"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 196

— Судя по полученным данным, — произнёс он наконец, — кристалл не просто остался на месте. Он принял носителя.

В зале наступила тишина.

Та самая тишина, которая возникает не от шока толпы, а от мгновенной и очень точной работы умов, привыкших оценивать масштабы угрозы раньше, чем позволять себе эмоции.

— Носителя? — уточнил кто-то из князей. — Из местных?

— Из безродных, — с нескрываемым презрением ответил Потёмкин. — По крайней мере, все доступные данные указывают именно на это.

Несколько мгновений никто не говорил. А потом Меньшиков негромко рассмеялся.

— Какая прелесть, — произнёс он. — То есть вы хотите сказать, что редчайшую структуру класса А+, к которой не смог бы полноценно привязаться ни один полисный рунник, ни один из этих надутых идиотов, именующих себя владыками Московского полиса, каким-то чудом подмял под себя… простолюдин?

— Именно это я и говорю, — ответил Потёмкин, и на этот раз в его голосе прозвучало уже не просто раздражение, а почти осязаемое омерзение к самой нелепости происходящего.

— Это невозможно, — негромко сказал князь, сидевший справа от Меньшикова.

— Разумеется, невозможно, — отрезал Потёмкин. — Кристалл такого уровня не может быть привязан кем попало. Даже князь полиса, окажись он рядом, в лучшем случае сгорел бы, пытаясь это сделать. На такое способен только светлейший князь. И то… далеко не каждый.

Эта последняя оговорка тяжело повисла в воздухе, потому что каждый из присутствующих прекрасно понимал, о чём именно идёт речь. Не всякий член Совета Императора обладал одинаковым объёмом силы, и хотя все двенадцать являлись существами, с точки зрения любого полисного рунника близкими к живым легендам, разница между ними тоже существовала. И потому произнесённое Потёмкиным «далеко не каждый» звучало не как фигура речи, а как сухой и очень неприятный факт.

— Тогда, — протянул Меньшиков, уже не улыбаясь, — либо ваши данные ошибочны, либо рядом с Московским полисом внезапно объявился субъект, которого мы по каким-то причинам не заметили раньше. И оба варианта мне одинаково не нравятся.

— Мне тоже, — сказал Потёмкин. — Более того, кристалл А+ всё ещё там. Остров разворачиваться не собирается, но ситуация нестандартная. Кристалл нужно забрать, а ещё мне очень хотелось бы взглянуть лично на того выскочку, который решил сломать базовую логику нашей реальности.

— Вот теперь ты заговорил как нормальный человек, — хмыкнул Меньшиков, подаваясь вперёд. — Если всё действительно так, то стоит отправить кого-то из надёжных псов в Московском полисе, чтобы проверить эту информацию. Я бы мог отправиться лично, но Император приказал мне решить вопрос с турками в горах Кавказа. Это не займёт много времени, но за день я точно с этими последователями механизмов не управлюсь.

По залу пробежал негромкий смешок. Даже Потёмкин позволил себе едва заметно дёрнуть уголком рта, хотя в его случае это едва ли можно было назвать улыбкой.

— В этом есть смысл, — произнёс один из князей. — Только псы должны быть надёжными.

— Может быть даже кого-то с печатью судьи отправить, — добавил другой, — само присутствие полномочного представителя государя остудит головы полисной знати. Если кто-то из них всё ещё надеется играть в собственные игры, вид пары казнённых глав великих родов вернёт их к реальности.

— Значит, решено, — сказал светлейший князь Потёмкин и уже начал подниматься, явно считая вопрос закрытым. — Полномочный представитель или судья пока чересчур, но у меня есть подходящий для этого случая вариант. Возможно, кое-кто захочет заслужить прощение и вернуться на летающий остров.

И именно в этот момент воздух в Зале Совета изменился.

Это нельзя было описать как звук, хотя нечто вроде далёкого, почти нечеловеческого гула действительно разлилось под сводами. Нельзя было назвать это и светом, хотя на мгновение все кристаллические прожилки в стенах и полу вспыхнули с такой силой, будто в них хлынула новая жизнь. Скорее это было… незримое присутствие. То самое присутствие, которое невозможно было спутать ни с чьим иным, потому что оно было везде одновременно.

