Статус: До сих пор Клинок Системы (СИ), стр. 14

Стоило всего на месяц отлучиться — и вот, результат налицо! Перед этим я, правда, ещё много куда отлучалась… Но не портить же меню из-за этого!

Повар, здоровый мужик с ожогом на лице, увидел меня и замер с половником в руке. Ночная смена, судя по его лицу, не предполагала визитов посторонних девиц с лисьими ушами.

— Простите, госпожа, кухня закрыта для посетителей…

— Открыта, — поправила я, проходя мимо него к кладовой. — Я не посетитель. Где этот дуболом, ваш управляющий?

— Спит… — Повар переглянулся с помощником, вытиравшим тарелки. — А вы, собственно…

— Собственно, я и есть собственница этого безобразия.

Я открыла дверь кладовой и заглянула внутрь. Мука есть, крупы тоже, специи… Я потёрла щепотку между пальцами и поморщилась, принюхавшись.

— Кто закупал приправы в последний раз?

— Вообще-то, Рохан. Он с поставщиками работает, но…

— Рохан закупил какую-то ерунду. У него что, нос переломан был и он нюх потерял? Смердит же помоями! С какого пола подмели эти приправы вместе с пылью? Всё выкинуть сейчас же! Бестолочи!

Мне пришлось доставать собственные запасы, с таким трудом отобранные у жадного друида…

— Эльфийские травы! Не знаю, где что, но они превратят вашу унылую кухню в мировую элиту. Если только руки у вас из нужного места растут.

Повар открыл рот и закрыл. Помощник перестал тереть тарелку и уставился на меня во все глаза.

За моей спиной раздалось деликатное покашливание. Один из старших поваров, худощавый мужчина, подошёл к молодым и негромко проговорил:

— Ребята, это хозяйка. Автор половины нашего меню. Я бы на вашем месте прекратил удивляться и начал слушать. Госпожа, рассчитываем на ваш острый глаз и великолепный нюх. Что нам ещё исправить?

Молодые вытянулись, и атмосфера из «кто эта сумасшедшая?» мгновенно сменилась на «чем могу помочь?».

— Грамоте обучены? Если да, доставайте тетрадь и записывайте… — ткнула я пальцем в помощника. — Мы начинаем полную ревизию!

Следующий час я провела, вскрывая мешки, пробуя содержимое бочонков, нюхая сушёные травы и заставляя персонал вытаскивать всё подряд из кладовой. Три вида муки перепутаны и ссыпаны в одну ёмкость, мясная заготовка провялена с нарушением температуры, и, что хуже всего, мой фирменный соус для жаркого готовили вообще без базилика и мяты!

— Мы думали, базилик необязателен, — промямлил второй повар — тот, что с половником.

— Необязателен?

Я развернулась к нему всем корпусом, и хвост мазнул по ближайшей полке, сбивая глиняную солонку. Едва успела поймать… Не разводить же бардак. Хотя всё, что я тут вижу, именно его и напоминает!

— Вы «думали»? Повар, который «думает» над рецептом, да ещё и так плохо, что выкидывает ингредиенты, вместо того чтобы ему тупо следовать, превращает еду в корм для свиней.

Закончив с кладовой, я перешла к основному залу. Проверила посуду и столы, осмотрела зал для гостей. Чисто и ухожено, никаких нареканий. Хотя бы в зале порядок поддерживают, и на том спасибо.

Вернулась на кухню и составила список того, что нужно докупить, уточнила инструкции по хранению и пригрозила, что проверю по возвращении лично. Помощник записывал за мной, кивая на каждое слово, и я невольно смягчилась: парень старательный, просто его никто не учил. А учить некому, потому что мы вечно куда-то мчимся… Мне даже поесть нормально некогда, не то что следить за рестораном.

Я присела на край разделочного стола и потянулась к своему балбесу, к Алексу.

Привычное движение, мгновение контакта — и мысль скользнула по связи между нами, но наткнулась на пустоту. Я потянулась сильнее, вложив больше силы, и снова ничего. Связь ослабла и не откликалась.

Он слишком далеко, чтобы я могла добраться до его мыслей…

Я нахмурилась и спрыгнула со стола. Ощущение пренеприятнейшее, прямо скажем. Я привыкла знать, где он, что делает, о чём переживает. Привыкла ловить обрывки его эмоций и дразнить его за глупые решения. А сейчас между нами пусто, и я понятия не имею, куда подевался мой оболтус.

