"Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 (СИ), стр. 1012
Нихрена себе травматик! Отличное средство самообороны.
Наверху зашевелились мои преследователи, кинувшись по ступеням вниз. Ну а я не собирался надолго здесь задерживаться. Сиганул на первый этаж, буквально плечом открыл подъездную дверь и… чуть ли не врезался в Пулю, который собирался заскочить в подъезд.
— Не тормози, малой! В тачку! — зарычал он. Чёрный седан водила подогнал к подъезду, поэтому быстро прыгнуля за руль, а я галопом преодолел расстояние до машины, по пути заметив два тела у стены.
У одного был нож в плече. Раненый мычал расквашенным лицом и пытался его вытащить. У второго свёрнута челюсть. Он валялся без сознания.
Я запрыгнул в тачку на заднее сиденье, кинул рядом сумку. Пуля сразу же надавил на газ. Движок взревел, шины завизжали, и мы сорвались с места.
Позади нас громыхнули два выстрела. Одна из пуль с глухим стуком ударила в багажник.
— С-суки, — процедил Пуля. — Опять на ремонт везти, — затем он зыркнул на меня в зеркало заднего вида, — Ты как, малой? Не ранен?
— Всё отлично, — кивнул я, чувствуя, как в груди колотится сердце. — Одного подстрелил в подъезде.
— О, это по-нашему, — оскалился Пуля. — А ну покажь ствол.
Я вытащил из кармана ещё тёплый, пахнущий порохом пистолет, показал ему.
— Беркут, что ли? — усмехнулся он. — Да им только голубей пугать, чтоб не срали на памятники! Ха-ха! Хотя если вплотную шмальнуть…
— Я так и сделал. Он хотел нанести ножевое, целился в сердце, — выдавил я, осознавая, что жизнь моя висела на волоске.
— Сразу видно лепилу! — засмеялся Пуля. — Разговариваешь заумно. Ну да, тогда его прилично накрыть должно было. У меня в детстве была такая игрушка. Так мы в карьер бегали, бродячих собак пугать и в войнушку играли… А сейчас во, зацени.
Не отпуская руль, водила вытащил из-за пояса ствол, похожий на беретту. Видел такую в одном из боевиков. Вроде Стивен Сигал мочил из неё злодеев.
— Пятнадцать пуль, усиленных, — причмокнул Пуля. — Так что, малой, такой надо брать. А с тем, что у тебя, на серьёзное дело не пойдёшь. Только проблем заработаешь.
Смартфон в кронштейне, закреплённом на приборной панели, разразился энергичной мелодией. Пуля тыкнул пальцем в экран, принимая звонок. Сразу поставил на громкую связь.
— Как у вас? — донёсся из динамика напряжённый голос Креста. — Алексея вытащил?
— Он сам вышел. Я лишь зачистил вход, — сообщил водила. — Двух мамонтят успокоил.
— Что с ним? Не ранен?
— Цел и невредим, — весело ответил Пуля, затем крикнул мне: — Малой, подай голос!
— Да не ори так. Башка трещит, а тут ты орешь, — проворчал авторитет.
— Всё нормально! — отозвался я.
— Знач так. Вези его на Профсоюзную пять, квартира семь. Там есть свободная хата, — сообщил Крест водиле. — Хозяин в курсе, он живёт этажом выше. Нашим когда-то сдавал уже угол. Пуля, ты понял?
— Да, всё запомнил, — отозвался водила.
— Проплати хозяину за неделю, а там что-нибудь безопаснее подыщем.
— Понял, босс, — прогудел Пуля. — Сделаем всё по красоте.
— Я не сомневаюсь, — сухо бросил в трубку авторитет и отключился.
— Разворачиваемся, — закряхтел Пуля, выворачивая руль. Кресло натужно заскрипело, грозясь рухнуть на меня. Я даже на всякий случай отсел подальше.
Мы проехали ещё пару экранов, которые я видел раньше. На одном шла реклама тонированного гоночного болида каплевидной формы. Причём меня удивила марка машины. Волга. Охренеть, да эта Волга любым Феррари и Порше фору даст!
На втором экране шёл ролик, где счастливая семейная пара застилает большую кровать постельным бельём, усыпанными странными мерцающими символами. Я так и не разобрал, что там за витиеватые закорючки.
— Всё, приехали, — остановился Пуля. — Посиди пока.
Грузный водила достаточно бодро покинул кресло, выскакивая из салона. Заскочил в подъезд многоэтажки, такой же серой, как и сотни домов в городе. Через минуту Пуля показался из подъездной двери и позвал меня.
