Дворник 13-го уровня. Том 5 (СИ), стр. 2
А вот трое злых мужчин очень даже резво бежали. У одного из них был разбит нос, у второго вместо лица кровавое месиво, а третий нападал со спины, поэтому в драке и не пострадал.
— ***! ***… — ругался Василий и бежал к подъезду, где была квартира матери. Но не в подъезд — в подвал!
Разве что уже обессиленные ноги не слушались, и мужчина оступился да покатился по ступенькам… В тот же миг появилась троица.
— Мам… мама… — хрипел Василий. — Убивают, крысы ***… Шакалы трусливые… Мама…
— Жалкий, женщину звать, — раздался насмешливый голос с сильным акцентом. Троица спускалась вальяжно, как коты, которые загнали мышь в ловушку.
— ***, это ты… жалкий. Вызвал один на один, а сам… с дружками и ножами…
— Я пришёль один. Они тоже один пришли, — ответил спускающийся мужчина, как вдруг дверь за ними захлопнулась, и стало темно!
Троица резко обернулась, и один из них подбежал к двери. Открыл, выглянул, но… ничего.
— Ветер?..
— Наверное…
Мужчины обернулись и застыли, ведь перед ними парила бледная старая бабка с пустыми глазницами, облезшими волосами и острыми чёрными зубами. Она висела над ступеньками и тянула к людям тощие руки.
Миг, и раздались такие крики, что проснулась половина двора! Троица вылетела из подвала и побежала в разные стороны, крича и вопя от ужаса. Кто-то даже оставил «жёлтый след»…
— Мама… — хрипел Василий, глядя на подлетающего к нему призрака. — Не сдохну, *** буду… Генка и его *** сядут… Мама… Идёт расследование… Идёт…
Призрак подлетела ближе и коснулась бестелесной рукой лба сына, а затем резко исчезла, словно её и не было…
— Подвал открыт… — раздался женский голос.
— Помоги… те… меня убить… пытались… Скорую… — с трудом кричал Василий.
— В подвале кто-то есть! Нужна скорая! — услышал Вася голос и, расслабившись, обмяк. Он слишком сильно устал…
Арена.
Утро.
— Миш, просыпайся уже. Сейчас люди и звери поднимут голодный бунт! — будила меня мать, и я открыл глаза… Я был в палатке. В своей. Один… Катя мне приснилась?.. Наверное…
— Иду-иду, — ответил я и, попробовав приподняться, понял, что нет, не сон… Спина болит… ноги болят… руки болят… всё болит.
Поздравляю!
Ты повысил уровень навыка «Волшебный язык» до 5.
— Ой, да иди ты… — простонал я.
— Что-что? Не слышу!
— Я не тебе. И говорю, что скоро буду!
— А-а-а-а! Давай, соня!
Мама, судя по её тени, ушла, а я попробовал сесть. Потом встать на четвереньки. И не знаю, как, но я надел трусы с футболкой Ловкости и сандалии плюс четыре к Живучести.
Выбравшись из палатки, выпрямился, и сразу потемнело в глазах… А ещё позвоночник хрустнул так, что было слышно во всём лагере.
Как пережил эту ночь, сам не понял. Катя… любит обниматься, физический контакт и очень страстная. Но с её Силой все эти «плюсы» становятся минусами.
Когда ты сверху, тебя обхватывают ногами и почти ломают позвоночник, это просто капец… Я почувствовал себя Полиной, потому что Катя меня раз восемь моими же перчатками Реанимировала…
Ещё очень важно было вовремя срезать её ногти. Учитывая её силу, она ногтями может снять с меня и кожу, и мясо, и срезать кости…
Ну и зубы… Когда мы целовались, у Кати отвалилось несколько зубов, и я чуть не подавился ими. Думал, умру… Через час выросли новые зубы. У меня же зубы не обновились. Остались старые, но они и так крепкие.
Самой глупой ситуацией было, когда у меня отросли волосы до лопаток, и наши с Катей волосы запутались. Ладно… Я выжил, и мне даже понравилось. Правда, смеха у нас было больше, чем стонов…
У Кати уже давно не было мужчины, и думаю, нет смысла говорить почему. Ну и большинство мужчин, которые качают себе Живучесть, выглядят как «гориллы». То бишь двухметровые, здоровенные, грозные мужланы с шутками за триста.
Ну, так их описала Катя.
Простонав и прохрустевшись позвоночником, достал из Инвентаря перчатки и дал себе Реанимацию. Сразу стало лучше, и я быстро умылся в походной мыльнорыльной, а потом занялся завтраком.
