Тирион и Теклис (сборник), стр. 141

— Твои слова не слишком укрепляют мой боевой дух.

— В твоих обстоятельствах излишняя самоуверенность не оправданна.

— Полагаю, твой дар состоит не только из советов, сколь бы благонамеренны они ни были. Если ты продолжишь в том же духе, как бы я совсем не передумал уходить.

— Надеюсь, это ты сочтешь лучшим знаком моей веры в тебя. — Откуда-то из-за стола верховный Хранитель знаний достал шлем, который Теклис узнал сразу. Эта крылатая корона хранилась как экспонат в подвале Башни.

— Боевая Корона Сафери, — произнес он, едва сдерживая благоговение. — Ты слишком мне доверяешь.

— Будем надеяться, что не зря, — отозвался Морелиан, с почтением поднял корону обеими руками и возложил ее на голову Теклиса. И почти сразу Теклис почувствовал разницу. Зрение и слух обострились. Лицо верховного Хранителя он увидел в таких подробностях, в каких, со своей близорукостью, никогда не видел прежде. На лице старика читалась забота — и что-то еще, может уважение.

— Я постараюсь, чтобы так и было, — ответил Теклис. И голос его звучал теперь по-другому, громче, решительнее. Он лучше чувствовал потоки магической энергии вокруг. Теклис не знал точно, что именно делает для него Корона, но был уверен, что она подпитывает его силы во многих отношениях. — Это воистину королевский подарок.

— Думай, что получил его взаймы, — посоветовал верховный Хранитель. — Пока ты жив, ты хранишь Корону для Башни. В случае твоей смерти Корона вернется к нам.

— Да будет так. Благодарю тебя еще раз. Вот уж не ожидал получить когда-нибудь такую ценность.

— Возможно, судьба всех нас зависит от тебя, — сказал Морелиан. — Это меньшее, что я мог для тебя сделать. Но не единственное. Пойдем со мной.

Старик вывел Теклиса из здания кружными потайными путями, избежав толп, стремящихся встретиться с верховным Хранителем. Два мастера меча следовали за ними по пятам, что указывало на степень тревоги Морелиана: даже здесь, в Башне, телохранители повсюду сопровождали его.

Неужели все действительно настолько плохо?

Наконец они вышли на свет. День был безоблачен и прекрасен, и не верилось, что где-то далеко идут сражения и погибают эльфы. Верховный Хранитель знаний шагал с трудом, опираясь на посох, и Теклис слишком хорошо осознавал, насколько Морелиан стар и какая огромная ответственность лежит на его плечах.

Здесь, на полях, паслось много зверей. Пара эльфов миновала загоны со скакунами мастеров мечей и подошла к странному на вид стойлу на самой окраине владений Башни. Изнутри донеслось громкое ржание. Ржание очень большой лошади. Животное как будто приветствовало верховного Хранителя, как приветствуют старого друга.

— Мир тебе, Серебряное Крыло, — произнес Морелиан. Лошадь фыркнула в ответ. По крайней мере, Теклис думал, что это лошадь, пока не вошел в стойло. Увидел он нечто совершенно иное.

В некотором смысле благородный зверь действительно напоминал огромного белого жеребца, немолодого, но еще очень и очень сильного. От обычной лошади его отличали два огромных сложенных крыла, прижатых к бокам. Когда животное поднялось на дыбы, здороваясь с хозяином, крылья раскрылись и захлопали, взбивая воздух, так что мантии магов заколыхались.

— Мы с Серебряным Крылом старые друзья, — сказал Морелиан. — Он носил меня во многих походах, когда мы оба были моложе. А в этот раз он понесет тебя, по крайней мере до Авелорна.

Теклис знал, что должен быть благодарен, он и был благодарен, но высказать свои чувства не мог. Перспектива усесться на спину этого крылатого гиганта ужасала его. Хотя скакун донесет его до Авелорна быстрее любой лошади, поскольку мчится по воздуху, как птица.

Проблема, однако. Одна только мысль о том, что придется взобраться в седло и скакать по небу, оказывала на Теклиса почти парализующее действие. Он жутко боялся.

— Что-то ты не проявляешь особого восторга, — заметил верховный Хранитель. — Признаюсь, я ожидал несколько большего проявления благодарности. Честь править Серебряным Крылом предоставляется отнюдь не каждому.

