Бесконечный лес: Под хвостом у кролика (СИ), стр. 75
ПШ-Ш-Ш-Ш-У-У-УХ!
Плотная стена горячего, душистого пара тяжёлой волной быстро заполнила всю парную. Воздух мгновенно наполнился густым ароматом дерева и смолы с лёгким дымком. Ноздри и горло обожгло. Все разговоры разом стихли, сменившись сдавленными вздохами и кряхтением.
Температура подскочила до небес. Дышать стало трудно, каждый глоток был обжигающим и сладким. Катуси и Ако вжали головы в плечи, прикрыв носы ладонями. Зёрнышко просто обмякла, блаженно облокотившись на спинку скамьи, откуда донёсся довольный, полный блаженства тихий вздох змеи.
Я, кстати, до сих пор не уверен, кто она такая. Может, змея, может, ящерица, может, дракон, а спросить как бы… Не то чтобы неловко, скорее, после увиденного на площади мне с ней разговаривать не очень хочется. Тем не менее, кажется, что для этой мадам температура, что сейчас стояла в парной, была наиболее приятна.
Что касается меня, то я просто балдел. Чувствовал, как каждая мышца расслабляется, распутывая все зажимы и узелки, которые успели появиться в дороге. Напряжение таяло вместе с каплями пота. Это был рай. Горячий и душистый.
Пока мы откисали, Батист занялся делом — раскупорил бочку и начал разливать напитки по большим полированным деревянным кружкам. Если честно, то под давлением температуры и этой расслабляющей атмосферы вид на взмокшие от конденсата бока пивной тары был даже более соблазнительным, чем… чем даже ножки Ако! А эта густая пенная шапка, медленно оседающая на темное пиво… М-м-м… К слову, не я один тут облизывался. Все присутствующие, включая кролика, безотрывно следили за каждым движением Батиста, шумно сглатывая слюну.
— Ох, что-то жарковато… Спущусь-ка я пониже, — проговорила страдальческим голосом Покс и, кряхтя, перебралась на нижний, более прохладный ярус, оставив рядом со мной маленький пятачок свободного места.
Теперь можно окончательно расслабиться.
Однако едва Покс устроилась на своём новом месте, как пространство рядом со мной заняла змея. Она опустилась на место Катуси словно тень, то есть беззвучно и плавно. А затем, закинув ногу на ногу, принялась коготком вырисовывать крендельки вокруг светло-зелёных чешуек, что покрывали внешнюю сторону её бедра.
— Позвольте. — прозвучал её тихий голос, в котором угадывались нотки хрипотцы.
Шапочка на голове кролика тут же зашевелилась, а глаза превратились в две угрожающих щёлки.
— Прошу прощ-щения за наглость, — продолжила змея. — Но меня очень заинтерес-совали узоры на вашей спине. — На её губах заиграла загадочная, слегка ядовитая улыбка.
Какие ещё узоры? Чё те надо? Отстань.
— Узоры? — Я вскинул бровь, не понимая, о чём она вообще.
— Шрамы. — Пояснила змея и придвинулась чуть ближе. — Я такие видела у воинов и у некоторых… рабов. Гладиаторов. И мне до боли захотелось узнать, кем являетесь вы.
— А тебе какое дело? — зашипела на неё Ако и подалась в сторону змеи, причём оперевшись руками на мою правую ногу.
— О, мне просто любопытно. — заулыбалась незнакомка, полностью проигнорировав агрессию кролика. — Меня зовут Сартемара, а вас?
Змея как бы невзначай положила мне ладошку на колено.
— Э-э-э… — начал я излагать умную мысль, в которой должно было культурно и завуалировано уместиться «всего хорошего» и «иди нахер».
— Нам плевать, как тебя зовут. — Взгляд кролика упал поверх руки Сартемары и тут же вернулся на её лицо.
— Гриз не раб. Гриз мощный вояка! — прилетел с нижней скамейки голос Катуси. — Это он с нагами подрался. С нагами и русалками. Я там была и всё видела. Штук писят уложил. Чешуя с кишками во все стороны летели.
— О-о… — восхищённо протянула змея, и её рука двинулась чуть выше. — Потряс-с-сающе! Так вы воин, господин Гриз!
Я чёрт его знает вообще, может у них тут порядки такие, но как-то это всё странно.
— Ещё какой! — поддержала Зёрнышко. — Я тоже там была и всё видела.