Народ уже весь проснулся. Катя бежала вдоль берега, за ней бежала Даша. Тренировки?.. Похоже на то.
— Выглядишь плохо… Тебе досталось вчера? — спросила мама.
Я уже вовсю готовил и не сразу заметил её приближение, так что от неожиданности чуть палец себе ножом не отрезал!
— Ой!! — перепугалась мать и подскочила.
— Царапина, я теперь крепкий, — пососав рану на пальце, посмотрел на него и показал матери. Порез пусть и не моментально, как у Лёхи, но зарастал.
— Обалдеть!
— Ага. Преимущество высокой Живучести. И помоги, пожалуйста, с супом…
Я быстро загрузил мать. Всё же раз пришла помогать, то почему и нет? На завтрак будут вкусняшки, лёгкий, но сытный суп и немного рыбы. Как по мне, рыба хороша как на завтрак, так и на обед с ужином.
— Доброе утро! — из палатки вылез Лёха, и выглядел тот довольным. — Как же хорошо высыпаться! — заявил он и потянулся.
— Вы правы, Алексей Николаевич, — улыбнулась мама.
— Виктория Владимировна, ваша улыбка с утра — это даже лучше, чем тёплое солнышко и безоблачное небо, — заявил тот, и мама захихикала. Но тут показался Леонид и свалил на песок мешок рыбы.
— Хорошо порыбачили! — заявил он.
— Рыбы прям много… Как съесть всё? — удивлялся я.
— Не знаю! — заржал тот и похлопал себя по пузу. Сейчас он был в футболке, а вместо ног — рыбий хвост. — Зато знаю, что рыбы, как и хорошего мужчины, много не бывает!
— Зато и от того, и от того зачастую сильно воняет, — вмешался Лёха и… Всё, это война.
А пока придурки придуривались, я решил сварить уху, одновременно жаря и запекая рыбу. Народ постепенно собрался за большим столом на завтрак, и все выглядели довольными.
Ян, лисом, лежал на коленках Дарьи и сладко зевал. Екатерина подстриглась и привела себя в порядок. Она тихо болтала с Варварой. Ша-Ара делала Лёхе массаж плеч, но, думается мне, больше массажа он не получит, ведь суккуба делает его лишь ради еды.
Леонид о чём-то болтал с моей мамой, а Саня сидел сиротинкой. А нет, вру, на его коленках — Мармеладка.
А затем все принялись за еду, и после сытного завтрака у нас были море, пляж и солнце.
— Виктория Владимировна, вам крема на спинку намазать? — услышал я голос Лёхи и вздохнул. Ох уж эти милфхантеры…
Перо создал нам лежаки, как на курортах, и лишь водяные сидели в теньке. Варвара читала книги в телефоне. Леонид пытался пристрелить Лёху взглядом.
Ну а я отдыхал, пока мне не загородили солнце.
— Ты как, живой? — спросила Катя, когда я открыл глаза.
Она была в купальнике и выглядела просто потрясающе. С её Живучестью у девушки попросту физически не могут существовать изъяны. Екатерина была идеально красивой.
— Не без перчаток, конечно же, но да. Вроде жив и даже цел, — ответил я, оторвав взгляд от тела красавицы, и посмотрел ей в глаза.
— Отлично, а я уже переживала. Думала, снова мужика сломала…
— В следующий раз не буду раздеваться, — заявил я, и та захлопала глазками.
— А ты самоуверен, — хмыкнула она и выпрямилась. — Но в жизни всякое бывает.
Виляя бёдрами, девушка пошла в палатку… Вот что это означает? Кто мне даст самоучитель «Узнай, чего хочет женщина»? Я, оказывается, женщин вообще не понимаю…
Так что закрыл глаза и, расслабившись, просто загорал. Солнечные ванны полезны для здоровья. Но есть очень много «но»… Не буду о них, а буду о криках.
Мать смеялась и плескалась, а по берегу бегала Мармеладка и тяфкала. Так и прошло несколько часов. Мы собрались на перекус, а также…
— Ха! Вот всегда бы так! — восхищался Лёха, держа в руках синюю кофту. А синяя она в том плане, что редкая. Из обычной награды до редкой… Два раза улучшилась. Редкость прям.
— И мне, вот, — Катя тоже дала серую награду как плату и белую, чтобы я открыл. Но облом. А вот на следующей «повезло». Зелёный навык. Его сразу выкупил Ян, а меня завалили наградами… Итого плюс двадцать две серые награды.