Алхимик (СИ), стр. 5

— Всё так, — вздохнул я напоказ.

— Очень плохо, — покачал он головой. — Глава этому не обрадуется.

— Я сделал, что мог, чтобы этого избежать.

На самом деле сильно лукавлю. Для сохранения своей власти я не сделал ровным счётом ничего. Более того, специально подначивал, подставлялся, демонстрировал слабость.

При желании я там мог всех подавить. Амаста (да и остальные) совсем не понимали, кто такие целители. Пусть я только встал на этот путь, но уж за месяц изучил их организмы вдоль и поперёк. Это нереально ценная информация, знать, как устроена чужая энергетика. Не надо оставлять никаких закладок. Смысл, если мне известны все самые слабые места? Что я и продемонстрировал в тот раз, легко лишив Амасту сил.

Потому это вопрос не возможности, а целесообразности. Чем дольше с фракцией возился, тем сильнее задумывался, зачем мне это всё. Ладно бы люди были готовы следовать за мной. Так нет же, козни строили. Что никак не работало на мои главные цели. Не работала и возня с проблемной фракцией. А так удачно получилось. Я буквально оставил себе самое вкусное, избавившись от всего самого проблемного. Жестоко по отношению к Чёрной Орхидее? Жестоко по отношению к рядовым членам клана? Да. И я был готов проявить эту жестокость.

Всё моя доброта и щедрость достанется теперь тем, кто делом доказал, что готов следовать за мной. Остальные пусть сами свой потенциал реализовывают. Если смогут.

— Да какая разница? — поморщился Саркаш. — Тёмных не просто так загнали в одну фракцию. У них хватает своих особенностей, которые могут доставить множество проблем окружающим. Думаешь, бунт — это их максимум? Далеко нет, — покачал он головой. — Проблемы начинаются, когда тёмные съезжают с катушек и перестают сдерживаться. Тёмные культы, жертвоприношения, запретные практики. Ущерб, которые они способны нанести, не стоит недооценивать.

— Я полтора месяца управлял ими, учитель, — сказал я, вкладывая в голос смирение и почтение. — Наладил их связь с духом-хранителем. Передал знания про утраченные ритуалы. Сделал их костяк заметно сильнее. Если они после этого готовы ударить в спину, то мне такая ноша не нужна.

— Ты прав. Ты им не нянька, — вздохнул Саркаш. — Не будем об этом. Разрешение нужно? Давай амулет, — протянул он руку.

Я достал амулет личного ученика из кристалла, передал. Саркаш достал свой амулет учителя, коснулся им моего, отдал обратно.

— Разрешение выдал. Ещё начислил тебе пятьсот очков. За это, — указал он на свитки по закалке. — Как понимаю, в ближайшие дни ты будешь обустраивать свою фракцию?

— Всё так.

— Когда ждать?

— Через пару дней? — спросил я неуверенно.

— Значит, жду на третий день. Иди и покажи, как целители умеют сражаться, — захихикал он довольно мерзко, если не сказать зловеще, верно уловив, чем я собираюсь заняться.

— Как прикажет учитель, — поклонился я, усмехнувшись.

Пятьсот очков — это очень даже неплохо. В пути мы провели двадцать четыре дня, в которые мне также начислялось по тридцать очков в сутки. Итого тысяча двести двадцать очков у меня набежало.

Когда с Амастой ходили к наставнику по маскировке, девушка сказала, что тысячи хватит, чтобы получить какую-то специализацию. С тех пор я в расценках стал чуть лучше понимать и… Ерунда это всё. Нужно в разы больше, просто чтобы освоить то, что предоставляет академия. Так что богатым я не стал. Лишь получил начальный капитал, чтобы развернуться.

Уладив дела в павильоне здоровья, поспешил в здание администрации. Он находился недалеко от ресторана Цветов, чуть в стороне от главного дерева. Самое любопытное — один из корней образовал подобие арки, дальше опоясывая само здание. Я прошёл под корнем, взбежал по ступеням, зашёл внутрь. Почему-то внутри упорно зудела мыслишка, что возникнут какие-то трудности. Они и возникли, почти. Полный мужчина, сидевший в нужном мне кабинете, посмотрел на меня откровенно скептически, но стоило показать разрешение от Саркаша, как вопрос был улажен. Мне выдали новый амулет главы. Про название ничего не сказали. Сложилось впечатление, что толстяк и не понял, что оно означает.

