Князь Андер Арес 10 (СИ), стр. 43

— Что по потерям? — спросил Сэм.

Вильям пожал плечами. В этот момент Гаррик сказал.

— Рядом со мной стояли герцог из Клифа и какой-то эльф. — Он сделал глоток вина и продолжил. — При штурме у них погибло порядка девяноста человек, из них двое эльфов.

— У эльфов двое на весь бой? — удивился Сэм.

— Двое, — подтвердил Гаррик. — Хотя они шли по открытому полю с восточного гребня.

Сэм покачал головой.

— Немного, — сказал он.

— Ничего удивительного… у них серьёзная защита, — сказал я. — И они вкладывают в неё не меньше, чем мы в своих воинов.

Военный совет я проигнорировал.

Не потому, что устал… просто смотреть на эти лживые лица я не хотел. Есть глава рода, вот пусть он и отдувается.

Я вернулся в свой шатёр, поставил сигнальные чары и чары тишины. Снаружи у входа дежурила четвёрка гвардейцев, так сказать, на случай если кто-то решит, что ночь это удобное время для «сюрпризов».

Я достал из инвентаря артефакт связи, напитал его маной.

— Нанали. Слышишь меня?

— Да, привет, — сразу же ответила она. — Как ты?

— Как слышишь, живой. Днём взяли Санс.

— О-о, молодцы. Потери? — настороженно спросила она.

— Среди наших — никого. По всей армии девяносто три человека.

— Это немного для такого штурма, — сказала она.

— По идее немного, но всё равно это жизни людей, которых теперь больше нет. К слову, у нас сегодня был разговор об этом, — сказал я Нанали. — Про ценность жизни. Как смотрят на неё эльфы, драконы, дроу. И как смотрим мы.

— И к какому выводу пришли?

— К неприятному.

Она не торопила меня, и я немного собрался с мыслями.

— Мне кажется, дело не в продолжительности жизни.

— А в чём тогда? — спросила Нанали. — Людская раса живёт меньше всех, и природа наделила вас высокой плодовитостью.

— Я тебе не об этом пытаюсь сказать, — произнёс я и, сделав паузу, продолжил. — Хотя ты правильно упомянула про плодовитость. Будь нас столь же мало, как эльфов или драконов, мы бы считались с жизнью каждого. Проблема в том, что нас много. И каждая отдельная жизнь в общей сумме весит меньше.

— Звучит цинично, — сказала Нанали. — Но, кажется, ты забываешь про равенство.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил я.

— У людей… слишком много проблем из-за сословного неравенства. Тем, кому повезло родиться в сильном роду, достаются все блага. Богатые имеют больше власти и возможностей. Поэтому вы… — она сделала паузу. — Эм… я говорю сейчас не конкретно о тебе, а в целом. Относитесь к своим подданным, как к ресурсу.

— В этом что-то есть, – подумав сказал я. — Вот только неравенство, увы, невозможно полностью искоренить. Потому что люди изначально неравны. Кто-то рождается умнее, красивее и сильнее…

— Я поняла о чём ты, — перебила меня Нанали, — но давай закроем этот разговор. Разве у нас нет других тем?

Мы немного помолчали.

— Ладно, ты права, хватит про это. Расскажи, как у тебя дела?

Нанали рассказывала без лишних подробностей, но с теми деталями, по которым понятно, что всё действительно в порядке. Она переехала в дом её родителей. Начали готовить защитные чары, обновляют накопители, наносят руны на периметр.

— Спасибо за мифриловые накопители, — вдруг сказала она, — они нам очень пригодились.

— Да о чём речь, — тут же ответил я. — Ты всё-таки носишь под сердцем моего сына.

Нанали несколько секунд помолчала.

— Именно. К слову, позавчера мы провели ритуал. Стазис снят.

— Значит, через полтора месяца ты примешь форму дракона? – спросил я.

— Да, примерно так.

— Тогда мне надо торопиться, чтобы побольше времени провести с тобой и как следует пошалить!

