"Фантастика 2026-153". Компиляция. Книги 1-22 (СИ), стр. 1819
― Внимательно слушаю.
― Первый вариант ― каким-то образом пробраться к мастердеку и сделать рассинхрон.
― Вряд ли получится, она с ним ночует и не выпускает из рук.
― Я тоже так подумала. Поэтому у меня в голове появился второй вариант, закачивать в её каюту повышенное количество кислорода. Чтобы всё, что с ней происходило, было, как в тумане. И решения она бы принимала туманные.
― Не выйдет, потому что синхронизация всё ещё есть. А в логах отразиться то, что мы повысили дозу кислорода.
― Ну и третий вариант, построить маршрут с ошибкой в обход ИИ, вручную. Когда ошибка обнаружится, то ИИ автоматически поменяет курс.
― Так, раскрой мысль.
― Смотри, я просчитала траектории, наш конкурент мог отправиться на любой из Доминусов, либо на 553-й, либо на 554-й. Мы точно не знаем. Но! Если выбрать оптимальный маршрут, то куда бы он ни полетел, мы с ним пересечёмся в определённом секторе. Не в прямом смысле, конечно, но будем очень близко друг от друга. Нужно простроить маршрут с ошибкой, так, чтобы ИИ исправил курс и привёл нас как раз в этот сектор.
― Я начинаю понимать, к чему ты клонишь…
― Так как, судно, с которым мы пересечёмся, вооружено, мы это уже знаем благодаря первичному сканированию. Случайное пересечение в секторе будет расцениваться, как потенциальная угроза. Мы сможем получить все необходимые данные и даже сесть ему на хвост. И это полностью соответствует галактическому полётному уставу. Марина не то, что не прикопается, она даже не найдёт, что возразить.
― Ты просто гений! ― я был в шоке от уровня подкованности Кобры в этих вопросах. ― Идеально просчитано! Да, да, да и ещё раз, определённо, да! Сделаем это. Лишь бы насолить этой чёртовой выскочке.
― Меня пугает то, как ты лихо соглашаешься на подобные авантюры. Если уж мыслить трезво, то будем честны, Марина пусть и выскочка, но права. Нам бы сконцентрироваться на миссии.
― Ты не понимаешь, Кобра. Это вопрос репутации. Кто такой капитан Внезапного, если он позволяет себя сначала подрезать в космическом пространстве, а потом ещё и оставляет безнаказанным сброс электромагнитного пульсатора? В Бездне нужно соответствовать стандартам Бездны. Если я не могу справиться с выскочкой и каким-то выродком, мешающим нам выполнять свою работу, то с чем я вообще могу справиться?
Кобра задумалась.
― Ты знаешь, что я не псих, Аня. Если бы в Бездне были другие правила игры, я играл бы по ним. Но мы работаем с тем, что нам дали. И нужно выжать из этого максимум.
― Ладно… На самом деле я сразу была согласна. Просто хотелось понять, что можно поставить в противовес нашей основной миссии?
― Нашу репутацию, Кобра. Нашу репутацию. Она должна быть безупречной. Иначе нас сожрут.
Кирова построила новый маршрут, намеренно заложив туда серьёзную ошибку. Лететь около двенадцати часов. Врубать межсистемные движки внутри системы ― опасно. Велик риск, что проскочим мимо нужного места. А разворачиваться и строить новый маршрут ― тоже дело непростое. Помимо прочего, потратим много топлива, а нам ещё возвращаться на Гардикон.
Кобра принесла две чашки кофе. Моя была огромная ― литровая. Всегда пью только из таких, ибо считаю это единственно верным размером чашки для настоящего мужика.
Сама чашка была белого цвета, синими буквами на ней было написано: «Лучший капитан галактики».
У Кобры же была совсем небольшая кружечка, может быть триста миллилитров, не более. Впрочем, девочкам незачем кичиться размерами. Кто-то скажет, что я занимаюсь какой-то гиперкомпенсацией, но Кобра не даст соврать, гиперкомпенсацией тут и не пахнет. Всего лишь желание выпить много жидкости, не бегая к автомату из раза в раз.
― Еле дотащила твою бандуру! Там сама чашка весит уже килограмм пять, а ещё и с кофе…
― Люблю бодрящий кофеёк без каких-либо добавок в большом количестве.
― Если буду подносить тебе эту чашку по пять раз в день, то накачаю себе бицепс.
― Не прибедняйся, дорогая, у тебя и так вполне объёмный бицепс. Дополнительного накачивания не требуется.
