Чайный Мастер. Том 2 (СИ), стр. 23

Опомнившись, я закинул корзину на плечо и быстро догнал Марвина.

— Спасибо, — сказал я, но старик только бородой повел.

Мы шли по главной улице, которая вела к трущобам, и я заметил, что люди реагируют на старика по-разному. Какой-то кузнец, стоявший у горна, уважительно кивнул, когда Марвин прошел мимо, однако двое хорошо одетых мужчин в длинных кафтанах, похожих на гильдейские одежды, как у Варга, брезгливо поморщились, проходя рядом.

Марвин же шел и смотрел вперед, туда, где за крышами окраинных домов уже виднелась темная стена Сумеречного Леса.

Понятно, что репутация у бывшего главы была неоднозначной. Для простых ремесленников он оставался мастером, который когда-то имел вес, а для тех, кто сидел в высоких кабинетах — павшим алхимиком, от которого лучше держаться подальше.

Когда мы уже прошли через трущобы и поднимали пыль по тракту, мне в голову снова полезли слова Хорка, который советовал рассказать о Связке Марвину. Но я еще не решил, стоит ли это делать, ведь понятия не имел, как на это отреагирует старик. Сзади о чем-то своем болтали рабочие мужики. И я решил, что если и говорить об этом, то точно не на людях.

— С Хорком я понял, — вдруг сказал старик. — Но что насчет Нагии? Ходил к ней?

— Нет еще. Думал, что со старым ватажником будет договориться проще. Теперь вот не уверен, станет ли вообще Нагия слушать меня, — признался я, вспоминая вид ее торгового обоза.

Марвин коротко хмыкнул.

— Сдаешься?

Один из рабочих сзади потянул лошадь за узду, и телега загрохотала по камням громче.

— И мысли не было, — нагло улыбнулся я.

— Хорошо, — спокойно ответил старик и вытер потный лоб рукавом. — Нагия не Хорк. Она ценит мастерство, я тебе это уже говорил. Если покажешь, что можешь, то она заинтересуется.

— Почему вы так уверены? — прищурился я, поправляя тяжелую корзину за спиной.

— Она, в отличие от Хорка, которому природа даров отсыпала, — поморщился старик, — она поднялась из трущоб.

Я присвистнул. Вот это да.

— Чем-то она похожа характером на Лиру, — добавил старик, а я понял, что это только усложнит разговор с ней. Но раз она понимает, что значит быть нищим и пытаться пробиться наверх, может, и правда удастся договориться.

— А почему бы вам не пойти со мной? — спросил я, глядя на хмурое лицо Марвина. — Ваше слово для нее явно поболее значит, чем слово мальчишки.

Марвин резко остановился, из-за чего телега едва не наехала на него. Рабочие замерли. Старик повернулся ко мне, а его глаза сузились.

— Потому что это нужно тебе, — сказал он низким, неприятным голосом.

Я оскалился.

— Не только мне, Марвин, — ответил я так же тихо, смотря ему в злые глаза. — Думаешь, я не вижу, что тебе это важно не меньше моего?

Марвин дернул щекой в раздражении, скосил глаза на прислушивающихся мужиков и рявкнул:

— Чего уши развесили⁈ Времени полно у вас?

Один из рабочих хмыкнул, потянул лошадь за собой, и второй последовал за ним. Телега снова загрохотала колесами. А Марвин повернулся ко мне и уже спокойнее произнес:

— Ты еще не дорос и не поймешь, почему я не могу пойти к ней. Поэтому запомни одно: если она подумает, что это моя задумка, которую я делаю через тебя, то не видать тебе… — старик замолчал, а потом шумно выдохнул и добавил: — то нам не видать помощи.

Я замолчал, чувствуя, что задел какую-то старую, плохо зажившую рану. Значит, между ними действительно что-то произошло в прошлом, и это «что-то» было настолько серьезным, что даже спустя годы Марвин предпочитал посылать к ней мальчишку, чем показаться самому.

— Это из-за того, что случилось в Гильдии? — спросил я осторожно, но Марвин уже отвернулся, возобновив движение.

— Не твое дело, — бросил он через плечо. — Ты делай свое, а я буду делать свое. — Он указал пальцем на рабочих, которые покорно тащились в сторону лавки. — Эти ребята когда-то были мне должны. Они починят стойку, сделают нормальные полки для посуды и сколотят место под хранение трав. Эта моя задача, а твоя — сделать так, чтобы Нагия не прогнала тебя. Понял теперь?

