"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 316

— Будьте так любезны, господин барон, — тонко улыбнулся князь Космачёв. Он сумел выдержать первый удар, но полностью игнорировать продолжающиеся взрывы в своей зоне ответственности просто не мог. — А то некоторые из членов совета уже извелись в ожидании.

— Прошу вас, Елизавета Дмитриевна, — слегка поклонившись и взяв за руку девушку, произнёс барон. — Ваше слово, баронесса Строгина.

Многие в этот миг заметили, как вокруг Орлова всколыхнулось поле кристаллической связи. Невероятно быстро и мощно, что свидетельствовало о высочайшем контроле дара. Однако, все члены совета помнили, что в прошлый раз ничего подобного не было и некоторые даже считали, что молодой дикий барон вовсе лишён способностей к магии.

— Меня зовут Елизавета Дмитриевна Строгина, — после неуловимого воздействия Орлова, девушке явно стало легче. Смертельная бледность прошла, и князь Болотов с удивлением понял, что барон сумел закрыть своего вассала от влияния глав великих родов. Без рун и полноценных заклинаний, а просто одной своей силой!

— Это мы уже поняли, Елизавета Дмитриевна, — тонко улыбнулся Покровский. — Переходите к сути.

Это будто послужило толчком. Тем последним камнем, который срывает лавину. Девушка гордо вскинула голову, превратившись из перепуганной девчонки в потомственную дворянку.

— Мой отец двадцать лет владел собственным наделом и честно служил Императору, — сухо и без тени эмоций, произнесла она. — В тот день, когда пал родовой кристалл, он с моими братьями отправился на поиски нового. И нашёл. Но это шло наперекор интересам великих родов.

— Поосторожнее со словами, баронесса, — недовольно произнёс Горюнов. — Подобные обвинения могут… повлиять на многое.

— Вы хотите возразить, что члены совета устроили настоящую гонку за этот трофей, ваша светлость? — любезно поинтересовался барон, и князь недовольно поджал губы. Подобное хамство могло очень дорого обойтись Орлову. Но не сейчас. Сейчас у всех собравшихся была другая цель.

— Когда основатель моего рода был казнён, его предали те, кому он вверил свою жизнь, — глядя в глаза Горюнову, отчеканила Елизавета и Пётр Сергеевич, удивительное дело, отвёл взгляд. — И тогда на сцене появился виконт Овчинников. Этот мерзавец силой заставил нас покинуть дом нашей родни в Сером городе и привёз в бывшее владение моего рода. У Виктора Сергеевича была одна конкретная цель — получить артефакты моей семьи, на которые отец потратил большую часть своего состояния. Я не могу передать весь тот ужас, что охватил меня в тот момент, когда виконт угрожал мне убийством моего брата, чтобы заставить меня принять вассалитет Овчинниковых, но я с радостью повторю всё, что он говорил. Дословно.

— Мне жаль, что вам приходится это всё вспоминать, Елизавета Дмитриевна, — негромко произнёс князь Болотов. — Не стоит вдаваться в такие подробности. Продолжайте.

— Та часть капитала, что ещё оставалась на счетах моего рода, была нагло украдена главой рода Овчинниковых, — произнесла баронесса, прожигая взглядом графа, который сидел с каменной маской вместо лица. — Я готова предоставить доступ к своему особняку, где отец хранил все свои бумаги и контракты, чтобы вы убедились в этом. А также согласна на любые проверки со стороны служб совета и Императора.

— Что ж… — протянул Космачёв и быстро окинул взглядом членов совета. — Это… Довольно серьёзный проступок. Если это всё, то мы не станем вас больше задерживать, Елизавета Дмитриевна. Совет обсудит эту ситуацию и примет решение о компенсации.

Совершенно естественно, голос князя стал будто главным в зале. Пока все остальные думали, Степан Яковлевич уверенно брал ситуацию в свои руки.

— Что ещё вы хотите нам рассказать, Святослав Иванович? — так и не дождавшись ни от кого возражений, задал следующий вопрос Космачёв.

— Последние две недели выдались у меня довольно насыщенными, ваша светлость, — улыбнулся в ответ барон. — Нет смысла перечислять все происшествия. Каждый из вас наверняка знаком с особенностями становления нового баронства. Я хотел бы остановиться на двух эпизодах последних дней.