Мы поднялись по лестнице на третий этаж. Освещение здесь было получше, чем в прошлом подъезде, и лестничные пролёты шире. Да к тому же чисто, ни соринки. Видно было, что за подъездом следят.
Оказавшись у двери, за которой играла громкая музыка, Пуля нажал на кнопку звонка, затем ещё раз, и ещё.
Наконец-то щёлкнул замок, дверь открылась.
— Чо надо? — окинул нас пьяным взглядом мужик в майке и трико.
— Да то и надо. Нашего человека пристроить. Крест звонил тебе, — так же резко произнёс Пуля.
— Какой, мля, Крест? Вы о чём ваще? — затем мужик задумался, почесал небритый подбородок. — А, да, точно. Ладно, тогда по деньгам. Я бы хотел…
— Знаем мы твои расценки, — буркнул Пуля. — Давай ключи.
— Ну, сразу бы так и… — расплылся в улыбке мужик. — Меня Борис зовут. Договор подписать, эт самое…
— Никаких договоров, ты ведь знаешь, — сказал Пуля.
Пьяный мужик в это время протянул смартфон, на котором высветилось окошко какого-то банка.
— Убери, — зыркнул на него Пуля. — Крест только налом платит.
Он протянул соседу пачку купюр, и тот выхватил её, проявив чудеса реакции.
— С-с вами приятно иметь дело, — Борис довольно улыбнулся, быстро пересчитал бумажные деньги. — А чо эт такое?
— На неделю, — холодно сказал Пуля.
— Я сдаю помесячно, э! — выкрикнул Борис.
— Э! Разговаривать так со своей женой будешь! — надвинулся на него Пуля.
Борис попятился, выставил руки, нервно хохотнул.
— Да всё, понял. Во, держи, — кинул он мне кольцо, на котором болтались два ключа. — Всё?
— Всё, — кивнул Пуля, закрывая дверь перед его носом. Дверь вновь открылась, но водила снова её захлопнул, на этот раз более резко.
Мы спустились на второй этаж, останавливаясь у съёмной квартиры.
— Всё, отдыхай, — Пуля хлопнул по моему плечу могучей рукой. Так, что я дёрнулся в сторону. — И включи, наконец свой телефон. А то мало ли что.
Водила исчез на лестничной клетке, а я подошёл к двери, обитой потёртым и расцарапанным дерматином. С трудом, но открыл верхний замок, следом второй зашёл внутрь.
Пошарив в темноте рукой в поисках выключателя, я нашёл клавишу слева. Небольшой плафон под потолком осветил прихожую.
Я хмыкнул, осматривая сие благолепие. Комната в студенческой общаге — хоромы по сравнению с этим убожеством.
Прихожая сразу переходила в небольшую комнату, где ничего не было, кроме кровати-полуторки, покосившегося кресла с подбитой ножкой и узкого шкафа в углу. На дощатом полу следы от потушенных окурков. И застарелое амбре перегара с куревом — будто в рюмочную зашёл. Уныло всё, в общем.
Хотя нет, на стене я заметил небольшой телек, правда пульта нигде не было.
Я прошёл на кухню, кинул сумку на один из стульев, доставая еду.
И здесь всё та же разруха. Два сиротливых шкафчика на стене, металлическая мойка с капающим краном. Несколько напольных шкафов, ну и холодильник в мой рост, у окна.
Что ж, неделя не месяц, так что это лучше, чем отправиться на тот свет от руки очередного уголовника.
Меня приятно удивила ванная. В ней я обнаружил душевую кабинку, причём вполне нормальную. Освежившись, я вернулся на кухню и приготовил простейший ужин из того что было. Хотя я был так голоден, что умял тарелку макаронов с сосисками в два счёта.
Затем разобрал вещи, осмотрел прорезь от ножа в спортивной сумке. Если бы не она, меня бы уже здесь не было.
А где бы я был? Может, вернулся бы обратно? В больничный коридор? Хотя я почему-то подсознательно понимал, что этого не произойдёт. Проверять особо не хотелось. В груди похолодело, сердце сжалось до боли. Трудно принять то, что теперь это моя жизнь.
Там у меня было многое впереди. Карьера врача-хирурга. Родители, которые так радовались тому, что я устроился интерном. Костик, с которым мы дружили со школы и постоянно зависали в ночных клубах. Ленка с соседнего подъезда, с которой гуляли по вечерам и мечтали о будущем.
А здесь что меня ждёт? Работа на Креста? Постоянно ходить на измене, опасаясь, что прирежет очередной уголовник?