Подавив приступ паники, быстро сообразила и проверила «Длань владыки», к которой у нас обоих был доступ. Артефакты и ресурсы, оружие и ключи — всё на месте, ничего лишнего не пропало, ничего не добавилось, кроме…

Среди всего добра заметила белый листок, небрежно свёрнутый вдвое. Я развернула его.

«Я схожу развеюсь, посмотрю, как кости добывают. Встретимся по ту сторону портала, отправляйся вместе со всеми».

— Ах ты засранец! — разозлилась я, и человек на другом конце кухни от ужаса уронил только что выдраенные до блеска кастрюли. Я его успокоила: — Я не тебе. Но всё, что упало, перемыть.

Этот человек собрался «развеяться»⁈ Посреди ночи, накануне отъезда, без единого слова мне, этот… этот бессовестный Лисоглядов куда-то свалил, оставив записку⁈

Хвост распушился, уши прижались к голове, и я поймала себя на том, что сминаю листок в кулаке. Остановилась, разгладила записку, перечитала ещё раз и убрала обратно в «Длань».

Ладно, допустим, у него есть на это причина. У Алекса Ковалёва всегда есть какая-нибудь причина для глупости. Хотя нет. Чтобы тупить, ему вообще причины не нужны. Это у него естественным путём прекрасно получается делать. Природный дар!

Я сделала глубокий вдох, вернулась к реальности и заметила, что весь персонал кухни стоит в ряд и молча смотрит на меня. Видимо, выражение моего лица в последние пару минут было настолько выразительным, что народ предпочёл не шевелиться…

— Всё в порядке, — выдавила я улыбку и хлопнула в ладони. — Список я оставила. Работайте по нему. И чтобы к моему возвращению всё было в лучшем виде. Не позорьте меня. К нам будут приходить высшие лица Домена, и что мне им показывать? Ваш бардак и протухший перец с гнилой картошкой?

Вопросов не было, и это правильно. Не в том я сейчас настроении, чтобы на них ответить и никого не придушить при этом. А мне нельзя.

Я вышла из ресторана в ночное Крево, и прохладный воздух приятно погладил лицо. Улицы в этот час почти пусты, редкие фонари на перекрёстках бросали пятна тусклого света на мостовую.

Городская стража прошла мимо, не обратив на меня внимания. Красивая девушка с лисьими ушами гуляет ночью по столице, а им нормально? Ну, да… В Крево за последний год привыкли ко всякому. Оборотни тут уже никого не удивляют, а моя внешность на их фоне выглядит вполне безобидно.

И всё же я предпочла скрыться, чтобы не тратить время воплощения. Хотя, признаться, ветер был мне в радость. Чувствовать его кожей довольно приятно.

Ноги сами понесли в сторону храмового квартала. Этот район мне всегда нравился: здесь улицы шире, дома выше и богаче. И мест, где можно хапануть дармовой энергии, предостаточно.

На углу продавец закрывал лоток с выпечкой, и я рефлекторно стянула пару булочек, оставив взамен талант. Ну и что, что переплатила раз в пять? За вкусную еду мне не жалко! А одного аромата булок мне хватало, чтобы понять: сделано с любовью.

Откусила и убедилась, что права. Очень вкусно! Пусть и пролежали целый день на прилавке.

Храмовый комплекс Элеи показался за поворотом, и я невольно замедлила шаг. Выросло хозяйство, расширилось. Два соседних здания, выкупленных не так давно, уже перестраивают под нужды общины. Правда, леса ещё не убрали. Но основной храм выглядит хорошо даже ночью.

Каменные стены были расписаны сценами из жизни зверолюдов. Краски свежие и яркие… Явно работа местных мастеров, которых Мэд нанял по совету Графа.

Внутри горели лампы и свет ложился на росписи тёплыми бликами, отчего нарисованные зверолюды выглядели почти живыми.

Я зашла внутрь, прошла мимо пары скамей и опустилась на подушки у дальней стены, где было тише и уютнее всего. Откусила булочку и приготовилась наслаждаться тишиной.

— Ты опять жуёшь в моём храме, — раздался из ниоткуда голос, мягкий и чуть укоризненный.

Я ухмыльнулась не оборачиваясь.

— Я и тебе взяла. Будешь? — протянула я подруге пирожок с яйцом и мясом.