Ученик гоблина. Книга V (СИ), стр. 50

А значит встреча с ними должна была состояться уже совсем скоро.

Глава 24

Разведчики обнаружили следы почти сразу, стоило нам выйти к развилке старого тракта. Двое орков спешились задолго до остальных и принялись методично прочёсывать обочину, время от времени переговариваясь друг с другом отрывистыми, короткими фразами на родном наречии.

В какой-то момент оба присели на корточки, вглядываясь в примятую траву и глубокие отпечатки копыт, аккуратно ощупали края следов пальцами, будто это могло помочь точнее определить кому те принадлежат, и после недолгого совещания вынесли неутешительный вердикт — мы опоздали. Плети уже прошли здесь, причём, судя по степени просевшей и уже успевшей подсохнуть земли, далеко не один час назад.

Сама дорога, надо признать, выглядела откровенно заброшенной.

Каменные плиты покрытия растрескались и местами полностью раскрошились. Они проглядывали лишь редкими островками сквозь буйную траву и колючий кустарник, оплетавший обочину сплошной стеной.

Тракт этот явно не видел сколько-нибудь регулярного движения уже долгие годы, если не десятилетия — и тем страннее было обнаружить здесь свежие, отчётливые следы недавнего проезда сразу нескольких всадников.

— Не могло же так совпасть, — я нахмурился, разглядывая цепочку следов, уходящую вдаль по заброшенной дороге, — что у всей четвёрки Плетей копыта?

— Думаешь, что по старому тракту, которым давно никто не пользуется, проскакало ещё четыре всадника? — спросил крысолюд.

— А с чего вы вообще взяли, что это обязательно не кони? — влез Арах, тоже присевший на корточки рядом со мной и деловито обнюхивающий воздух, будто заправская гончая. — Может, Плети вовсе не такие, как мы себе напредставляли, нэк.

Признаться, я и сам об этом крепко задумался. Нам ведь толком никто и не объяснял, как именно должны выглядеть эти самые Плети. Всё это время я почему-то представлял их какими-то мутировавшими животными, чем-то вроде порождений скверны — четвероногими, покрытыми шипастой чешуёй или свалявшейся шерстью тварями, для которых лошади попросту без надобности, ведь у них и своих четырёх лап хватает с избытком. Как тот заражённый медведь…

Но что, если я ошибался с самого начала, и всё это время рисовал в воображении совершенно неверную картину?

— Тогда я не знаю, — я поднялся с корточек, отряхивая колени.

— Совпадение? — фыркнул один из орков, всё ещё разглядывавший следы.

— Изначально предполагалось, что они разумны, — подал голос Эрвин, до этого державшийся чуть в стороне и явно не горевший желанием встревать в общий спор. — В том числе и потому, что ходят на двух ногах, подобно всем прочим разумным расам, и точно так же используют ездовых животных для дальних переходов.

— Не понимаю, почему разведчики сотника не могли дать хоть какое-то описание. Мол, выглядят так-то и так. И ездят верхом на лошадях.

Эрвин виновато развёл руками.

— Что теперь уже об этом спорить. Ясно одно — Плети, которых мы ищем успели уйти вперёд.

Что ж, звучало логично, хотя и не слишком обнадёживающе.

Так или иначе, но факт оставался фактом: мы оказались в роли догоняющих, а не поджидающих. Расклад сил в очередной раз весьма неприятно переменился.

Пришлось разделить отряд.

Пешие воины попросту не могли угнаться за всадниками, а тащить их с собой означало заведомо провалить задание.

Потому солдат оставили здесь же, на развилке, выбрав подходящие позиции на случай, если нам всё же придётся спешно удирать от неприятеля. Тогда мы приведём погоню прямиком в засаду, к поджидающим здесь бойцам.

Рунники восприняли решение без особого энтузиазма. Теперь лошадей хватало с избытком, так что все они отправлялись вместе с нами. Учитель, впрочем, на всякий случай ещё раз напомнил всем, что цель у нас исключительно проследить и собрать хоть какую-то информацию, и ни о каком открытом столкновении речи быть не может.