— Андер, – следующие слова она сказала негромко усмехнувшись, — я же тебе объясняла. Последние месяцы до откладывания яйца и несколько месяцев после, это не то время, когда у нас получится быть вместе. Так что не стройте планы на сладенькое, молодой человек! Сначала яйцо, потом несколько месяцев пока оно окрепнет. Это где-то около трёх с половиной-четырёх месяцев. Вот тогда и поговорим.

— Боги, как долго, — сказал я прежде, чем успел подумать.

— Ничего, уверена ты справишься. А если совсем будет невмоготу… Ты же знаешь, я не ревнивая. Так что возражать не стану.

— Всё, закрываем эту тему, — немедленно сказал я.

Нанали засмеялась.

— Какой же ты ещё юный.

— Я, мудрый, — поправил я. — Я это называю мудростью!

— Ну да, ну да.

После смеха разговор сам собой немного осел.

— Меня зовёт отец, — сказала Нанали. — Есть ещё что-нибудь?

Я подумал секунду.

— Конечно, есть, — сказал я. — Я тебя люблю, Нанали Арес.

Нанали замолчала на несколько секунд.

— И я тебя, — сказала она чуть тише. — Пока, Андер.

— Пока, Нанали.

И артефакт отключился.

POV

Фриранская Империя,

Принц Горх.

Флагман дрейфовал в паре световых часов от карликовой голубой звезды. В большом совещательно зале за длинным столом собралось всё руководство обезьяньей космической эскадры.

Докладывал контр-адмирал Фэйр.

— Мятеж полностью подавлен, Ваше высочество. Ночью завершена фильтрация. Завтра в девятнадцать ноль-ноль по флотскому времени состоится публичное исполнение приговора. Сто тридцать семь тысяч двести восемнадцать осуждённых будут казнены.

Горх кивнул.

— Это хорошие новости. Я передам Его величеству о ваших действиях.

Фэйр чуть наклонил голову, но в этот момент принц продолжил.

— Однако, потери при высадке, — сказал Горх и посмотрел правее, на контр-адмирала Кеша, который отвечал за наземную операцию, — были чрезмерно высокими.

Кеш не стал тянуть.

— Сто семнадцать тысяч убитыми. Восемьсот сорок одна тысяча ранеными различной степени тяжести. Из последних семьдесят два процента уже возвращены в строй или вернутся в течение трёх-четырёх стандартных недель.

В переговорной стало чуть тише. Принц Горх смотрел на цифры на галоэкране, которые Кеш дублировал через проектор над центральным столом, и думал о том, что его отец скажет ровно одно слово: «Чрезмерно». Он не станет кричать, не станет показывать эмоций. Просто произнесёт это слово и всё.

— Большие потери, — сказал Горх.

— Слишком большие, Ваше высочество, — не стал отпираться Кеш, хотя Горх ожидал услышать абсолютно другие слова.

— Что произошло? — спросил принц у Кеша.

— Мой принц, система противовоздушной обороны Гриции оказалась существенно сильнее, чем следовало из разведывательных данных. При первых двух волнах высадки мы потеряли больше восьмидесяти семи процентов десантных модулей ещё на подходе к атмосфере. Планета открыла огонь с позиций, которых, по имеющимся данным, не существовало.

Горх уже развернулся к левой части стола, туда, где сидел Сильвер.

Сильвер был немолод. Но разведку не поручают горячим головам, у которых шерсть ещё не поседела. Он выдержал взгляд принца без лишних движений.

— Что вы можете сказать в своё оправдание?

— У меня нет оправданий, Ваше высочество. Ответственность за качество разведывательных данных лежит на мне.

— Но? — сказал Горх.

Сильвер принял подсказку.

— Гриция применила комбинированную систему маскировки. Иллюзорные чары в сочетании с энергетическим экранированием. Наши датчики знали оба метода по отдельности и по отдельности их фиксировали. Одновременное применение создало интерференцию, которую мы не распознали. Это разработанное решение, Ваше высочество… не может быть случайностью.