— А потом мы все вместе зашивали ему раны, чтоб он не сдох после этих подвигов! — фыркнула Ако и попыталась скинуть руку змеи с моей коленки.
Сартемара усмехнулась.
— Теперь понятно, почему швы такие небрежные. Господин Гриз, позвольте сделать вам интересное и выгодное предложение… — проговорила змее-девушка тихим елейным голосом. — Нам холоднокровным чрезвычайно важно, чтобы наш сон сопровождал кто-то… У кого есть такой горячий темперамент.
— Ничего страшного! Поспишь с грелкой! — фыркнула Ако.
Ситуация стала накаляться. Змея тихо, но угрожающе зашипела. Зрачки сузились, превратившись в две опасных иголки, а между её губами скользнул тонкий раздвоенный язык.
— Кажется, кому-то стоит напомнить его место в пищевой цепочке.
Рука Ако скользнула к бедру, где обычно болтался её меч, но на этот раз, по понятным причинам, там ничего не оказалось. Однако это в свою очередь дало мне понять, что ситуация близится к драке. Ещё не хватало, чтобы эти две ушибленные тут за волосы друг друга таскать начали.
— Так, дамы, — я аккуратно стал их отодвигать друг от друга, используя руки. Это важное уточнение, потому что ещё чуть-чуть и между ними поднялся бы шлагбаум. Прям из-под полотенца бы поднялся. Ему, в отличие от меня, вообще похер на правила приличия. — Давайте не будем устраивать скандал на ровном месте. Предлагаю расслабиться и насладиться атмосферой.
В этот момент с другого конца парной прозвучал спокойный голос Батиста.
— Хорошая мысль, Гриз. Петунья, Покс, разлейте гостям пива.
— Точно! Пиво! — спохватилась кошка и тут же сорвалась с места за кружками.
Впрочем, Ако и Сартемара как будто и не услышали, о чём идёт речь, продолжали сверлить друг друга глазами.
— Говорят, что кролики очень вкусные. Если правильно приготовить. — прошипела змея.
— Я в последнее время начала увлекаться шашлыками. Интересно будет попробовать из рептилии. — не уступала Ако.
— Ты? Ешь мясо? — усмехнулась Сартемара. — Кем ты себя возомнила, травоядная?
— Той, кто воткнёт тебе в задницу большой шампур, а потом будет вертеть над огнём, втирая в твои тощие ляжки смесь из розмарина, чеснока и перца.
— Ты пожалеешь.
— Только о том, что у меня не окажется под рукой соевого соуса и сливочного масла.
Змея зашипела, оскалилась, демонстрируя ряды острых зубов, среди которых выделялось два острых клыка. Тем временем Ако сдёрнула банную шапочку с головы и подалась вперёд, впившись пальцами мне в ляжку, а затем тихонько зарычала. Уши кролика сложились назад, а взгляд стал диким.
— Ако!
— Гриз, помолчи, — сквозь зубы процедила кролик, не отрывая взгляда от противницы.
— Ну чего вы тут устроили, а? — вклинилась Покс, бесцеремонно втиснув между их лицами две огромные пенистые кружки. — Раскудахтались на всю парилку! Вот, держите, остудите пыл.
Удивительно, но шипение разом прекратилось. Обе девушки, будто завороженные, уставились на густые кремовые шапки пива, медленно оседающие в кружках. Они ещё раз мельком кинули друг на друга взгляды, полные немых обещаний, а затем почти синхронно и молча взяли свои порции. Ещё одну кружку Покс оставила себе, а вторую деловито вручила мне.
— Хватит балаган устраивать, уважаемые. Пейте пиво, наслаждайтесь атмосферой, — назидательно сказала кошка, а затем, понизив голос, добавила, обращаясь к змее: — А не то вас, дорогая госпожа Сартемара, Батист растянет на верхней полке и так веником отходит, что ещё неделю как по старинке ползать будете, вспоминать, зачем ноги существуют.
Змея тут же повернулась в сторону петуха и встретилась с целой батареей неодобрительных куриных взглядов. Сам Батист, стоя у печи, молча и с невозмутимым видом приложился к своей кружке.
— А чего сразу я? — возмущённо всплеснула свободной рукой рептилия. — Между прочим, это она первая начала! Её наказать не хотите?! Что за предвзятое отношение?! Это потому что я хладнокровная?! Вы расисты!
Ако натянула самодовольную ухмылку, которую тут же поспешила спрятать в кружке с пивом, когда Катуси, забравшись на ступеньку повыше, продолжила с хитрой улыбкой: