Царство Зыбучих Песков (СИ), стр. 46

Потом нас покинуло еще несколько бакалавров, сговорившись о чем-то между собой за нашей спиной. Остались только я, Огор и Фуу (думаю, другие сторонились нас из-за внешности). Еще остались те, кого я не посчитал. Наши и чужие солдаты — и офицеры тех рот, чьи командиры ушли вместе с младшими магистрами или по-тихому исчезли, как тот же Южмаш Свет и Хиба Копье.

— Объединимся? — Спросил нас Огор.

Я кивнул. Фуу вроде тоже. Не понять.

Удостоверившись в том что мы (ну или я) согласен, он продолжил разговор:

— Я так полагаю у тебя, — обратился он на этот раз непосредственно ко мне, — как и у нас с Фуу намечены какие-то дела в городе, и помощь в этих делах тебе не нужна? — Саркастично и с пониманием — добродушно усмехнулся мне в лицо горбатый бакалавр.

Я пожал плечами.

— Место которое я собираюсь посетить — вам должно быть известно. Не вижу смысла молчать об этом, нагоняя таинственности, — не менее саркастично улыбнулся я краешком рта. — Я направляюсь в усадьбу Запутанных Мыслей.

— О-о, — удивленно посмотрел на меня (если так можно сказать, ведь глаз у него как раз таки не было), Фуу. — Ты знаешь о ней? Откуда?

— Раскопал информацию в архивах.

Тут я соврал. В архивах я ничего не нашел.

— Что ж. Тебе будет полезно там побывать, — кивнул он, — но ни мне, ни Огору усадьба дать ничего не сможет. Ведь так, Огор?

— Верно, — проворчал бакалавр. — У нас с Фуу другая цель. Тебя, извини, мы с собой не возьмем.

Я отмахнулся.

— Не претендую. Вопрос в другом. Что делать с солдатами? Чем их занять? И не опасно ли оставлять их без нашего прикрытия?

— Первое. Голубой Камень известен тем, что здесь добывали ЭТО, — подкинул в воздух и сразу поймал блеснувшую на солнце монету, Огор. — Раньше ручей Золотой что проходил сквозь город охраняли как люди, так и серьезные чары, но они давно протухли. Смекаешь?

— Предлагаешь оставить солдат и младших магов мыть золото?

Он поморщился.

— Это лучше чем шариться по чужим домам рискуя схлопотать проклятье, способное добраться через тебя даже до дальних родственников или выпустить на волю сторожевых големов.

Я согласился.

— И второе. Нам с Фуу нужна лишь пара часов обделать наши делишки, так что нянчиться с солдатами кому?

Он намекал на меня, и я кивнул, ожидая что он скажет дальше.

— А как мы вернемся — придет твое время. Одобряешь?

— Хорошо. Принимается. Но сколько у нас этого самого времени?

— Пара дней. Не больше. В противном случае мы рискуем не успеть вернуться.

— Тогда стоит поторопиться?

— Я тоже так думаю.

Не сказать что пока мы разговаривали солдаты стояли без дела. На Барра-Шака так не бывает. Вспыхивающая изредка заполошная стрельба. Редкие проявления волшбы. Проносящиеся мимо нас маги-лекари с носилками на которых лежат раненые бойцы. Все это шло привычным фоном.

Объединив роты и перетасовав офицеров — мы утвердили новую вертикаль командования, на случай если с нами что-то произойдет и выдали повеселевшим солдатам понятную и приятную цель.

Короткий марш-бросок к ручью, зажатому со всех сторон каменными берегами. Зачистка близлежащих домов. Поиск инструмента золотодобытчиков. И… выставив охранение, отмашка солдатам — приступайте.

Фуу и Огор ушли. Мне оставалось только ждать.

Прогуливаясь вдоль ручья, я наблюдал за солдатами желавшими жадно намывать в лотках золото, но первым делом офицеры по моей указке заставили всех, раз уж выдалась такая возможность — постирать вещи и помыться. Воняют…

Сам я уже забыл о том что такое пот, спасибо «серому телу».

