Чайный Мастер. Том 2 (СИ), стр. 34

— Да мы почти не промокли.

Старик только буркнул что-то невнятное себе в бороду и снова занялся своим делом.

Лира шагнула ко мне, её лицо в полумраке казалось бледным, но в глазах промелькнула радость, когда взгляд упал на готовую стойку. Она поправила накидку, из-под которой донесся едва слышный писк Рау, утонувший в шуме дождя.

— Рау побудет у меня в комнате, — прошептала она мне.

Я благодарно кивнул ей в ответ. И она скрылась у себя, прикрыв дверь.

Стойка теперь разделяла пространство на гостевую зону и мою мастерскую, из-за чего помещение стало выглядеть законченным и по-настоящему уютным.

— Ты только посмотри, Тинг! — сказал Минк, уже вовсю хозяйничая возле нее.

Он обошел стойку со всех сторон, едва ли не обнюхивая свежую древесину. Провел ладонью по гладкой поверхности, ощупал стыки и даже заглядывал под столешницу, чтобы проверить качество крепежа.

Было видно, что он искренне восхищается работой братьев Ворс, ведь он и сам немного разбирался в работе с деревом, в отличие от меня.

Братья Ворс, которые заканчивали крепить массивные полки на всю стену за этой самой стойкой, только широко улыбались. Один из них придерживал тяжелую доску плечом, пока второй уверенными движениями вгонял крепеж в стену. Полки выходили широкими и крепкими. Марвин явно рассчитывал, чтобы те выдерживали вес множества глиняных банок с травами и тяжелой посуды.

— Стойку еще нужно маслом обработать, чтобы дерево не сохло и влагу не впитывало, — подал голос Марвин, наблюдая за действиями рыжего парня.

Минк мгновенно выпрямился и с готовностью посмотрел на старика, его глаза азартно блеснули в тусклом свете.

— Я помогу! — выпалил он, не раздумывая ни секунды. — У меня и опыт есть, я деду в прошлом году сундук так промазывал, до сих пор как новый стоит.

Я подошел ближе, сам провел по столешнице рукой, ощущая ее гладкость — явно чем-то отполированная, но Марвин прав, нужно обработать. Посмотрел на Минка, а потом перевел взгляд на старика.

— А это долго? — уточнил я, собираясь потом лично показать Минку нужные мне травы из тетради.

Марвин только недовольно дернул щекой и зыркнул на меня исподлобья, словно я спросил какую-то несусветную глупость.

— Если руками работать, а не языком чесать, то быстро управимся, — отрезал старик и поставил на стол кувшин с густой темной жидкостью и положил широкую кисть.

Минк же поспешил меня успокоить.

— Это дело нехитрое, — пояснил он. — Масло впитывается быстро, если его правильно растирать.

После чего закатал рукава, готовясь к работе.

— Ну, раз так, то бери, рыжий, — снова заворчал старик.

Минк в ту же секунду подхватил инструмент и принялся за дело, начав промазывать столешницу и углы.

— А ты чего встал? — уставился на меня Марвин под смешки братьев Ворс.

— А у меня другое дело есть, — качнул я головой в сторону кухни. — И разговор к вам.

— Это ты мне о «Волках» решил наконец рассказать? — желчно заметил Марвин.

— И о них тоже, — не поддался я на его провокацию и кивнул на узкий проход в кухню, направившись туда.

В самом деле, не в зале же мне, среди шума и любопытных ушей братьев Ворс, говорить о делах с ватажниками и Мирей Арден? И старик меня прекрасно понял, недовольно нахмурился, однако тряпку отложил и побрел следом. На кухне было душно, поэтому я немного открыл окно, впуская свежий воздух и слушая шелест дождя.

Марвин тяжело опустился на единственный здесь стул и положил руки на колени, а я отчетливо увидел свежие бинты, пропитанные мазью, и помрачнел. Сможет ли Марвин теперь с такими руками делать лекарства для Лиры? А ведь ее здоровье — это самое важное сейчас, а других источников снадобий пока нет…

Старик, уловив мой взгляд, сжал кулаки и потребовал, сверля меня хмурым взглядом из-под густых бровей:

— Говори уже.

Я выдохнул и вкратце рассказал ему о договоре с Зоргом, упомянув перевалочную базу и поставки трав.