— Мы слушаем, Святослав Иванович, — улыбнулся Болотов.

— Первый из них связан с небольшим отрядом Вольных, который пытался проникнуть на мою территорию и вскрыть блуждающую грань, — указав на помощника Пескаря, произнёс барон. — Я привёз для полноценного допроса человека, который, по его словам, выполнял волю графа Овчинникова.

— Вторжение на территорию молодого баронства, — покачал головой князь Космачёв. Эти двое будто наслаждались спектаклем, стараясь при этом не выходить из роли, а граф всё больше мрачнел. — Это серьёзный проступок.

— Второй эпизод касается наёмного отряда под названием Западный Ветер, — продолжил тем временем Орлов. — Это подразделение, по приказу графа Овчинникова, атаковало купол моего владения магическими снарядами из миномётов и устроило полноценный штурм. Для допроса я привёз командира отряда и его первого заместителя. Ещё часть членов отряда находятся в плену у меня во владении.

— Насколько я знаю, были ещё попытки нападения на ваши владения, ваше благородие, — обратился к Орлову Болотов. — В них вы тоже подозреваете Фёдора Григорьевича?

— К моему глубокому сожалению, никто из участников тех нападений не выжил и мои подозрения остаются лишь подозрениями, — слегка улыбнулся в ответ барон. — Их, с вашего позволения, я оставлю при себе.

В зале совета наступила тишина. Все взгляды были направлены на графа Овчинникова, но тот молчал и смотрел в стол. Обсуждение ещё не началось. При посторонних о мерах наказания великого рода говорить точно не стоило, но все уже просчитывали варианты. От размышлений членов совета отвлёк шум в коридоре и вскоре все увидели новых участников этой удивительной встречи.

В зал вошёл наследный княжич Космачёв, который тащил за собой бессознательное тело какого-то мужчины, сплошь покрытого татуировками. Сам Александр Степанович был в полном боевом доспехе, местами закопчённом и помятом попаданиями пуль.

— Прошу простить за вторжение, господа совет, — поклонился на входе княжич, а потом, к всеобщему удивлению, коротко кивнул Орлову. — Святослав Иванович, рад новой встрече.

— Видимо, сегодня зал совета превратится в темницу, — усмехнулся Покровский. — Что вас привело к нам, Александр Степанович?

— Сегодня в Сером городе нашего сектора была устроена попытка вооружённого мятежа, — жёстко произнёс княжич и граф Овчинников, не выдержав, резко поднялся из своего кресла.

— Боюсь, сегодня у нас другая причина встречи совета, Александр, — негромко произнёс князь Космачёв. Глава рода, по всей вероятности, хотел лично разобраться в ситуации, прежде чем выносить её в общее поле.

— Нет, Степан Яковлевич, — твёрдо возразил наследный княжич. — Это как раз имеет прямое отношение к теме вашей встречи. Дело в том, что главный организатор мятежа утверждает, что действовал по приказу графа Овчинникова.

— Ложь! — не выдержав, воскликнул Фёдор Григорьевич.

— Что ж, значит, не зря я обратился с запросом в канцелярию летающего острова, — в наступившей тишине, прозвучал голос князя Болотова. — На днях в Московский полис прибудет один из членов верховного собраний судей Империи, чтобы тщательно разобраться в этом вопросе.

Глава великого рода Овчинниковых резко побледнел и очень медленно сел обратно в своё кресло, едва не промахнувшись. Ситуация в зале совета в точности напоминала первый визит барона Орлова на встречу глав великих родов. С тем небольшим отличием, что сейчас Овчинниковым не просто хотели пустить кровь. Их решили уничтожить.

Когда я вышел из здания совета, то обнаружил рядом со своими машина несколько бмп Космачёвых. Люди княжича заняли позиции неподалёку, оперативно перекрыв любые пути нападения на мою колонну.

— Как Елизавета Дмитриевна? — первым делом спросил я Мастера.

— Сказала, что надо было вообще на них всё накопившееся выплеснуть, — весело ответил командир Святых. — Как прошло?