Пустой. Пенталогия (СИ), стр. 221

Кулаки Тавра заскрипели ещё сильнее.

– Она специально, – произнёс Варис.

Сердце набирало ритм, мышцы вздувались, пока я пытался взять всё это под контроль.

– Ну что ты молчишь? – подмигнула Вельт. – Неужели ты впервые увидел красивую девушку и потерял дар речи… Прости меня деревенский, я не рассчитывала, что ты такой слабенький.

По залу пошли смешки.

– Хорошо, тогда я выбираю… – её пальчик гулял по лицам ребят за спиной. – Кого же взять? Мальчики, есть желающие?

– Не я… – прошипел Сарн за спиной.

– Плохая старшая комнаты, – добавил Одр.

Я снял мешок с плеча и поставил у ног Тавра. Он посмотрел вниз, а потом на меня. Злость с его лица не ушла, но сапог сдвинулся так, что узел оказался за его ногой.

Выдохнул и сделал шаг вперёд.

Глава 3

Синара ждала в центре, заложив руки за спину. Коса с серебряной нитью лежала на плече, и нить ловила свет лампового камня под потолком. Я не сводил с неё взгляда, запоминая растянутые от предвкушения губы и надменную рожу.

Огляделся. Тридцать чужих взглядов давили на плечи тяжелее любого источника. Гирт у стены поглаживал костяшки и улыбался так, будто его уже позвали к столу. Эсса смотрела в пол и что‑то шептала. Лиара держала голову прямо с вызовом, так будто решала достоин ли я быть тут.

Следил за дыханием и готовился к тому, что сейчас произойдёт. Сбой сел на третьей пульсации и дёрнул вмятину. Прокручивал в голове всё что уже пережил: Гарст с его девятой ступенью, Эрхарда с его Узлом и того мужика в балахоне. Должен, я должен выдержать.

– Стой и не падай, – произнесла мягко Синара. – Большего от тебя пока никто не ждёт.

Её первый удар пришёл сверху. Тяжесть. Воздух в круге уплотнился, будто вместо него налили воды. Колени вдруг решили согнуться, а подбородок потянуло вниз.

Примерно чего‑то такого я и ожидал. У городских ворот меня этому научила сама энергия неба, у Ровэна в кабинете повторил под куда большим давлением. Не упираться всем телом, не сопротивляться, а пропустить сквозь себя.

Тяжесть обтекла плечи и ушла в пол. Колени держали. Синара улыбалась. Потом улыбка её замерла, не сойдя, но и не двигаясь больше, словно её приклеили к лицу.

Давление поползло вверх. Воздух в груди застрял, не желая выходить до конца. Дышал ртом, коротко, и пропускал чужую силу мимо источника, не пытаясь её удержать.

В зале кто‑то хмыкнул, решив, что я держусь легко. Зря. Под рёбрами уже разливался жар, а кожа на спине взмокла насквозь. Краем плывущего взгляда ловил зал. Гирт у стены подался вперёд, предвкушая, когда деревенский осядет на колени. Лиара поджала губы, и сжала кулак. Не то ждала моего падения, не то боялась его увидеть. Они все надеялись, что я упаду, вот только я не собирался сдаваться тем более перед спесивой и заносчивой дрянью.

И тут давление с тела ушло. Разом, будто кто‑то отнял ладонь. На пол‑пульсации тяжесть отступила, и я едва не поверил, что это конец. Тело само потянулось вверх, разворачивая придавленные плечи.

В следующую пульсацию тонкая холодная линия легла мне прямо на Росток. Под её давлением проступило что‑то лишнее. Не свет на коже, не рисунок, а порядок внутри самой силы. Три тонкие черты, одна над другой, сходились остриями к моему источнику. Я успел зацепить их взглядом, попытался удержать форму, но черты расплылись по краям и утекли из памяти прежде, чем я понял, на что смотрю.

Глиф или глифы. Она точно применила технику, потому что её давления источника оказалось недостаточно. Синара решила любой ценой показать мне моё место.

Эта странная техника искала мой Росток, её узкая и точная, как игла линия ударила. Свежий источник, проросший меньше суток назад, отозвался болью и сжался. Вмятина полыхнула.

И тут я понял, что меня держало всё это время. Сектантский слой, что поднялся сам в кабинете Ровэна и с тех пор сидел во мне, заслоняя дугу, кольца на лбу и два знака в груди. И под линией Синары этот слой держался первым, принимал часть удара на себя, гасил остриё, не давая ему лечь на Росток в полную силу.

