Дым и шрам (ЛП), стр. 28
Зала, куда их выбросило, была огромной и просторной. Стены из массивных каменных блоков, покрытых замысловатой резьбой, усеянные маленькими высоко расположенными окнами, подпирали высокий купольный потолок, По комнате были расставлены широкие каменные скамьи и мягкие напольные подушки. Столы ломились от кувшинов с водой, чаш с фруктами и тарелок с сырами и вяленым мясом.
Место для восстановления. Награда за то, что они пережили кошмары первого испытания.
Арка, из которой она вышла, вросла в одну из стен, а противоположную сторону занимали многочисленные двери. Элирия наблюдала, как парочка любопытных чемпионов безуспешно пытается открыть каждую из двенадцати створок.
Воздух пропитался древней магией. Сгорая от желания проверить, действуют ли еще правила арены, Элирия привычным пассом позвала магию, чтобы скрыть крылья, и облегченно вздохнула, когда те без труда растаяли в воздухе.
Тяжелая тишина накрыла залу, когда остальные чемпионы последовали ее примеру — падали на подушки или оседали на скамьи, чтобы подлечиться, перевести дух, набраться сил. Элирия заставляла себя не смотреть в угол, где расположились Седрик и сильвана Зефир. Его наручи и поножи4 лежали кучей на скамье рядом, пока девушка колдовала над головой рыцаря.
Кит сидела неподалеку, оглядывая помещение с той же чуткой настороженностью, что и Элирия. Элирия ощутила укол гордости, а затем — приступ вины при мысли об их прежней стычке… точнее, стычках, и о тех жестких словах, которыми они обменялись в замке Люмин.
Но сейчас не время для сожалений. Не здесь. Какую бы херню ни устроил Арбитр, небожители или кто там создал эту звездой проклятую игру.
Следующее испытание. Следующая опасность. Только на этом Элирия должна сосредоточиться — сделать так, чтобы, когда пыль усядется, Кит все еще была жива.
Даже если сама Элирия к тому моменту умрет.
— Жива? — голос Элирии прозвучал грубее, чем она планировала, когда она подошла к Кит.
— Пока да, — ответила Кит.
— Отлично. Давай постараемся сохранить такое положение дел, идет?
Воздух в комнате неожиданно натянулся.
— И… никто правда ничего не скажет? — спросила Гаэль, широко всплеснув руками, словно привлекая внимание чемпионов. — Ладно, я скажу. Что это за херня вообще была?!
— Что именно ты имеешь в виду? — Ноктеррианец Тенебрис Нокс наполовину утопал в тенях, прислонившись к левой стене. — Натиск клыков и когтей? Или марш-бросок через горы и долины ради еще одних ворот?
— По мне, так о проклятом звездами драконе в конце, — угрюмо вставил Трайгг.
— И абсолютное, черт возьми, отсутствие хоть какой-то информации! — проворчал крысоподобный человек с песчаными волосами — Олден. Из краткой сводки, которую Кит дала ей на арене, Элирия узнала, что он «Святой» — титул за талант к исцелению, от которого хотелось рассмеяться, не напади на них в тот самый момент гигантская тварь, похожая на таракана. Она давно считала человеческие названия для магов бессмысленными. Своих телепатов они зовут «мудрецами», а оракулов — «провидцами», кажется, только ради того, чтобы максимально откреститься от арканийских терминов, пусть те и означают абсолютно одно и то же.
— Вот именно! Нас бросают в львиную пасть и ждут, что мы сами разберемся, что делать и куда идти?! — голос Леоны Блэквуд балансировал между ядом и писком, отчего Элирию передернуло.
Но вместе с тем она была вынуждена с ней согласиться, что бесило еще сильнее. Потому что Леону она откровенно не переваривала.
— Мы все знали, на какой риск идем, — произнес Седрик, хотя в его голосе проскользнула легкая дрожь.
— У нас не было магии! — взвизгнула Леона.
Пэйлин поджал губы:
— Да, это оказалось сюрпризом, не спорю.
— Ах, сюрпризом?! — выплюнула Леона. — Я заметила, что на твои крылья это не повлияло! Ты мог просто перелететь всю арену! И где тут справедливость?
— Если бы, — фыркнул Пэйлин. — Было бы славно. Жаль только, твари сделали перелет мягко говоря проблематичным.
