"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 368
— Должны успеть, — упрямо произнесла Ульяна.
— Если это вообще реально, — попытался вразумить Ассашару Мастер, но у него ничего не получилось. В отличие от остальной семёрки Святых, она постоянно ощущала пульс камня, который не исчез даже после возвращения магии в мир.
— Реально, — неожиданно произнёс Аслан, которого посвятили в детали последнего задания, которое выдал своему лучшему командиру барон Орлов. — Идёмте, я вам кое-что покажу.
Вся толпа направилась к машине душана. Дипломатические флажки на капоте были пропитаны магией и не давали посторонним совать нос в чужие дела. Аслан создал мощный защитный маскировочный купол и только после этого открыл дверь. На пассажирском сиденье лежал стальной контейнер, крышку которого барс бережно открыл и все замерли, затаив дыхание.
— Откуда это у тебя? — шёпотом спросила Ульяна.
— Остались на скале после исчезновения Сердца гор, — тихо ответил душан. — Должны быть ещё части, но мы больше ничего не нашли.
Святые переглянулись и Мастер первым достал из-под куртки небольшой мешочек. Рядом с крупным светящимся булыжником лёг крупный заострённый камень. Потом ещё один и ещё… Вскоре весь ящик заполнился кристаллическими сердцами и те вдруг начали пульсировать в унисон.
— Похоже, нам нужно отсюда сваливать… — сообщил очевидную вещь Факел.
Удивительным образом, магии камни почти не излучали, но все видели, как они начали плавиться, превращаясь во что-то новое. Так продолжалось несколько минут, пока в ящике не остался лежать идеально ровный шар, внутри которого медленно пульсировала крохотная голубая точка. Люди стояли вокруг и боялись дышать, чтобы ничего не нарушить.
— И что это? — хмуро спросил Дылда.
— Это то, что укажет ему путь, — тихо ответил Мастер.
Ульяна решительно шагнула вперед, протянула руку и осторожно, как величайшее сокровище, взяла этот «шарик» в руку.
— Мы будем ждать тебя… Я буду ждать тебя…. Всегда… — её роскошные волосы внезапно подхватил порыв ветра, который отнёс ее слова куда-то далеко, вне времени и пространства, туда, где… возможно он кому-то поможет.
Мастер хмыкнул, покачал головой, оглядел собравшихся и отдал приказ.
— Гвардия барона Орлова! Слушай мою команду! По машинам!!!
Я вздрогнул и открыл глаза… Снова… Снова у меня нет тело и понятие «вздрогнул» относилось к подрагиванию кристальной связи, которой я, собственно, сейчас и являлся…
Перед глазами… хотя, опять же, нет у меня никаких глаз, но человеческие привычки никуда не делись. Так вот я привычно потянулся туда, за Грань и… ничего не почувствовал.
Сопряжения больше нет! Миры, наконец, разъединились! А это значит, что каждый народ, так или иначе пострадавший от Павших получил шанс на восстановление. Но только не все из них смогут это сделать самостоятельно… К примеру, механоиды уже фактически потеряли свой мир и им нужен новый. Да и многие другие расы сейчас находятся в плачевном состоянии…
А это значит что? Что Страннику нужно вернуться. Снова. Я был ответственен за Сопряжение, я стал невольным пособником Павших, хотя и я же и решил этот вопрос. Вот только… окончательно ли?
Как ни крути, но мне нужно возвращаться. И я, кажется, знаю, как это сделать. Ведь буквально в этот момент я почувствовал, как где-то далеко-далеко зажегся маленький, но очень сильный маяк, и звонкий женский голос что-то негромко, но отчаянно прошептал…
Что конкретно было сказано, я не разобрал, но мне этого и не было нужно. Я услышал, что где-то далеко-далеко меня ждут и в меня верят.
Я вернусь. И, возможно, Странник из легенд, наконец-то, перестанет быть одиноким…
Екатерина Гичко
Амайярида Мыйм
Пролог
Второй месяц лета 567 года эры Храмма̀ра
Майя̀ри вздрогнула и вслушалась в тихий шелест дождя. Водяные потоки стекали по кровле, проникали в неумело заделанные щели и капали на пол где-то в сенях. В деревянную миску на столе тоже капала вода, но не так обильно. Одинокие капли плюхались в посудину, напоминая мерно тикающие часы.
