Бесконечный лес: Под хвостом у кролика (СИ), стр. 44

— Я ничего не упустил? — решил уточнить, глядя на перекошенную и парализованную Джейн, которая после попытки подняться сложилась пополам и сейчас лежала лицом в траву, как сломанная кукла.

— Фсо тхак. — послышался сдавленный голос.

Очевидно, что язык её тоже не очень слушался.

— Фсо тхак. — передразнила её Катуси и продолжила заливаться смехом, катаясь по земле и дёргая ногами. Кошка злорадствовала прям изо всех своих кошачьих сил.

В общем, доброе утро. Это должна была быть обычная ночь: спокойная, тихая, но… Хотя кому она должна? В такой-то компании неудивительно, что всё пошло кувырком. Тем не менее я проснулся, что уже само по себе хорошо, а дальше начались странности.

Начались они с того, что под шкурой внезапно стало тесно. Виной тому стала даже не Катуси, которая забралась ко мне на грудь, а, как оказалось, Ако. Это я понял, когда приподнял шкуру и увидел два розовых уха.

— Ты чё здесь делаешь?

Кролик на мой вопрос сперва вздрогнула, затем медленно повернула голову и уставилась на меня таким взглядом, в котором читался абсолютно тот же вопрос, но уже в мою сторону.

— Я тут сплю. Спала. Теперь просто лежу.

Я, мягко говоря, был в некоторой растерянности после обнаружения спящей в обнимку со своим мечом ушастой у себя под боком. Но обо всём по порядку, и начать стоит с глубокой ночи.

— Ладно. — ответил я после короткой паузы и опустил шкуру обратно.

Думали, всё? А хер там в речке щуку на залупу ловил — это только начало.

Едва все уснули, как налетел туман. Именно он стал спусковым крючком для всего последующего бардака. И стоило его пелене окутать лагерь, как внутри хомячихи какого-то хрена открылся портал прямиком в ад, откуда тут же ринулось целое войско демонов, которые, обнаружив, что выхода из пухлого чрева, кроме как через жопу нет и в будущем не предвидится, принялись выть, стонать и рычать в бессильной ярости.

В общем, Зёрнышко храпела так, что с ближайших деревьев осыпались листья, а это, в свою очередь, категорически не понравилось обладательнице больших ушей и острого слуха — Ако. Крольчиха, всё ещё не оправившись от знакомства с Тихолесьем, была напугана туманом и храпом хомяка до усрачки и в панике не придумала ничего лучше, кроме как нырнуть ко мне под бок, прихватив с собой ножны для пущей безопасности. Следом, почуяв, что ушастая прокладка между ней и мышью куда-то испарился, ко мне под шкуру подобралась Катуси, где она удобно свернулась калачиком и быстро уснула.

Кошке почему-то в принципе понравилось спать рядом со мной. Мурчалка вообще не выключается в таком случае.

Но это была только завязка, финал ещё впереди.

В полудрёме Джейн, движимая непреодолимым желанием поиздеваться и потискать кошачье тельце, пока, хех, никто не видит, протянула руку и... в силу того, что Катуси к этому моменту предусмотрительно свалила, наткнулась на Лаланэт… Естественно! На кого же ещё она могла наткнуться, да? Медузка так обрадовалась чужому вниманию, что не только не стала от него отказываться, но и наоборот подползла к Джейн поближе, готовая принимать ласки мышки во всех их проявлениях и позволяя себя не только осыпать поцелуями, но и лапать где только можно и нельзя. В результате чего мышка-извращенец получила частичный паралич, а я — очередную головную боль.

Итак, наступило утро...

— Простите, пожалуйста, я не нарочно. — тихонько извинилась Зёрнышко, помешивая кашу в котелке. — Вообще не понимаю, что на меня нашло. Я раньше никогда не храпела.

— Или тебе об этом никто не говорил… — ответил я, задумчиво глядя на сложенную пополам Джейн. — Слушайте, а что вы её не перевернёте? Положите на бок хотя бы.

— А зачем? — продолжала ухахатываться Катуси. — Пускай так лежит. Траву смотрит.

— Нет, это не дело. — поддержала меня Ако и принялась укладывать Джейн в более удобную позу. Сперва разогнула, выпрямила, потом уложила на бок, чтобы язык не завалился и она не задохнулась. Какой был риск, никто не знал, потому решили перестраховаться.

— А ты вот прям совсем ничего не чувствуешь? — с хитрожопой миной поинтересовалась Катуси, устроившись напротив Джейн.

