Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший (СИ), стр. 19

Не слушая его ерничанье, я опустила взгляд и заметила, как сильно его руки впились в подлокотники, а плечи напряглись.

Снова больно? Или дело в чем-то другом?

— У вас была невеста, если я правильно помню… Как ее… Кэтрин?

Ашер дернулся и опустил голову.

— Это не твое дело, Грейс.

— Как — не мое? Моего мужа обсудили, давайте теперь про вашу невесту поговорим! Ох, я помню, она была такой красавицей! Чистокровная драконица, дочь императорского советника! И где она сейчас?

— Это. Не твое. Дело.

— Ну почему же, я должна собрать анамнез. Помнится, она направо и налево рассказывала о том, как вас любит. Где она? Вдруг она сможет ответить на мои вопросы, раз уж вы не хотите?

Я знала о ней, потому что Амелия помнила все о драгоценном Ашере и о его невесте тоже. Она читала все газетные статьи, собирала все сплетни, даже вела дневник, где записывала все, что ей удалось узнать.

Самым ценным артефактом в этом дневнике была фотография Ашера с невестой, вырезанная из газеты. Выглядели они прекрасно. Молодые, красивые. Ашер — взрослый, сильный, Кэтрин — юная, нежная, смущенно жмущаяся к его боку.

Как Амелия ей завидовала! Как хотела тоже — быть дочерью советника, драконицей, завидной невестой. Его невестой! Вот так же жаться к его боку и рассказывать, что ей "все равно, какой будет свадьба", ведь она выходит замуж за "самого невероятного мужчину" и любит его "до безумия".

Амелия считала себя ничем не хуже Кэтрин и сходила с ума от понимания, что ее от любимого Ашера отделяет то, что никак нельзя исправить: происхождение.

— Грейс, замолчи.

— И не подумаю, я целительница, и я здесь командую. Ну так где она? Не вижу счастливой новобрачной!

Ашер наклонил голову и хмыкнул:

— Мне нужно было на ней жениться до того, как я ушел на границу, хотя помолвка длилась всего месяц, или уже после, когда я проснулся уродом и калекой? В какой момент, Грейс?

Я сглотнула. Во рту разлилась горечь.

— О. Понятно. То есть, ваша невеста Кэтрин оценила обстановку и решила, что жених без дракона, без ног, без глаз и без руки ей не нужен. Логично, даже если вы хоть трижды брат императора, то партия уже так себе. Она-то тоже себя не на помойке нашла, все-таки дочь советника. Хотя, на мой взгляд, это мало вяжется с той любовью, о которой она всем расска…

— ЗАТКНИСЬ, ГРЕЙС! — рыкнул дракон так громко, что задрожали стены. — Еще одно грубое слово про Кэтрин — и ты вылетишь отсюда раньше, чем договоришь!

В этот раз я почему-то ему поверила.

Повисла пауза, дракон тяжело выдохнул, а затем процедил:

— Послушай меня. Кэтрин — самая светлая и чистая девушка в мире. Я счастлив просто тем, что был с ней знаком, что мог называть ее своей невестой. Ты ногтя ее не стоишь. Еще раз отзовешься о ней грубо — и я найду способ до тебя добраться. Уяснила?

* * *

Я замерла, уставившись на дракона.

— Генерал Ашер, вы не можете отрицать того, что ваша кристально чистая невеста на самом деле — циничная дрянь, которая… Ай!

Ашер неуловимым движением подался вперед и сжал мое запястье так сильно, что у меня от боли перед глазами заплясали мушки, а ручка со стуком полетела на пол.

— Пустите!

— Я еще раз спрашиваю — ты уяснила? — рявкнул он тем же тоном, которым обычно осаживал адептов на занятиях. — Уяснила?

— Я… Да отпустите вы! Да, я уяснила. Уяснила!

Он наконец убрал руку, и я вскочила, потирая запястье.

Проклятье! Сумасшедший! Как он вообще умудрился понять, где моя рука? Он же слеп!

Я посмотрела на Ашера: его глаза были закрыты повязкой. Он снова откинулся на спинку кресла и замер, как хищник, который прячется в тени.

— Отлично. А теперь убирайся отсюда — и позови Мортимера, пускай приведет здесь все в порядок.