«Ненароком» остановившись у заводи с купающимися в ней солдатами (прекрасного пола) и девушками-офицерами (из магов), я позволил себе понаблюдать за этими милыми созданиями чарующими нас одним своим видом и, несомненно, созданными дьяволами нам на погибель. Девушки заметили меня и стали похихикивать, стреляя в моем направлении глазами (даже мой нос и цвет кожи их не отвадил), но вредная Наяда все испортила. Она отчего-то разозлилась и начала брызгаться в меня — прогоняя. Ее поддержали другие лучезарно улыбающиеся мне девицы, окатившие меня водой с ног до головы.

Извинившись — под их смех — я был вынужден ретироваться.

Заметив старика слонявшегося без дела, но успевшего спрятать улыбку (он все видел), я подозвал его к себе.

— Золото мыть собираешься?

— Кхе, — кашлянул он. — Стар я для этого. Суставы если долго их мочить распухнут и придется обращаться к лекарям. Если б не они! — Цокнул он зло языком, взглянув на свои руки и ноги — предатели.

— Тогда вот что.

Шепнув ему на ухо несколько слов, я его отпустил.

Надо сказать что золото в ручье было и немало. Много самородков размером с пуговицу. Солдаты богатели с каждой минутой и не хотели выходить из воды. В глазах лихорадочный блеск. Руки трясутся. Дошло до того, что пришлось вмешаться мне, щедро раздав пару оплеух самым непонятливым — не желающим заступать в охранение. Видите ли, они маги-ученики, а не кто-то там! Пусть простые люди этим занимаются!

Нахватав от меня зуботычин, свою спесь они растеряли.

Дело в том, что несколько дней назад я разозлился на одного мага-неофита — чуть не пристрелившего из-за игр с револьвером (крутил его в руках) — солдата, и со злости выдал ему подзатыльник, выпустив наружу дух и стихию. Тот маг сделал частью своего Атолла щит, и он в тот момент его защищал, НО! После моего удара он треснул и рассыпался ворохом искр.

Не показав своего изумления, я отчитал идиота неофита, и казалось, успокоился, а на самом деле я кипел восторгом.

После, проведя ряд испытаний и превратившись на пару дней в тирана порядка и дисциплины — я выяснил что могу ломать кулаками и затрещинами щиты не только неофитов, но и учеников! Все дело в духе, пропитанном пылью. Теле, усиленном ей же. И стихии.

Я был очень, очень доволен. И все же, по ряду причин — мне бы не помешал хороший атакующий артефакт. Прямое управление стихией жутко выматывает.

Прошла не пара часов, а все четыре, прежде чем бакалавры Фуу Слепец и Огор Горб вернулись. Я не стал интересоваться что у них в мешках, только лишь убедился что они в порядке, сдал им дела и покинул лагерь под отводом глаз.

По дороге ничего значимого не случилось. Сам Голубой Камень внушал. Красивый был город, но от него мало что осталось. Много разрушений и боли пропитавшей эти камни. Люди сюда уже не вернутся.

Черные зевы пустых оконных проемов. Желтые, обглоданные зверьми кости на дорогах. Пятна давно въевшейся в мостовую крови и вызывающие тоску сгнившие вещи людей пытающихся эвакуироваться из обреченного города в последний момент…

Голубой Камень не раз посещали мародеры — я видел следы, так что нетронутыми остались только резиденции серьезных организаций и дома магов расположенные на источниках магии. Я не собирался к ним лезть и держался подальше.

Без происшествий добравшись до усадьбы Запутанных Мыслей я не стал любоваться архитектурой этого места (дом как дом), а просто прошел через дверной проем (двери отсутствовали) и, оставляя за собой цепочку следов в пыли поднялся на второй этаж. Повернул направо и, оказавшись в картинной галерее, огляделся.

Пусто.

Картины давно украдены или же сгнили, впрочем, меня интересовали не они, а черно-белое мозаичное панно на дальней стене. Его не смогли повредить ни вандалы, ни время. Мозаика сияла чистотой словно ее каждый день протирали мокрой тряпкой.

Я подошел ближе.

Со стены на меня смотрел… э-э-э… человек? Затрудняюсь ответить, но выглядит это именно так, как мне и описывали.

Жутковатое человекоподобное создание в накинутом на голову капюшоне. Могильные мешки под глазами, из которых слезами вниз — по щекам, до краешек губ стекает похожая на густую грязь жижа. Ссохшиеся губы, не пробовавшие воды много дней. Потрескавшаяся словно отражение в кривом зеркале кожа на лице. И умный взгляд сверкающих всевечным льдом глаз, которые видят все…