Теклис ответил, тщательно обдумывая слова:

— Я благодарен вам обоим. Я просто ошеломлен беспредельностью одолжения, которое ты мне оказываешь.

— Но не только. — Верховный Хранитель пристально смотрел на Теклиса, старательно сдерживая улыбку. — Я вижу.

И Теклис решил, что проще будет ничего не скрывать.

— Да, перспектива полета меня пугает. Очень пугает. Можно даже сказать, ужасает.

— Я чувствовал то же самое перед тем, как впервые сесть верхом на пегаса.

— Не хочу оскорбить Серебряное Крыло или умалить щедрость твоего предложения, но, может, мне все-таки лучше отправиться в Авелорн на обычной лошади?

— У меня создалось впечатление, что каждая минута, каждый миг на счету. — (А у Теклиса создалось впечатление, что этот злой старик просто наслаждается его замешательством). — Я думаю, что нельзя терять ни секунды.

— Воистину так, — ответил Теклис. — С другой стороны, лучше будет, если я все-таки приеду в Авелорн, а не выпаду из седла где-то в поднебесье.

— К счастью, мы предусмотрели эту возможность, — ответил Морелиан.

— Подозреваю, что так, — довольно кисло проговорил Теклис.

— Седло пегаса отличается от обычного в первую очередь наличием ряда ремней, предназначенных как для удержания всадника на месте, так и для лучшего закрепления самого седла на спине пегаса.

— Это в некоторой степени снимает мои возражения, — пробормотал Теклис, — но, вынужден признаться, у меня есть и другие.

— Ты, вероятно, размышляешь о том, как тебе управлять Серебряным Крылом.

— Твое понимание граничит с телепатией.

— Серебряное Крыло очень стар и очень мудр, он слышит и выполняет команды. Смею предполагать, он значительно разумнее многих эльфов, хотя и не умеет говорить.

— Полагаю, у тебя готовы ответы на любые мои возражения.

— Я сказал бы, что это весьма вероятно. Полет на пегасе — несомненно, самый быстрый способ добраться до Авелорна, если, конечно, в ближайшие пару часов ты не изобретешь заклинание дальнего перемещения.

— Ох, с удовольствием занялся бы столь замечательным исследованием…

— Я взял на себя смелость обеспечить тебя не только специальным седлом, но и седельными сумками, в которых уже лежат продукты и остается еще достаточно места для любых лекарств, которые могут тебе понадобиться.

— Кажется, ты предусмотрел все. Жаль, не могу подыскать слов, чтобы выразить свою благодарность.

— Пока ты вполне справляешься, — хмыкнул Морелиан.

— Когда ты предлагаешь мне отбыть?

— У меня, опять-таки, создалось впечатление, что нельзя терять ни секунды. Ты и сам упирал на это, когда мы беседовали в прошлый раз.

— Прости, но ты, кажется, получаешь определенное удовольствие, используя мои собственные слова, чтобы смутить меня.

— Когда ты доживешь до моих лет, — сказал верховный Хранитель знаний, — поймешь, что нужно получать удовольствие от всего, что только возможно, невзирая на то, какими жалкими эти удовольствия могут показаться тем, кто моложе.

— Надеюсь, когда я доживу до твоих лет, я буду чуть более великодушен.

— Достойное желание, но, боюсь, это не тот случай. — Старый эльф улыбнулся. — Мне хотелось бы проводить тебя и пожелать благополучного путешествия, но запас моего времени не бесконечен, и надолго отвлекаться от своих обязанностей я не вправе.

— Похоже, ты приготовил все, что мне нужно. Мне остается лишь попрощаться.

— И оседлать своего нового скакуна, — подсказал верховный Хранитель.

— Конечно, — вздохнул Теклис. — Не хочу лишать тебя удовольствия полюбоваться на это.

Он с опаской приблизился к пегасу и только тогда по-настоящему осознал, насколько тот огромен. Голова животного располагалась выше головы эльфа. Под гладкой кожей перекатывались бугры мускулов.

Теклис потянулся и осторожно дотронулся до лошадиной морды. Пегас опустил голову, принимая его и его прикосновение. Дрожащей рукой эльф погладил зверя по щеке, заглянул в большие черные-черные глаза. Ни у одной лошади он не видел таких разумных глаз. Пегас тихонько заржал и перестал гарцевать.