Царство Зыбучих Песков (СИ), стр. 21

Не сводящие с меня глаз служащие отдела ревизии (с сопровождающими от цеха алхимиков), тоже подошли ближе.

— Какой урожай деревьев в этом месяце? — Спросил у меня, Дубняк.

— Большой. Я насчитал сто сорок три дерева под вырубку.

Он присвистнул.

— С каждым месяцем все больше, ведьма тебя поцелуй! И чего этим не нравится, — кивнул он на неживые маски вместо лиц, наших «друзей» из особого отдела, — ты явно на своем месте, младший лейтенант.

— У нас нет претензий к работе хранителя садов и лесов, — процедила одна из неживых масок. — Он подозревается нами в укрывательстве опасного преступника, а не в халатности.

— Знаю я, в чем он подозревается. Так, — он оглянулся и крикнул. — Все готово?

Его заместитель в ранге ученика, поднял большой палец вверх.

— Веди, — велел мне мой прямой (во всех смыслах) начальник, и я первым зашел в лес.

Шум дождя стал тише. Запахи прелой листвы приятно щекотали нос, и я вздохнул с облегчением. Надоело вдыхать отвращение, мнительность, пот и паранойю от магов из отдела ревизии.

Я вел нас к местам будущей вырубки.

Мы останавливались у помеченных мной железных деревьев, оставляли рядом с каждым из них, по пять солдат под командованием сержанта, и шли дальше под удаляющиеся звуки стука топоров.

Хищную растительность, что нам мешала, выкашивали огнем маги и рубили солдаты. Но даже так, не обходилось без раненых, которых приходилось лечить, объявляя привал.

Над нами грохотало. Гроза продолжала набирать силу, но деревья сдерживали основной поток воды и шквалистого ветра. Идти было комфортно.

Пока я и капитан были заняты своими непосредственными обязанностями, погань из отдела ревизии дышащая нам в спины, исходила ядом.

Я прислушался к их разговору, и лес мне в этом помог. Шелест листвы в ушах, шепот травы, и я их слышу.

— Чувствуешь ее? — Понижая голос, спрашивал лидер этой мутной команды дознавателей у бакалавра.

— Нет, — в отрицании помотал головой маг из цеха алхимиков. — Что-то забивает все ощущения. Нужно еще раз допросить этого мутанта — ученика с огромным носом.

В мою сторону махнули рукой.

— Пустая затея. Мы уже вывернули его наизнанку. Он действительно ничего не знает…

— Но? — Почувствовал недосказанность маг цеха алхимиков.

— Не знаю я! — Огрызнулся дознаватель. — Есть в нем что-то… Но доказать я ничего не могу.

— Но ты уверен, что ОНА здесь?

— Моему чутью можно доверять. И оно нашептывает мне, что искать ее нужно в этом лесу. Ритуалы поиска сбоят, но она точно на острове. Осталось только ее найти. И тогда мы все из нее вытянем, — пахнуло от него кровью на последних словах.

Молчавший все это время сопляк, источающий гниловатый запашок, заорал.

— Мы поймаем эту с-уку! И я лично! С-с-с-с…

Он протянул руки вперед и сжал кулаки так, словно держит в руках чью-то шею.

— Тише, Рассок, — шикнул на своего молодого коллегу из цеха зельеваров, бакалавр. — Нас же слышат, идиот!

— Она убила моего дядю! Я не могу молчать! Тварь! Дрянь! Шлюха!

«Клоуны» — подумал я.

Мы продолжали идти. Рота зеленых касок редела. Из более чем двухсот человек, с нами остался десяток солдат, когда мы подошли к последнему, помеченному мной дереву.

— За дело, — начал раздавать команды, капитан, сделав шаг к одному из солдат. Выхватив из его рук топор, он размашисто замахнулся, но его остановили.

— Стой! Солдаты и твой офицер пусть остаются здесь, а вы, капитан и он, — указали на меня пальцем, — идете вместе с нами дальше.

Капитан-бакалавр остановился. Повел плечами, разминая мощную шею, и в упор посмотрел на нагловатого дознавателя.

— Мизерис-с-с…

Вот я и узнал, как зовут этого мага.

— Объяснишься?

Тот с напряжением посмотрел на топор в руках Ожа Дубняка, и показал нам официального вида приказ, пестривший печатями, светящимися от силы, вложенной в них магии.

— С этой минуты, капитан, вы обязаны подчиняться мне.