Воля Императора!

Каждый из светлейших князей почувствовал её в то же мгновение, и ни один из них не позволил себе даже кратчайшего промедления.

Кресла отодвинулись почти одновременно. Двенадцать высших аристократов Империи, людей и существ, перед которыми склонялись полисы, армии и целые государства, опустились на одно колено, низко склонив головы перед пустующим креслом в центре стола, которое перестало быть пустым в метафизическом смысле, хотя физически на нём по-прежнему никого не было.

В зале прозвучал негромкий голос, тем не менее пробирающих сильнейших рунников Империи до самых костей.

— Приступим, господа. Сегодня я хотел бы поговорить с вами об ослаблении ключевых кристаллов моей Империи. И о том, чего никто из вас не сделал, чтобы это предотвратить.

Глава 21

— Ты врёшь! — тихо и как-то отчаянно ответила женщина. Пистолет в её руке смотрел прямо мне в лоб, а рука, которая его держала, была твёрдой, несмотря на голос её хозяйки. Судя по всему, с оружием эта девушка не расставалась никогда и пользоваться им умела отлично.

— Слушай, что говорит барон, вольная! — произнёс Мастер.

Командир Святых стоял в десятке метров от нас, но я прекрасно знал, что для него это ничтожное расстояние. Как и для Ульяны, замершей в напряжённой позе рядом со своим командиром.

— Вас всего шестеро и ни один не уйдёт отсюда живым, если ты выстрелишь.

— Зато мой брат уйдёт в Небесное пламя спокойно, — упрямо ответила Вольная. В этот момент парень на земле выгнулся в спазме и заорал от дикой боли. Этого для меня было достаточно, и я не стал ждать.

Подшаг с колена вперёд. Правой рукой оттолкнуть в сторону пистолет. Гремит выстрел. Удар раскрытой ладонью левой в живот. Малый выплеск кристаллической связи, чтобы надёжно вырубить противника, пришлось сдерживать практически физическим усилием. Иначе я бы распрощался с возможностью использовать кристаллическую связь на очень долгое время, если не навсегда. И так сильно рисковал, даже ненадолго покидая купол.

На фоне падающей Вольной начинается кутерьма. Ульяна уже летит к ближайшим соратникам пострадавшего супера. Вокруг Мастера разворачиваются убийственные поля кристаллической связи.

— Не убивать! — взревел я и все на поле боя удивлённо замерли. Всего на мгновение, но этого оказалось достаточно, чтобы избежать непоправимого. — Никого не убивать! Уля, помогай!

По всей вероятности, ситуация была настолько непривычной для отряда Вольных, что они просто растерялись и не знали, что делать. Ульяна рванула ко мне и мы, вдвоём подхватив удивительно тяжёлого парня, потащили его в сторону купола. Преодолеть нужно было всего двадцать метров, но это оказалось нелегко.

— Не дайте его забрать! — раздался пронзительный крик.

Неугомонная девчонка уже пришла в себя. Вероятно, она была главной в отряде, потому что оставшиеся пятеро Вольных вскинули старенькие автоматы и приготовились к стрельбе. Их не остановил даже вид направленного в их сторону пулемёта на крыше нашей машины.

Семь метров, пять…

— Бросай! — покрепче ухватив пострадавшего парня, приказал я и наши с ним ноги моментально оторвались от земли.

Силища у полукровки была просто чудовищная. Этой особенностью обладали многие метисы людей с расами других планов. Мы пролетели оставшиеся метры, и я наконец коснулся почти невидимого барьера вокруг моего баронства. Невидимого, но крайне надёжного и очень прочного. Позади грохотали беспорядочные выстрелы.

Мы с супером будто оказались в плотном защитном коконе. Падение прекратилось, и мы зависли в метре над землёй. Несколько пуль замерли в считанных миллиметрах от моей спины. Обычное оружие не могло пробить магический барьер, но решимость Вольных меня удивляла. Они себя вели так, будто смерть их товарища была предпочтительнее того, что его сможет осмотреть кто-то посторонний.