Старик слушал, и его лицо постепенно наливалось багровым цветом, а пальцы в бинтах начали судорожно впиваться в штанину. Он дождался, пока я закончу, и внезапно ударил кулаком по столу, из-за чего пустая пиала жалобно звякнула.

— Ты мне только на одно ответь, щенок, — прохрипел он, подаваясь вперед всем телом. — Почему ты мне вчера еще не сказал, что решил якшаться с «Волками»? Почему заранее со мной не обсудил план переговоров? То, о чем ты, — он едва сдержался, чтобы не сплюнуть, — договорился, это брехня! Они теперь отсюда просто так не уйдут!

Я выдержал его тяжелый взгляд, не став отводить глаз.

— Они уйдут, как только Границы встанут на места, — ответил я жестко. — Вчера я пытался с вами поговорить, но вы же сами сбежали от разговора после своей вспышки гнева. Так в чем моя вина?

Марвин открыл рот, чтобы что-то выкрикнуть, но внезапно осекся и замер, уставившись перед собой. За окном пророкотал гром, и в кухне повисла тишина, нарушаемая только шумом дождя и прерывистым дыханием старика. Даже в зале будто тише стало. Марвин медленно выдохнул, и я увидел, как его плечи немного опустились, а ярость во взгляде сменилась усталостью.

Мы молчали несколько минут, и за это время я успел заметить, как сильно дрожат его пальцы под повязками. Я не торопил его, хотя мне еще было что сказать ему, но в то же время понимал, что это только сделает хуже. Наконец он поднял голову и посмотрел на меня уже без былой злобы, зато с какой-то мрачной серьезностью.

— Ладно, — проворчал он, потирая лицо. — Повздорили и хватит. Зорг — человек сложный, но слово свое держит, с его щенками нам сейчас и правда будет попроще с травами. Признаю. Ты это хотел услышать? Доволен?

Нет. Этот старик невыносим. Вредный, злобный, ворчливый. Ему одно слово — он тебе два. Пришлось уже мне выждать минуту, успокаиваясь.

— Я хотел поговорить не только о «Волках», но и о Мирей Арден.

На этом имени у старика дернулась щека, и он приложил к ней руку.

— Слышали о такой? — спросил я.

— Я-то слышал, — проворчал он. — А ты откуда ее знаешь? И почему… — старик осекся. Видимо, понял, почему я о ней заговорил.

— Значит, вы не слышали, — ответил я просто.

— Что не слышал? Говори прямо! — Марвин ударил кулаком по рабочему столу, звякнув посудой.

— Мне о ней Рован рассказал. По его словам, именно она заинтересована в нашей земле. Я надеялся, что вы знаете о ней.

Марвин прищурился, и в его глазах промелькнуло недоверие.

— Снова этот мальчишка Рован?.. Ты же сам говорил, что он только недавно сюда пришел, — глухо заявил он. — Так откуда столько веры в его слова?

— Это все, что у нас есть, — развел я руками и заметил: — Да и Рован уже не мальчишка, а уважаемый алхимик, который мне помог.

Марвин неопределенно хмыкнул:

— Аккуратнее с ним. Я его знал только засранцем. Кем он стал теперь — неизвестно.

Я молча кивнул, а старик погрузился в свои мысли, поглаживая бороду.

— Мирей Арден, значит, — повторил он это имя, словно вспоминая что-то. — Умная женщина, расчетливая, этого у нее не отнять. Но в Совете не так давно — молодая еще слишком.

Он замолчал, прислушиваясь к дождю, а потом добавил, глядя куда-то мимо меня. А я понял, что и в этом мире есть «карьеристы», и, видимо, Мирей — одна из таких, но с оглядкой на местные реалии.

— Повезло, получается. Какая-то соплячка решила, что может играть по крупному… — Марвин вдруг зло ощерился, а в глазах блеснул враждебный огонек. — Это ты меня порадовал, Тинг.

Я же прищурился, не понимая радости старика.

— Вроде как о ней ходят не очень лестные слухи, — сказал я. — Будто эта женщина всех в ежовых рукавицах держит. Волевая, мол, и никому свое не отдаст.

— И что? Сколько ей? Тридцать? Сорок? Да она же жизни еще не видела!

Я усмехнулся. И Марвин осознал, кому это говорит, но даже не смутился и продолжил:

— В общем, это все равно лучше, чем если бы на нас положил глаз кто-то вроде Шархота или того же старого ублюдка Карта.