг из-под опущенных век. Штуцер держал на коленях, стволом в сторону коридора, так, чтобы можно было его сразу применить. Вначале ничего не происходило, было так же тихо, как и прежде, лишь еле слышный шорох иногда нарушал тишину. Потом в дальнем конце коридора вдруг, мигнув, погасла лампа, но Дмитрий успел заметить три темные фигуры. Тут и дураку было понятно, что это какие-то недоброжелатели. Холодный пот потек по его спине. Нет, он не боялся за себя. Страшно было, если они пройдут мимо него и нанесут вред той, кого они охраняли.

– Всем стоять, кто такие? – проговорил он, когда тати почти поравнялись с ним.

Незнакомцы прыснули в разные стороны и попытались охватить его с трех сторон. Дмитрий, не раздумывая, выстрелил в ближнего к нему, откинул штуцер в сторону и выхватил из ножен кинжал. Перед тем, в которого он стрелял, вспыхнуло, и противника сильно отбросило в стену, по которой он и сполз сломанной куклой. Два других одновременно бросились на Дмитрия с двух сторон с кинжалами в руках. Но ему удалось перехватить руку одного из них и рывком переместить его навстречу подельнику. Нападавшие столкнулись, и Дмитрий смог нанести удар кулаком в лицо тому, кого сжимал за руку. Бил почему-то кулаком, а не кинжалом, зажатым в руке. Третий нападавший кинулся бежать.

– Стой, тварь, – понимая, что не догонит, в сердцах крикнул Дмитрий и схватил штуцер Егора, надеясь выстрелом убить или ранить убегаюшего.

Но тот словно споткнулся, вдруг рухнул и замер на полу коридора. Все произошло настолько быстро и стремительно, что еще никто не среагировал на выстрел. А ведь в закрытом помещении грохот стоял такой, что у Дмитрия уши заложило.

Наконец начал приходить в себя Егор, он непонимающе оглядывался вокруг и удивленно твердил:

– Дима, что тут произошло, скажи мне, что произошло?

– Хватит сидеть, – зло проговорил Дмитрий, – в проходе еще один урод лежит, приволоки его сюда.

Егор подхватился и побежал в коридор, его немного шатало со сна, но он все равно ухватил за ворот третьего нападавшего и притащил. Света не было, но у Дмитрия глаза привыкли к темноте, да и свет луны и звезд пробивался в узкие оконца, так что кое-что разглядеть можно было. Располосовав покрывало с диванчика, он принялся вязать лежащих без сознания нападавших.

– Давай помогай вязать, а потом беги за унтером или подпоручиком.

Когда задержанных связали и Егор убежал, Дмитрий присел на небольшой диванчик, который стоял тут же, у него дрожали руки, а в груди бухало сердце, словно пыталось выскочить. Оглядев лежащих перед ним, он перезарядил штуцер и вдруг рассмеялся. Со стороны комнат императрицы появился свет и послышались шаги. Дмитрий встал. Через мгновение увидел перед собой служанку императрицы. Женщина оглядела его, потом связанных.

– Что тут произошло? – спросила она.

– Вот, пытались тайком проникнуть в покои ее величества, пришлось задержать.

– Вы что, один были?

– Нет, второй побежал за унтером, – не стал вдаваться в подробности Дмитрий, – да и убрать их куда-то надо.

Тут раздался топот нескольких пар ног, по всей вероятности, бежали люди, а кто – неизвестно.

– Мадам, вы бы ушли, кто его знает, кто там бежит, – проговорил Дмитрий и взял на изготовку штуцер.

Женщина недовольно фыркнула, но тем не менее встала так, чтобы оказаться за спиной стрельца. Но все предосторожности были напрасны.

– Дима, это я, Егор, – закричал Силантьев, – со мной подпоручик и унтер, да и наши стрельцы, не стреляй! Дима, это мы, – блажил Егор.

Димка про себя усмехнулся.

– Вот уж охрана, мать вашу, тут полдворца вырезать можно.

