Мой хвостатый избранный или Курс на Бездну (СИ), стр. 60

Будто сам камень там стал тоньше. Тёмная, мерзкая, дрожащая линия, за которой не было формы — только чужая глубина, чужая частота, от которой инстинкты орали держаться подальше. Возле неё воздух и вода вели себя неправильно. Свет ломался. Контуры подрагивали. А ритуальные чаши вокруг были выстроены так, чтобы питать именно этот участок. И все контуры от чаш вели туда.

У меня похолодели ладони. Вот что они делали. Не просто жертвы.Не просто тайный культ. Они истончали Грань. Напитывали её энергией.

Шаг за шагом. Годами. В сердце дворца.

Я поняла, что слишком долго смотрю туда, только когда Ариан коротко сжал моё предплечье, возвращая обратно.

Он не произнёс ни слова. И всё же это было ясно: не проваливайся, держись.

Я кивнула.

Ещё один импульс ушёл по браслетам связи. Один из стражей получил ответ, выслушал в воде короткий отклик, поднял голову и одними губами сообщил: подкрепление в пути. Ближайшее звено — несколько минут. За ними — ещё бойцы. Жриц тоже подняли.

Несколько минут.

Слишком долго. И слишком мало одновременно. Внизу вдруг что-то изменилось.

Не звук даже. Сдвиг. Тонкий энергетический отклик, пробежавший по полу и стенам.

А потом из-за дальней колонны медленно вышла фигура в тёмном храмовом одеянии.

За ней — вторая. Третья. Ещё. Жрицы.

Лица скрывали полумаски из перламутрово-чёрного материала, но движения были слишком спокойными для случайного появления. Ни удивления. Ни тревоги. Ни спешки.

Они знали, что мы здесь. Знали, что придём. У меня внутри всё обмерло.

Приманка. Зов конечно же был приманкой. Это было ожидаемо, ведь мы вспугнули жриц раньше времени. Но даже если бы знала… Всё равно пошла бы. Бездна!

Дракончик действительно звал, действительно мучился, действительно тянулся ко мне. Но кто-то знал, что между нами уже возникла связь на уровне ядра души. И просто дождался, пока нить доведёт меня сюда.

Я увидела, как один из стражей резко меняет стойку. Как Ариан чуть смещается вперёд, закрывая меня собой. Как его рука ложится на оружие.

Поздно. Контуры вспыхнули сразу по нескольким уровням.

Пол под нашими ногами ударил светом. Из камня рванули тонкие энергетические нити, заранее вшитые в края обзорной галереи. С потолка и стен сошлись замыкающие дуги. Один из стражей успел отскочить. Второго отбросило в сторону. Третий вскинул саблю, перерубая часть линии, но лишь на миг задержал схлопывание ловушки.

— Назад! — рявкнул Ариан.

Я уже активировала печать, пытаясь разомкнуть контур до полного захвата.

Слишком поздно. Это была не одна схема.

Слой на слой. Ловушка на тех, кто попытается её ломать. Глушение печатей. Связывающий купол. Подавление импульса.

Мои знаки вспыхнули, ударились в внешний слой и почти сразу начали вязнуть, как в болотной жиже. Чужая структура была подготовлена именно под силовой взлом.

Нас вели сюда не просто так. Всё было рассчитано.

Ариан успел перехватить меня за талию в тот момент, когда полыхнул второй контур. Удар прошёл по краю, обжёг каналы ледяным жаром. Где-то слева выругался страж. Один из браслетов связи сорвало импульсом, но второй всё же успел отправить аварийный сигнал до того, как поле сомкнулось.

Хоть что-то.

Свет ловушки встал между нами и выходом. По краям галереи уже опускались дополнительные энергетические решётки. Внизу жрицы не двигались — наблюдали.

Спокойно. Почти торжествующе. Меня пробрал ужас не от самой западни.

От понимания, насколько тщательно всё подготовили, а ведь я здесь только вторые сутки.

Я резко вдохнула, пытаясь продавить подавляющее поле хотя бы на локальном участке. Не вышло. Контур гасил разворот печатей прежде, чем я успевала их полностью собрать. Рядом Ариан бил в узловую точку силой, оружием и собственной энергией, но схема была рассчитана и на это.

Я сжала зубы.

Внизу, на ритуальной чаше, дракончик снова дёрнулся — и я почувствовала его страх так ясно, будто он прошёл по моим нервам напрямую.