Теперь техника развеялась и всё давление и её линия ударили в меня. Сделал несколько шагов назад, плечи опустились и я почти рухнул. Сжал руки в кулаки и прикусил щеку.

Дыра под Ростком потянулась к чужой силе, к этой направленной игле, готовая выпить её. Кольца на лбу дрогнули. Дуга натянулась, и знак непробиваемости качнулся, собираясь подняться к коже сам, без команды, как когда‑то под ножом Желтозубого.

Кольца на лбу закрутились быстрее. Виски сдавило болью, дуга снова натянулась и активизировался режущий глиф. Если он сейчас сорвётся и полетит в неё… Ничего хорошего не случится.

Давил на лобный глиф изнутри, держал его и не давал полностью сработать технике Звериного Среза. И тут вспыхнула сектантская метка, да так ярко, что я чуть не упал. Вот я и снова подал знак своим «друзьям»… Шалх!

Синара не сдавалась и давила ещё. Боль прошла от груди до самых висков. Вмятина, что разошлась, теперь ещё сильнее раздалась в стороны. Мой Росток пророс ещё больше. Внутри всё горело, я на какое‑то время потерял из виду Вельт. Мир вокруг раздался. Чужие источники хлынули отовсюду разом, как вода в провал. Больше тридцати плотных ритмов навалились на меня со всех сторон. Голову повело, зал поплыл.

Среди этого потока я ловил и собственное нутро. Дыра под источником разинула пасть шире и потянула чужую линию в себя. Её техника дрогнула, теряя остриё. Часть удара Синары провалилась туда, в пустоту без дна.

Колени подломились.

Удержался. Ногтями впился в собственные ладони, перенёс вес на пятки, вдавил подошвы в камень. Кровь из носа потекла тёплой ниткой по верхней губе, и я слизнул железо, не отводя глаз от Синары.

Она уже не улыбалась. Её губы остались растянуты, но глаза сузились в две щели. У виска проступила тонкая влажная дорожка и поползла к скуле. Серебряная нить в косе дрогнула, хотя сама девушка не двигалась. Дышала она чаще, чем хотела показать. Гирт у стены перестал улыбаться. Лиара чуть склонила голову набок. Синара давила сильнее, чем собиралась показать остальным, но я всё ещё стоял.

Мои пальцы скрючились. Рубаха липла к спине, во рту копилось вкус железа, зал то уплывал, то возвращался. И тут её давление резко оборвалось. Тело рефлекторно расслабилось и я чуть не упал. Перенёс вес обратно и удержался на ногах.

Синара первой опустила руку. Выровняла дыхание, но не до конца, тонкая жилка у виска ещё билась слишком быстро.

– Достаточно, – обронила она так, будто это ей надоело, а не она выдохлась. – Не полный мусор…

Улыбка вернулась на её лицо, всё такая же ровная и скучающая.

– Живи пока, деревенский. Эстеру, наверное, будет обидно, если его чудо развалится до первого урока.

Зал выдохнул негромким смешком. Кто‑то решил, что хозяйка комнаты и класса пощадила новенького от своей доброты. Я стоял и смотрел ей в спину, пока она шла к своей маленькой платформе. Думал не о боли и не о том, что выстоял. Она, несмотря на предупреждение Кайра, хотела меня сломать. Повредить Росток, чтобы я не смог дальше возвышаться. Кивнул себе и своему решению.

Гирт был сильным, но понятным. Он думал лишь как ударить, сломать, прижать к полу и смотреть, как я хриплю. Синара Вельт – хитрая и опасная. Сейчас ей пришлось отступить, но это лишь значит, что она снова нападёт. От этой девки нужно прятать спину всё время.

Сжал кулак и посмотрел на остальных. Что же делать? Одно дело – Сарн и несколько его подпевал, а тут целых тридцать человек стадии Ростка от первой до третьей ступени. Потом… Сначала гнёзда, техники и тайник. Скоро мы снова встретимся Синара Вельт.

Кровь капнула с моего подбородка на тёмный камень круг и расплылась пятном. Все глядели на неё и в этом общем взгляде что‑то сместилось. Не в мою пользу и не в её. Просто её люди увидели, что старшая комнаты не такая могучая как они думали.