― Это была шутка… И кто вообще пьёт пять литров кофе в день? У тебя сердце остановится.
― Всё верно, поэтому надо литр кофе, литр апельсинового сока, литр воды, литр газировки и литр бульона.
― Больной ублюдок… А я ведь и насчёт пяти литров пошутила.
― А я нет. Нужно, знаешь ли, на корабле нагружать почки. В космическом пространстве с искусственной, будем честны, довольно слабой и некомфортной гравитацией, организм дряхлеет в разы быстрее. Надо все органы держать в тонусе.
― Ты это понял, когда два месяца летел на баросфеновых движках из системы Доминус в систему Бездна?
― Именно. Ну и не только тогда. Вероятно, ты прогуливала занятия по общей физиологии и реакции организма на изменённые условия жизни.
― Я ничего не прогуливала, я была и остаюсь круглой отличницей. ― ехидно подметила она.
Кто-то начал стучаться в дверь капитанского мостика. Я открыл. Это оказался Андрей.
― А ч-что вы т-тут делаете?
― Закрой за собой! ― крикнул я. ― На корабле стало слишком много лишних людей, чтобы держать все двери нараспашку.
― Как знать, может быть Марина прямо сейчас взламывает каюту капитана и копается в твоих файлах? ― подметила Кобра.
― У меня есть камера наблюдения на мастердеке. Никто ко мне не ломится.
― В-вы пьёте кофе? А м-можно и мне?
― Конечно.
Кобра встала с кресла и налила Андрею чашку кофе.
― Тебе с молоком или без?
― С-с молоком и п-побольше сахара.
― Извращенец. ― она заботливо добавила молока, положила сахар и поднесла Андрею. ― Держи, дорогой.
Тот прямо обомлел, взгляд стал притуплённый, ботаник стоял с открытым ртом и смотрел на Аньку. Да, девка кровь с молоком. Ростом он даже чуть выше неё. Сантиметра на два, не более. Но из-за того, что Андрей худощавый учёный и, по совместительству, мой бухгалтер, то большую часть своей жизни он провёл разглядывая цифры.
Поэтому широкие от природы плечи ботаника не производили никакого впечатления, ибо мышечный каркас там был довольно скромный. У Кобры же, напротив, мускулатура была хорошо развита, девушка сложена очень пропорционально, осанка ровная, плечи умеренно широкие. На мой вкус идеальное сочетание спортивной формы и женственности.
На фоне Андрея она даже казалась больше, чем есть на самом деле. Но почему я внезапно решил вообще проанализировать их обоих? Неужели, я хотел бы, чтобы эти двое стали парой? Да не, бред какой-то.
Я взял свою литровую кружку и начал шумно хлебать.
― Антей, сколько раз я тебе говорила, что невозможно слушать, когда ты пьёшь! Можно как-то хлебалку откалибровать до минимального уровня шума?
― Нет. Мне нравится хлебать так, чтобы все слышали.
― Ну вот, что ты будешь делать с ним, Андрей? ― она повернулась к учёному. ― Кстати, ты чего припёрся-то? Достали новые члены команды? Я к ним стараюсь лишний раз не соваться.
― Н-нет, я лишь хотел напомнить Антею о е-его обещании.
― Обещании? ― оживился я. ― О чём речь?
― Д-дело в том, что твоя «поездка» в анамнион на Земле мне стоила кругленькой суммы. И я бы о-очень хотел, чтобы ты подтвердил, что отправишься с-со мной.
― Вы отправитесь на Землю?! ― воскликнула Кобра.
― О чёрт, да, я совсем забыл. ― сказал я снова громко отхлебнув кофе. ― Да, Кобра, мы с Андреем отправимся на Землю.
― А меня?! Почему меня не берёте?! У меня тоже есть там анамнион!
Я повернулся к Андрею.
― Да, Андрей, почему ты не берёшь Аньку?
Он замялся и даже слегка покраснел.
― Я-я… Н-не знал, что у Ани т-тоже есть анамнион.
― Она бывший военный, как и я. У всех военных есть анамнионы, Андрей. ― я улыбнулся. ― Ладно, не переживай. Тут скорее вопрос в том, можем ли мы что-то с этим сделать? Есть варианты прихватить нашего прекрасного второго пилота?
― С-сейчас с-сложно сказать… Но, как т-ты знаешь А-антей, я стараюсь придерживаться девиза по жизни, что нет ничего невозможного.