— Нфт.

— Как интере-е-есно. — промурлыкала кошка. — А если я сделаю так? — она ущипнула мышь за ляшку.

— Нифига.

— Хм…

Покс задумалась, но всего на секунду, потому что вскоре ей пришла просто замечательная мысль покусать Джейн за хвост, чтобы проверить, насколько она потеряла чувствительность.

Мы даже сказать ничего не успели, как эта пакость полностью реализовала свой план. Она не только прошлась зубами по всему хвосту Джейн, но зачем-то ещё и его кончик обсосала. После чего с довольной мордой выпрямилась и, уперев руки в бока, что-то мявкнула.

Что-то неразборчивое. Что именно, мы не услышали, потому как через секунду Катуси рухнула на колени, а затем и вовсе шлёпнулась плашмя в траву прямо рядом с Джейн.

— Твою мать… — невольно вырвалось у меня.

— Оу… — встрепенулась Лаланэт, глядя на хвост мыши. — Я, кажется, начинаю понимать, почему мне приснилась похотливая змея, которая… впрочем, это не важно. Но, кажется, хвост тоже трогать не стоило. Мне очень жаль.

— А-а-а-а-а… А-а-а… А-а… — послышался сдавленный крик кошки. Такой… как будто коматозник кричать пытается.

— Ха… Ха… Ха-а-а… — прозвучал «смех» Джейн. Такой же коматозный.

— Мне кажется, это называется карма. — изрекла Ако, задумчиво потирая подбородок. — Вели себя плохо, вот и получи.

— Я себя хорошо вёл, но… Догадываешься, кому придётся их тащить, если они в течение часа не отойдут?

Кролик ехидно ухмыльнулась и пожала плечами.

— Ты ведь не заставишь нас это делать, правда? Мне кажется, — Ако подняла пальчик и, прикрыв глаза, с максимально деловым видом проговорила: — Носить девушек на руках всё же мужская обязанность.

Я уже собирался сказать, что, по-моему, кто-то в край охренел, что можно, например, сделать носилки из брезента и палок, но Джейн внезапно снова заговорила.

— Плгастите… Н-н совгсем уверена… Н-н кажец… Я хочу писить. И мгне нжна пмщ…

В этот момент Зёрнышко сделала вид, что её не существует, а мы с Ако уставились друг на друга. И оба медленно, но верно начали понимать, что всё это значит. И чем больше мы понимали, тем сильнее мои губы искривлялись в злорадной ухмылке и тем грустнее становилось лицо кролика.

— Ладно. Хорошо. Я сделаю это, но ты понесёшь её на себе. Зёрнышко!

— А-э… Я кашу варю.

— Ничего страшного. Кашей займётся Гриз, а ты иди помоги мне.

Хомяк поджала губы, ещё раз провела поварёшкой по кругу, а затем, тяжело вздохнув, пошла к Ако на выручку. Что там было дальше, я по понятным причинам не видел.

Выдвинулись мы в сторону Фишки примерно через час, когда все поели. Почему так долго? Потому что сперва поели девушки, а потом пришлось отдельно готовить для себя в том же котелке. Поели, к слову, не все. Голодными остались Джейн и Катуси в силу того, что у них из-за паралича банально язык изо рта вываливался, что уж говорить про еду.

По итогу, сложив наши немногочисленные пожитки, я закинул мышь на одно плечо, кошку на другое, и мы двинулись в путь. Нет, мне не было тяжело, поскольку Джейн весила как пушинка, а Катуси в два раза меньше. Если бы они не соскальзывали и лежали молча, то я, возможно, вообще бы перестал их замечать, но нет. Даже с онемевшим языком эти падлы умудрялись собачиться.

— Как… я… тебя-я-я… да-а? — протянула Покс, болтаясь вниз головой.

— Ты-ы… меня-я?

— Да-а… Я тебя-я-я…

— По-со… си… мой хв-хвост ещ… ещё раз… ха… ха… ха-а…

— С-су-у… ч… ка-а-а…

Во всей этой ситуации меня успокаивали два факта. Первый — жопка на левом плече, второй, соответственно, жопка на правом плече. При желании я бы даже мог ими по щекам себе пошлёпать.

— Гриз. — неожиданно прозвучал голос Ако.

Признаться, я так увлёкся мыслью о жопках, что совсем не заметил, как кролик подошла ко мне вплотную. Нехорошо это. Нельзя себя вести вот так беспечно.