— Ввязываться в бой никто не намерен, нэк, — веско повторил Зуг’Гал, обводя тяжёлым взглядом каждого из Высших.

Эрвин тоже попытался было отвертеться, явно предпочитая остаться с относительно безопасными пешими солдатами, чем тащиться неизвестно куда вслед за опасным противником. Но старик лишь холодно улыбнулся и заявил, что скорее оставит здесь половину Высших, чем самого гоблина, а если понадобится, так и вовсе понесёт его на собственном горбу всю дорогу.

— Ты доверенное лицо сотника, — коротко и без обиняков пояснил наставник. — А значит, именно тебе предстоит делать доклад перед Тьяа Ан по возвращении. Раз уж мы не сможем захватить ни одного пленного, ведь сил у нас для этого попросту не осталось, то всё, что достанется сотнику, это одни только слова. А слова эти должны исходить от того, кому он полностью доверяет. Именно от тебя.

Гоблин обречённо закивал, окончательно смирившись с ролью достоверного свидетеля последующих событий.

Мы напоиили коней, а затем гнали их добрые несколько часов к ряду, не жалея ни себя, ни измождённых после долгого перехода через солончак животных. Ветер бил в лицо, а стук копыт сливался в единый, монотонный гул, заглушавший все прочие мысли. Прежде чем наконец замедлиться, мы миновали ещё пару развилок, ни на одной из которых, к счастью, не пришлось угадывать, куда именно свернули преследуемые.

Ещё через пару часов Арах, вдруг соскочив на землю у обочины, вскинул руку, подавая знак остановиться, и склонился над обнаруженным свежим лошадиным помётом.

— Тёплый совсем, нэк, — доложил он, брезгливо отряхивая пальцы. — Значит, Плети были здесь совсем недавно. Меньше получаса назад.

Мы как раз остановились у подножия невысокого пригорка, а потому спешились и осторожно поднялись на его вершину, чтобы не выдать своего присутствия силуэтами на фоне неба. Пригорок оказался значительно выше, чем можно было предположить снизу — он служил своеобразными воротами в неглубокую долину, раскинувшуюся дальше, в низине.

Там, среди пожухлой травы и редких зарослей дикого кустарника, притаилось небольшое покинутое поселение. Пара сотен двух- и трёхэтажных каменных домов, никак не больше — тесно сгрудившихся вдоль немногочисленных улочек.

— Гномий город? — предположил один из рунников, прищурившись и разглядывая правильные, почти геометрически выверенные очертания построек.

— Не обязательно, — тут же возразили ему из задних рядов. — Горная гряда не так уж далеко отсюда, так что добыча камня в этих землях никогда не была чужда и другим расам.

Подняться на пригорок мы успели как нельзя более вовремя. Прямо на наших глазах четыре пыльных следа — теперь уже отчётливо различимых даже невооружённым глазом — сворачивали с окраины и уходили вглубь центральной улицы города, теряясь между тёмными, безжизненными фасадами.

Из северной части поселения расходились две дороги — одна на восток, другая на запад, обе такие же заросшие и заброшенные, как и та, по которой мы добирались сюда. Поэтому мы, затаившись на возвышенности среди редких валунов и колючего кустарника, терпеливо ждали, надеясь увидеть, каким именно путём Плети в конце концов покинут город дальше.

Прошло полчаса. Тени в долине заметно удлинились, а прохладный вечерний ветер заставил меня поплотнее закутаться в плащ. Затем прошёл ещё час, наполненный лишь тихим шелестом травы да редкими перекличками какой-то невидимой птицы, притаившейся где-то в развалинах. Но пыльный след, который непременно должен был подняться при выезде всадников из города, так и не появился ни на одной из двух дорог.

Арах рядом со мной то и дело нервно перебирал когтями по земле, а один из рунников, пристроившийся чуть поодаль, беззвучно шевелил губами, будто про себя возносил богам молитвы, лишь бы хоть чем-то занять голову в этом изматывающем ожидании.

— Решили заночевать в городе, — высказал я предположение, покосившись на клонящееся к горизонту солнце. — Закат уже совсем скоро, часа через два, не больше.

— Похоже на то, — Зуг’Гал тоже задумчиво прищурился на светило.