При упоминании монстров Кит напряглась. Элирия знала, о чем та думает, и мысленно порадовалась, что они не столкнулись с теми свирепыми летучими существами на арене. Они были той еще дрянью.
— Едва оторвешься от земли, как они падают сверху, — продолжал Пэйлин, оттягивая тунику на талии, чтобы показать внушительную дыру в ткани. — Одна едва не содрала с меня шкуру.
— Жаль, что не содрала, — с оскалом повторила Леона.
Гаэль закатила глаза:
— В любом случае наши крылья — это не магия, а часть тела! Забрать их — все равно что отрубить тебе руку, человек. Мы виноваты, что Испытание не лишило нас естественных анатомических возможностей? Мы точно так же остались без чар, как и вы.
Зефир пискнула в знак согласия:
— Ощущение было такое, будто оторвали кусок души.
Элирия не могла с этим не согласиться. Было жутко не чувствовать магию, обычно кипевшую в венах. Смертельно опасно. Но если честно, это было еще и… умиротворяюще? Теневое присутствие на дне ее живота затихло впервые с тех самых пор…
— И что нам теперь делать? — спросил Пэйлин.
— То же, что и сейчас, придурок, — проворчал один из тех человеческих подстрекателей, что буянили ранее. Рыжий. Белиен. — Ждать. Лечиться. Ждать остальных.
Пока Леона сидела рядом, ухмыляясь его ответу, Элирия заметила, что его сестры нигде не видно. И не она одна это заметила.
— Кстати об остальных: где твоя вторая половинка, рыжий принц? — съязвила Гаэль, слегка прихрамывая на пути к скамье.
— Нас разделило на арене, — мрачно отрезал он.
— Не выбралась? Мои глубочайшие соболезнования, — произнесла Гаэль без малейшей тени сочувствия.
Убийственный взгляд Белиена заставил Элирию напрячься: она ждала, что человек снова кинется на Гаэль. Арбитр объявил, что запрет на насилие снят, но они все были ранены и истощены. Элирия надеялась, что они получат хоть короткую передышку, прежде чем резня возобновится.
К ее великому удивлению, люди, похоже, думали так же. Со вздохом Белиен откинулся назад и провел ладонью по лицу.
— Белис вот-вот придет, — произнесла Леона, поддерживающе положив руку ему на колено.
— Будем молиться, чтобы так и было, — раздался раздражающе-искренний голос прямо за спиной Элирии, так близко, что она вздрогнула. Запах паленого сандала накрыл ее, когда Седрик Торн прошел мимо, а Зефир неотступно следовала за ним, и сел к остальным людям: Белиен и Леона с одной стороны, Олден с другой. Он пожал руку Святому, а затем включился в разговор с двумя другими, активно жестикулируя.
Элирия подавила раздраженный вздох. Вот и весь их шаткий союз, сформировавшийся в последние секунды на арене! Если Седрик желает водить компанию с человеческим мусором, раздающим оскорбления арканийцам направо и налево, флаг ему в руки.
Когда Элирия вернулась на свою сторону комнаты и села рядом с Кит, укол жалости к Зефир прошел сквозь нее. Сильвана неловко стояла за спиной Седрика, переминаясь с ноги на ногу, пока Леона, Белиен и Олден то обменивались понимающими взглядами, то бросали на девушку откровенно презрительные мины.
Элирия не знала, замечает ли рыцарь, как его дружки глумятся над сильваной, или ему просто плевать. И не знала, что из этого хуже. А еще не понимала, зачем Зефир вообще терпит это. Каковы бы ни были ее причины держаться Седрика, она вряд ли предполагала, что Леона и Белиен идут с ним в комплекте.
Раздражение Элирии нарастало, перерастая в ярость, которая, если рассуждать логически, к этой ситуации не относилась. В конце концов, ничего страшного еще не произошло. Но слово «еще» здесь было ключевым. За долгие века Элирия наслышалась историй о том, что люди вытворяют с беззащитными арканийцами, попавшимися на их землях. Неужели рыцарь не понимает, какой опасности подвергает Зефир, таская за собой?
Недалекий дурак.
— Ты как, Элль? — голос Кит выбил Элирию из праведного гнева, а привычное уменьшительное имя утихомирило бурлившую в нутре тень.