Я хмыкнул, чувствуя странную смесь благодарности и раздражения по отношению к нему. У этого ворчливого старика повсюду были должники, и он вытряхивал из них эти долги именно сейчас, когда появился шанс восстановить лавку буквально из ничего.

Телега тащилась еле-еле, поэтому шли мы долго. И пока шли, я отыскал ту нить, что соединяла нас с Рау. Он откликнулся почти мгновенно, прислав мне ощущение, что наблюдает за мной с крыши чайной. Я улыбнулся про себя и постарался мысленно передать ему, чтобы он скрылся из лавки. Затаился где-нибудь. Сначала зверек меня не понял, передав странное чувство, мол, что ты говоришь, хозяин. Но с попытки десятой, когда голова уже распухла от напряжения, он, кажется, понял меня и нырнул куда-то в кусты, где затаился. Невесть что, но уж лучше так.

Навряд ли кто-то свяжет забредшего зверька с талантом Связного, если даже увидит Рау. Лес рядом, мало ли кто из него выходит?

Мы подошли к лавке, когда солнце уже начало клониться к закату. На изгибе тракта, прямо у моей калитки, стоял вчерашний ватажник — Ирм. Второго не было. А сам Ирм выглядел более собранным, чем вчера, одежда чистая, залатанная, а за поясом висел уже знакомый мне кинжал. Когда он увидел Марвина, то уважительно кивнул.

Старик посмотрел на него, перевел взгляд на меня и одобрительно хмыкнул, словно я только что сдал какой-то важный экзамен.

— Уже и с ватажниками якшаешься? — буркнул он, но в голосе проступило одобрение. — Ладно. Эй, вы! Заносите доски во двор, только аккуратно, не попортите ничего! Иначе и беседку делать заставлю!

Пока рабочие начали разгружать телегу под лающими командами Марвина, я поставил корзину у калитки и подошел к Ирму. Тот молча указал мне головой в сторону, за угол забора, где нас не так хорошо было слышно.

— Почему не отдал деньги рыжему? — спросил я, глядя на его спокойное лицо.

— Я сказал, что занесу деньги, — Ирм полез в кошелек на поясе. — А раз сказал, значит, должен отдать их тебе в руки. Так у нас принято.

Он протянул мне три средних камня. А я нахмурился, принимая их.

— Мы договаривались на два. За чай и за разбитую пиалу.

— Третий — за то, что заставили ждать, — Ирм серьезно посмотрел мне в глаза.

Я медленно кивнул, убирая камни в карман к другим трем средним, которые так и не пригодились. Это были хорошие деньги, которые сейчас были очень кстати.

— Хорошо. Заходи еще.

Я уже собирался развернуться и пойти помогать Марвину, но Ирм придержал меня за плечо. Невольно я оценил, что хватка у него железная. Тоже восходящий. Впрочем, как и большинство ватажников.

— Это еще не все, — сказал он, понизив голос. — Мы вчера твой чудо-чай не сразу распробовали. Хлебали как воду, — усмехнулся он. — Но когда до города дошли, поняли. Мы бы на этот путь раненые часа три угробили, а вчера за полтора прошли. Всего с парой остановок. Потом еще и до лекаря добрались…

Я почувствовал, как внутри просыпается профессиональный интерес. «Хвойный мотив» на колодезной воде действительно давал мощный бодрящий эффект, однако я не думал, что он так сильно повлияет на раненых ватажников.

— У меня есть сборы и покрепче, — ответил я, стараясь говорить спокойно. — Но и цена таким чаям — это другой разговор.

Ирм взлохматил свои нечесаные волосы и бросил взгляд в сторону Леса.

— Я не торговец, парень, я ватажник. Мне вот это можешь не рассказывать. Но любой дурак видит, что лавка у тебя еще в ремонте, и людей мало.

— К чему ты это? — я внутренне напрягся. — Говори по делу, у меня, как ты сам заметил, работы полно.

— Я видел, как тот рыжий парень и та Трес… — Ирм осекся под моим тяжелым взглядом, прокашлялся и продолжил, но без всякой насмешки: — Как они травы изучают. У тебя нет постоянных поставщиков, это ясно, как день. Но слухи уже ходят.

Да, он точно не торговец — ходит вокруг да около. Поэтому подтверждать его слова я не стал, просто ожидая, что он скажет дальше.