Обратно я вышел главой фракции, теперь официально.

Отлично, просто отлично. В ближайшие дни мы все будем сражаться, и хотелось бы получить очки с этого. Прибыль я с удовольствием пущу в дело, без всяких зазрений совести.

Я и правда собирался устроить качели. Мои люди будут толкать меня, а я потом затащу их за собой. Посмотрим, что из этого выйдет.

Когда уже направлялся к арене, меня перехватили по пути.

— Глава! — крикнул один из учеников.

— Что-то случилось? — пригляделся к его встревоженному виду.

— Меня послали вас разыскать! — подбежал запыхавшийся парень. — Там госпожа Амаста… Она снова дерётся за право быть главой.

— О-о, — удивился я, что у неё так быстро проблемы начались. — Кто вызвал-то?

— Дармаус, — мрачно ответил он. — Если хотите посмотреть, глава, то лучше поспешить. Бой вот-вот начнётся или уже начался.

— Почему бы и нет. Давай ускоримся.

Обычно ученики не носились как угорелые по академии, но в правилах на это запрета не стояло, и мне никто ни разу не делал замечаний по этому поводу. Так что… Не прошло и минуты, как мы уже стояли на стене главной арены. Мы — это вся наша новенькая фракция, занявшая значимую часть этой стены.

— Что тут? — пробился я к Маркусу и остальным офицерам.

— Ирония судьбы, — ответил мне парень.

Я и сам поглядывал на то, как два противника встали друг напротив друга. Амаста — в полном доспехе, закрывающем всё тело, с тяжёлым мечом в руке. И Дармаус в охотничьем костюме без оружия в руках.

Окинул взглядом, кто ещё на стене собрался. Учеников было не так уж много в столь ранний час. Где-то столько же, сколько и членов нашей фракции. Но прямо на глазах прибывали ещё, а значит, слухи расходились. Амаста словно уловила что-то, подняла голову, и мы с ней взгляами встретились. Издеваться не стал, ручкой не помахал.

Вряд ли Маркус мог мне что интересное сообщить, а вот Аскл… Я отошёл назад, сменил позицию, втиснулся между Асклом и Толианом, который тоже здесь был.

— Кто из вас мне расскажет, что это за Дармаус такой?

— Это лучше у Аскла спрашивать, — ответил Толиан и зевнул. — Мы с Дармой не особо пересекались.

— Дарма? — уточнил я.

— Мы так его в шутку называли.

— Только в лицо боялись сказать, — заметил Аскл. — Дармаус силён. Он не просто так был вторым офицером. У меня есть подозрение, что часть своих сил он скрывал.

— Зачем бы ему это делать? — удивился Толиан.

— В те моменты, когда находился во фракции, он занимался почти всеми делами, которыми должен заниматься лидер, — ответил Аскл. — Амаста думала, что ловко скинула задачи на подчинённых. Мне это никогда не было интересно, поэтому, по факту, вторым лидером был как раз Дармаус.

— Хочешь сказать, что вызов не случаен? — кивнул я на арену.

— Какой Старший Мастер не задумывается о том, чтобы стать Королём? — задал риторический вопрос Аскл. — Прошлого главу Амаста сместила точно так же. Была офицером, втёрлась в доверие, а потом нанесла удар. Обычная жизнь в тёмной фракции.

— Скукота, — ответил я.

— Полностью согласен, — кивнул Аскл.

— Чего они ждут-то? — спросил я.

Мы находились достаточно высоко, но, видимо, противники обменивались любезностями. Словно услышав меня, оба перешли к активным действиям.

— Сейчас ты увидишь, что значит тёмный маг и призыватель, — сказал Аскл.

Я удивился такой формулировке, но дальше и правда увидел, о чём речь.

Амаста с ходу продемонстрировала, чему научилась за прошедший месяц. Сорвалась с места, укрепила духовный доспех, выставила меч перед собой и попыталась срезать Дармауса первым же ударом. Из меня так себе фехтовальщик, но здесь несложно догадаться — удар был смертельным.

Если бы достиг цели.

Со стороны выглядело так, будто Дармаус развернул тень, из которой перед ним сформировалась массивная фигура полувеликана в стальном доспехе, с большим щитом. Раздался отчётливый звон, и Амасту откинуло назад. Она проехалась на ногах, оставила борозду, восстановила равновесие и замерла.