А сразу за этим — человеческий взгляд из клетки.

Вельт. Неверие, радость узнавания и снова отчаяние пронеслись на его лице.

Это оказалось самым тяжёлым. Не собственная опасность. А этот миг. Когда ты пришёл спасать — и тебя самого поймали у них на глазах.

Ладонь Ариана нашла мою. Переплёл наши пальцы. Крепко. Без слов.

Потому что давать волю гневу — нельзя. Пока живы. Пока сигнал ушёл. Пока кто-то идёт сюда по нашим координатам. Пока мы ещё можем думать — всё не кончено.

Но в ту секунду я уже знала главное: мы вошли не просто в логово врага.

Мы вошли в центр давно подготовленного ритуала.

И теперь сами стали его частью.

Глава 19

Ловушка сомкнулась до конца.

Последний просвет между дугами света исчез, и галерея, на которой мы стояли, превратилась в клетку из вложенных друг в друга контуров. Пол под ногами ещё дрожал от сработавшего захвата, по камню ползли остаточные всполохи, а в воздухе висел мерзкий привкус запятнанной искажениями чистой энергии тока Мира.

Я заставила себя выпрямиться.

Печати не работали как надо. Я уже поняла это в первое же мгновение, когда контур жадно сожрал мой взлом и отдал по каналам ледяной откат. Ариан тоже понял. Он стоял слева, чуть впереди, закрывая меня собой даже сейчас, когда прямой угрозы вроде бы не было, и взгляд у него стал тем самым — неподвижным, холодным, предельно точным.

Значит, думал. Значит, мы ещё в игре.

Ниже, в ритуальном зале, никто не суетился.

Жрицы не бросились добивать нас. Не отдали приказ открыть огонь. Не попытались сразу развести пленников по отдельности. Они просто смотрели.

Ждали. Как смотрят на сеть, в которую наконец-то попалась нужная добыча.

Один из наших стражей с силой ударил рукоятью сабли в край ближайшей световой дуги. Контур вспыхнул, отшвырнул его назад, и он едва устоял на ногах.

— Не трать силы, — коротко бросил Ариан.

Страж кивнул, тяжело дыша. Я перевела взгляд вниз.

Вельт смотрел на меня снизу вверх так, будто до конца не верил, что я действительно здесь. У Ивара голова снова опустилась на грудь, но он был в сознании — я видела по напряжению плеч. Джеймс Харт, даже обессиленный, всё ещё следил за схемой контуров вокруг чаш.

Живы. Я вцепилась в эту мысль и не позволила себе посмотреть на пустые крепления рядом с клетками.

Потому что если посмотреть — я сорвусь.

Из-за дальней колонны, неспешно, будто на заранее отрепетированный выход, выступила Шаар’Энна.

Теперь без всяких притворных масок благочестия. Тёмное одеяние, вкрапления перламутрово-чёрных пластин на плечах, тонкие линии искажённых контуров у висков и на шее. Красивая. Спокойная. И совершенно чудовищная в своей уверенности.

Она остановилась так, чтобы видеть и нас наверху, и пленников внизу.

— Не стоит ждать спасения, — произнесла она. Голос её разошёлся по залу чисто и ровно. — Сигналы, которые вы успели отправить, ничего не изменят. Все пути сюда уже перекрыты. Подходы замкнуты, внешние ориентиры искажены. Подкрепление идёт не к вам. Подкрепление идёт в ловушку.

Один из стражей зло выдохнул сквозь зубы.

А я спросила совершенно спокойно:

— И это должно впечатлить?

Шаар’Энна перевела на меня взгляд.

— Нет, что ты. Просто констатация фактов и того, что у вас нет надежды на спасение.

— Тогда ты зря старалась, — сказала я. — На меня лучше действует что-нибудь убедительнее театральных монологов из подземелья.

У ближней жрицы дёрнулся рот. Кажется, она не поняла, как на это реагировать. А вот Шаар’Энна поняла прекрасно.

Она улыбнулась.

— Даже сейчас.

— Особенно сейчас.

Я смотрела на неё сверху вниз, хотя сама была в ловушке, а она — на своей земле. И с неожиданной ясностью почувствовала: страх никуда не делся, но больше не владеет мной. Осталась ярость. Холодная, чистая, как лезвие.