Только что девушке почудился скрежет наверху, но он не повторился, и всё ещё напряжённая Майяри попробовала успокоить себя тем, что это наверняка скрипит старый дом. Она старалась даже в мыслях не называть своё жилище развалюхой, но оно наверняка было старше её деда.
Поправив лучину, закреплённую над свежевыструганным корытцем, так, чтобы свет падал на потрёпанный кусок чистого пергамента, Майяри в очередной раз почувствовала сладостный трепет. Он возникал каждый раз, когда она прикасалась к единственной вещи, которая продолжала крепко связывать её с прежней жизнью. Но с недавних пор к сладостному трепету примешивался страх.
Осторожно, почти ласково прикоснувшись к растрёпанному нижнему правому углу пергамента, Майяри замерла в напряжённом ожидании. По поверхности неспешно разбежались чёрные тараканы букв. Душу девушки наполнили разочарование и страх.
Он так и не ответил на её последнее послание.
«Виида̀ш, у тебя что-то случилось? В последнее время ты отвечаешь редко и пишешь совсем мало. Я начинаю бояться. Они заподозрили и тебя? Если это так, то смотри не поступи как идиот. Я ни в чём не виновата, поэтому не смей брать вину на себя! Пожалуйста, если можешь, ответь мне и поклянись, что не будешь творить глупости!»
Майяри резко встала и нервно отёрла лицо руками. Шагнув к окну, она сквозь щёлочку в прикрытых ставнях попыталась посмотреть, что творится снаружи. Но затягивающая оконную раму желудочная плёнка бо̀швика была мутной от дождевых капель. Неожиданно воздух сотряс дикий рёв, и девушка испуганно отскочила в центр полутёмной комнаты.
— Да чтоб тебя Тёмные! — рассердилась Майяри на зверя за свой испуг.
Сердце стучало где-то в горле, а пальцы дрожали от страха.
— Болота! — в сердцах процедила сквозь зубы девушка, возвращаясь к столу.
Строчки собственного письма вызвали досаду, и она поспешно провела по ним ладонью, а затем три раза стукнула пальцем по пергаменту. Текст пропал, и вместо него появился длинный список дат. Закусив губу, Майяри ткнула в одну из самых верхних, обозначавшую событие, произошедшее почти два года назад. Список стремительно исчез, словно бумага пожрала буквы, и по поверхности расплылась чернильная клякса. Она быстренько разобралась на строчки, и у Майяри болезненно кольнуло сердце, едва она увидела знакомый стремительно-решительный почерк.
«Давай через окно слиняем? Мастер Милѝм нескоро вернётся. Смысл торчать в этой духоте?»
Чуть ниже ровно и спокойно выстраивались буквы, написанные уже её рукой.
«Ты идиот? Мастер влепит нам прогул. Сиди на месте!»
«Боги, почему ты такая нудная? Поднимай задницу и лезь за мной!»
«Ищи проблемы без меня!»
Хихиканье сдержать не удалось. Посмеиваясь, Майяри припомнила тот день.
В учебном зале стояла страшенная духота. Все окна были открыты, но ни один порыв свежего ветра не нарушал горячий застой. Ученики, пользуясь отсутствием мастера, дремали, сложив головы на столешницы.
Сама Майяри сидела у распахнутой створки и с тоской смотрела то на письмо, что лежало перед ней, то в окно, где соблазнительно свежел тенью парк. Сидящего рядом Виидаша она старательно игнорировала, что было совсем нелегко. Оборотень, сообразив, что так просто на улицу подругу не выпихнуть, навалился на её плечо, изображая обморок.
— Ты! — с досадой прошипела девушка и всё же бросила на него раздражённый взгляд.
Виидаш тут же закрыл левый глаз и навалился на неё ещё сильнее, изображая крайнюю степень измождения. Майяри всё же фыркнула от смеха. Широкоплечий парень под сажень 2 ростом в амплуа обморочной девицы выглядел весьма забавно.
Воровато осмотрев спящих одноклассников, девушка потрепала оборотня по блондинистым волосам и отпихнула от себя. Тот мгновенно взбодрился, заговорщицки подмигнул ей голубым глазом и осторожно встал.