— В порядок?

— Или ты хочешь сама закрыть окна? Грейс, долго ты будешь тратить мое время?

От злости у меня внутри все аж затряслось. Видит бог, я врач, я прожила на этом свете больше сорока лет, я видела в этой жизни очень многое и думала, что уже ничто не сможет вывести меня из себя.

Но этот дракон! Который обращается со мной как с девочкой на побегушках и никак не хочет слушать!

Ладно.

Вдох-выдох, Амелия. Разве это первый упертый баран на твоем пути?

— Я буду тратить ваше время, — вежливо улыбнулась я, — пока в этом будет необходимость. Видите ли, я твердо намерена вас вылечить.

Повисла пауза. Настолько долгая, что я в какой-то момент подумала, что Ашер меня не услышал.

— Генерал А…

Меня перебил тихий звук, похожий на кашель. Он нарастал и нарастал, а затем Ашер согнулся пополам.

Ему плохо? Я бросилась к нему, но в последний момент замерла. Это не приступ! Он… Он смеется?!

— Грейс, я знал, что ты идиотка, — всхлипнул от хохота Ашер. — Но чтобы настолько? Какое вылечить? Посмотри на меня!

— Из нас двоих, — не удержалась я. — Это вы слепой. Я-то вас отлично разглядела. И даже прочитала историю болезни. Ту ее часть, что попала ко мне в руки.

Ашер хмыкнул и снова откинулся на спинку кресла, слегка поморщившись.

Ага, боль в спине от резкого движения. Вот вообще не удивительно, тут бы и без травм позвоночника все болело! Сколько часов в день он так сидит?! В неудобной позе, а главное — в неудобном кресле? Сколько часов, а главное — зачем?

— А ты научилась держать удар, Грейс. Уходи отсюда.

— Генерал Ашер, мы ходим по кругу. Я считаю, что я могу вас вылечить если не полностью, то хотя бы…

— А ты спросила — нужно ли мне это?

— Что вы имеете…

— Оставь меня уже в покое. Или ты до сих пор никак не можешь смириться с тем, что мне на тебя плевать? Хотя нет, вру. По правде говоря, ты и твоя назойливость мне противны.

* * *

Из комнаты Ашера я вылетела, кипя от гнева.

Нужно было взять себя в руки, и только потом продолжать с ним беседовать.

За те пять минут, что мы провели вместе, большую часть времени мне хотелось вцепиться Ашеру в волосы — а это слегка не тот настрой, с которым нужно подходить к лечению кого бы то ни было.

Даже этого упрямого самодовольного хамоватого дракона!

“Самая светлая и чистая девушка на свете”, вы посмотрите! “Счастлив был называть ее невестой!”

И где она, а? Вот где?!

А я, значит, "противна". Ну и отлично. Не очень-то и хотелось!

Дернув на себя входную дверь, я вышла на крыльцо и остервенело вдохнула свежий воздух.

Свежий.

Проклятие, забыла из комнаты Ашера убрать эти дурацкие тлеющие пучки веток, так сильно разозлилась.

Почему меня вообще волнует, что он думает? Любит он какую-то Кэтрин, считает, что я ногтя ее не стою, — ну и молодец! Мне-то что? Лишь бы мои назначения соблюдал и не мешал его лечить. Кто бы что ни говорил, а полученные две тысячи золотых я отработаю. И ни один дракон у меня на пути не встанет!

Нужно вернуться.

Сейчас.

Еще через минуту. Досчитаю до ста, чтобы успокоиться, и…

— Как жаль, что вы уже уходите, — проскрипел Мортимер, подходя к крыльцу.

В руках у него были огромные садовые ножницы, поеденные ржавчиной, и какой-то выдранный из земли с корнем кустик.

— Не дождетесь, — мирно сказала я. — А вы уже закончили с живой изгородью? Какая-то она… кривоватая. И вяловатая. И вообще. Разве вам не совестно оставлять его светлость, брата императора, героя империи — с такими кустами?

По правде говоря, дело было не только в изгороди, весь сад был ужасно запущенный. Ничего удивительного, Воронов холм стоял заброшенным много лет. Дом к приезду герцога кое-как сумели привести в порядок, а вот сад… То ли времени не хватило, то ли желания.