Он не знал, что женщина, стоящая за его спиной, была сильной владеющей и могла сама разнести этот дворец, если вдруг ее охраняемой будет что-то грозить. Да и во дворце, особенно на входе, всегда дежурил владеющий, да и не один, просто сегодня всех кинули уничтожать нечисть из прорыва, очень уж он большой. Вот кое-кто и захотел воспользоваться моментом, но не вышло, хотя на воротах дежурная пятерка была вырезана полностью. Не простые убийцы пришли за жизнью императрицы, двое были владеющими. Не сказать чтобы сильными, но выше среднего уровня. В одного Дмитрий выстрелил, щит остановил пулю, но вот кинетическую энергию всю не погасил, поэтому его отбросило и хорошо приложило об стену, но все-таки он остался жив. Второго Димка ударил кулаком, чего тот не ожидал, бил бы кинжалом, то щит бы не пробил, а вот руке препятствия не было. Третьего вообще странно накрыло, словно сильным заклинанием, владеющие разбойного приказа очень долго пытались снять его последствия, и то еле удалось.

Узнал об этом Дмитрий уже потом, а сразу после того как утащили плененных, Дмитрия и Егора несколько раз опросили. Дмитрий ни словом не обмолвился, что один оказывал сопротивление, да только Егор признался, что ничего не помнит. На нем еще оставались остаточные эманации заклинания сна, такие же, как и на тех, кто дежурил на воротах входа в Кремль.

Через два дня утром, после того как отбили выброс и уничтожили нечисть, а все войска вернулись в места своей дислокации, за Дмитрием пришли. Щеголеватый штабс-капитан появился в казарме на построении и приказал княжичу Черемисину выйти из строя. Дмитрий сделал два шага вперед и замер. Все стрельцы, да и унтер удивленно вытаращились на Дмитрия, а тот стоял по стойке смирно, не обращая на их удивление внимания. Ну еще бы, княжич тянул лямку наравне с простыми пахарями и мещанами! Вон есть тут еще один непутевый сын купца, так некоторые перед ним стелились по рабской привычке. Когда она у них еще выветрится.

– Вольно, стрелец, – проговорил щеголь, – иди за мной.

Его привели в канцелярию полка, там было несколько офицеров и полковник с седыми усами – командир полка, который внимательно оглядел его.

– Вот, господа, разрешите представить – княжич Черемисин Дмитрий Иванович, стрелец ее императорского величества. Он и поломал кое-каким боярам их расклады, не дав лихоимцам попасть в ее опочивальню, всех поломал и задержал, при этом сам, один. Второго накрыло магическим сном. – Потом осмотрел Дмитрия еще раз. – Хороший сын у Черемисина, молодец, – проговорил он. – Вот тебе подорожная, – подал он два пакета, один из которых был не запечатан. – Поедешь в поселение Никишкино, там тебе все объяснят, пару дней можешь провести на своем подворье, поклон родителю передавай от Ильи Переверзева. Да, можешь взять себе денщика, ну или сопровождающего. Вот это передашь унтеру. – И он протянул Дмитрию еще один сложенный листок.

– А кого можно взять? – спросил Дмитрий, сунув лист бумаги за отворот стрелецкого кафтана.

– Да кого хочешь, хоть этого соню, как его… – Полковник покрутил в воздухе рукой.

– Силантьева, – подсказал кто-то, Дмитрий и не видел кто.

– Во-во, Силантьева. – На этом полковник замолчал и уткнулся в какие-то бумаги. А через некоторое время поднял глаза и посмотрел на Дмитрия. – Ну и чего ты стоишь, иди.

Дмитрий поклонился и вышел.

«Интересно, куда это меня отправляют? Скорей бы уже учеба началась на владеющего, а вот за Егором сейчас бы зайти надо», – думал он, направляясь к казарме. Мысли метались в голове, не сильно задерживаясь. Дмитрий остановился, вдохнул холодного зимнего воздуха и наметил план действий на ближайший час.

Вначале он нашел Егора, который в составе десятка чистил снег на плацу. Тот, услышав о предложении Дмитрия составить ему компанию в поездке в поселение Никишкино, не задумываясь ни на минуту, дал свое согласие и даже запрыгал от радости и нетерпения, словно ребенок. После чего они нашли унтера и отдали ему записку от командира полка, потом собрали свои вещи в походный мешок и отбыли. Им повезло, и они нашли рядом с воротами в часть извозчика, уселись и отправились домой. Решили два дня провести дома, раз есть разрешение от командира, а на третий выехать по указанному в предписании адресу.