Господин, Дубняк, промолчал. И это его молчание было громче любых слов. Топор глухо опустился на дерево и крепко в нем застрял.

Мы снова двинулись в путь.

Теперь первым шел не я, а тот бакалавр из цеха алхимиков. Следом за ним шли мы с господином, Дубняком. А позади нас, наступая нам на пятки, дознаватели и ругающийся матом сопляк (проклинающий лес), родственник погибшего Жана Голяша. Как и от его дяди, от него смердело магией плоти и кишок.

Я понял, куда мы идем. К источнику магии. Хорошо. Я ухмыльнулся и искусно задействовал отвод глаз, отражая от себя внимание только лишь хищных растений.

Двадцать минут спустя.

— Это он, тварь! Он завел нас в ловушку!

Показывали на меня.

— Решил нас убить, драный мутант?

Капитан-бакалавр стоял рядом со мной и, как и я, закатывал глаза, выслушивая обвинения недоросля, решившего, что он на прогулке в парке, а не в смертельно опасном лесу.

— Заткнись, Рассок! — Велели ему товарищи.

Он лежал на земле и от бессилия ругался. Женщина ученик, нависла над ним и лечила жуткую рану в животе.

Племянничек Жана Голяша продолжал визжать.

— Почему эти страшные деревья его не трогают⁈ Разве это не подозрительно⁈

Мизерис скрипнул зубами, но промолчал. Маги из Министерства однозначно владеют всей доступной информацией обо мне, так что догадаться об отводе глаз способны. Хорошо хоть они держат мои секреты при себе.

— Зачем вы вообще взяли его с собой? Он же бесполезен? — Хмыкнул мой капитан, мало беспокоясь о сохранности чужих жизней. Помогать другим, отражать атаку пояса высаженных мной вокруг источника магии «мрачных осин» — он не собирался.

— На то есть причины, — сухо ответили ему, не вдаваясь в подробности.

Вылечив этого неудачника, мы прошли пояс и, перепрыгнув канаву, оказались в центре моего лагеря, рядом с источником грязной магии.

Здесь мало что изменилось за последние полгода. Разве что появился невысокий забор, сплетенный из гибких веток и три расчищенных площадки, с идеально выровненной и утоптанной землей. Моя палатка стояла рядом с кострищем, пепел от которого образовал почти идеальный круг метрового диаметра.

— Ищем! — Коротко отдал приказ, Мизерис.

Итогом нескольких часов поисков был один большой — пшик. Мизерис был в ярости.

— Где результат⁈ — Чуть ли не рычал он, ругаясь с магами цеха алхимиков.

— Ее здесь нет, — отвечали ему, такие же мрачные как и он, маги, севшие в лужу.

— НА! — Пнул он мой перевернутый котелок, в котором я варю себе кашу и тот, пролетев всю поляну, угодил в канаву.

— Может, хватит уже портить чужие вещи? — Скучающе, подперев голову локтем, сидя справа от меня, рядом с костром, на котором мы с ним жарили хлеб, спросил, капитан. — Долго мы еще будем кормить комаров? Камлание вашего бакалавра ничего не дало. Этот, — сморщился, господин, Ож, — со своей магией плоти, обосрался. Преступника, которого вы здесь надеялись найти — тут нет. Чего мы ждем?

Мизерис обвел бешеным взглядом поляну, и отдал приказ.

— Возвращаемся.

На то чтобы собрать роту зеленых касок воедино и вместе покинуть лес, перетаскивая на плечах стволы избавленных от веток железных деревьев, понадобились часы тяжелой работы.

Уже в темноте, под непрекращающимся дождем, уставшие, насквозь мокрые солдаты роты погрузили корабельный лес в машины и с ругательствами, помогали толкать их через размякшее поле. Грузовики вязли и утопали в глине. Офицеры всех поторапливали и потихоньку, дело двигалось.

Я стоял подле капитана и вместе с ним смотрел вслед уносящей жопы сотрудников отдела ревизии, машине, распугивающей светом фар гусей, свободно гулящих по улицам деревни.

— Ты или везунчик или и, правда, ни в чем не виноват, — заявил, бакалавр. — Я ведь тоже пытался найти след объявленной в розыск Рогеды Ткач и ничего…

Я молчал.

— Ладно, младший лейтенант, — по-приятельски, хлопнул меня по плечу, командир. — Свидимся через месяц, хранитель садов и лесов, — хмыкнул он и сел в машину.