Зима возмездия (ЛП), стр. 44
— А обязательно прямо сейчас?
— Иначе бы я не пришёл, верно?
— Но я уже давал показания и не горю желанием повторять всё по второму разу.
Коллеги Доминика теперь тоже разглядывали девчонок, напряжённо стоявших рядом с Пуласки. Здоровяк оценивающе оглядел Нину, и,на мой вкус, его взгляд задержался на её груди на секунду дольше положенного.
— Эй! — Пуласки щёлкнул пальцами. — А вы двое лучше выйдите ненадолго, чтобы я мог поговорить с Домиником наедине.
— Только если девочки пойдут с нами, — ухмыляясь, заявил бородатый.
В его сальном смешке было что-то отталкивающее.
Фитнес-тип тоже осклабился, потом вдруг посерьёзнел.
— Странно, что вас вообще сюда пустили в таком прикиде. Полиция вам так мало платит?
Он окинул Пуласки взглядом сверху донизу, и в этом взгляде отчётливо звенело слово «бомж».
— Вот именно, вы и уходите! А мы с девочками остаёмся, — добавил верзила. — С какой это стати нам убираться? Страна свободная, или как?
— А с такой, что иначе я тебе палец сломаю, если ещё раз так посмотришь на девочек, ясно? — прорычал Пуласки.
— Папа! Деэскалация — это вообще-то…
— Помолчи!
Верзила сделал шаг навстречу. Тон стал жёстким. Похоже, после рабочего дня ему требовалось немного поиграть в крутого мужика, чтобы спустить офисный пар.
— Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь? Не будь ты полицейским, старик, я бы тебе давно вмазал.
— А не будь я полицейским, я бы тебя так вежливо отсюда не выпроваживал — сразу вытащил бы за ухо на улицу.
— Папа! — прошептала Ясмин.
Господи, помолчи же ты наконец! Нервы сдают. Я слишком взвинчен. Но Ясмин ведь раньше ни разу не видела меня в деле.
— Курт, проблемы? — окликнул один из мужчин со стола рядом.
Это был тот самый, которого Пуласки задел плечом у входа.
— Если вы оба просто продолжите играть — никаких! — отозвался он.
— Но…
Пуласки поднял руку.
— Что я только что сказал?
Здесь твоя дочь. Возьми себя в руки!
Он проигнорировал тех двоих за соседним столом и снова повернулся к верзиле.
— Будьте добры, отойдите на минутку, — произнёс он, стараясь придать голосу примирительный тон. — Потом доиграете, и я даже оплачу вам ещё полчаса сверху. Идёт?
— Не нужны нам твои деньги, бомжара! — Верзила щелчком стряхнул что-то с воротника Пуласки. — Я в сортир. Через десять минут вернусь.
Он протиснулся мимо, задев Пуласки плечом.
Его приятель тоже молча покинул зал — но не раньше, чем напоследок подмигнул девчонкам.
Да ладно, забей. Главное, чтобы эти два козла свалили.
Те двое за соседним столом тут же возобновили игру.
Пуласки провёл рукой по лицу, глубоко вдохнул и понизил голос:
— Я только хочу знать, был ли Клаус Хинце три дня назад здесь с дамой. И разговаривал ли он в тот вечер с вами или с кем-то по телефону.
Доминик задумался.
— Нет, ничего такого. Мы ведь были здесь не вместе. Я играл в бильярд с коллегами — мы тренируемся к…
— А Хинце?
— Сидел у стойки. И да… разговаривал там с какой-то женщиной.
— Вы сказали об этом сотрудникам уголовного розыска?
— Нет. Они меня об этом не спрашивали.
Ну конечно!
— А самому вам в голову не пришло, что это могло оказаться важным?
— Пуф-ф. — Доминик надул щёки. — Для Хинце флиртовать с женщинами было делом обычным.
Он мельком взглянул на Нину и тут же смущённо отвёл глаза, словно знал об интрижках своего шефа не понаслышке.
— Эту женщину вы знали?
Доминик покачал головой.
— Никогда раньше её не видел.
— Как она выглядела?
Он думал недолго:
— Высокая, стройная, длинные ноги, длинные тёмно-каштановые волосы. И молодая, примерно моего возраста.
— Потому она вам и запомнилась?
— Нет. Запомнилась потому, что на ней было обтягивающее красное платье, а на руке — шуба.
Примечания переводчика:
Криминалькомиссар / старший криминалькомиссар (нем. Kriminalkommissar / Kriminalhauptkommissar) — звания в немецкой уголовной полиции (Kripo), примерно соответствующие следователю и старшему следователю.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 30
ГЛАВА 30
Спустя два с половиной часа у Эвелин нестерпимо жгло глаза. То ли от бесконечного вглядывания в мониторы, то ли от едкого запаха летучих мышей, которые в соседней комнате уже просыпались и возбуждённо били крыльями. То ли от ежей. То ли от всего разом.
После того как все запросы прогнали по второму кругу и снова получили круглый ноль, Фло принялся поочерёдно убирать то один, то другой параметр, который мог оказаться ошибочным. Тогда на экране всплывали десятки потенциальных кандидатов, и они придирчиво изучали данные — увы, без малейшего толку.
Та самая пресловутая иголка в стоге сена. Где-то в их рассуждениях крылась ошибка, и теперь идеи иссякли окончательно.
Обессилев, Фло уронил подбородок на лежащее на столе предплечье и сосредоточенно замер. Эвелин ощутила его тёплое дыхание на тонких волосках своей руки. По спине пробежали мурашки, и она понадеялась, что он ничего не заметит.
Наконец она помассировала веки.
— А теперь мне всё-таки можно чего-нибудь выпить?
Фло поднялся.
— Прости, я болван. Совсем забыл спросить. Горячее молоко с мёдом?
Она кивнула.
— Да, пожалуйста, только без мёда. Плесни лучше «Бейлиса», если есть. Ром тоже сойдёт.
— Алкоголь?
— Боюсь, сейчас без него никак.
Пока он возился на кухне и оттуда доносилось звяканье посуды, она снова уставилась в мониторы.
— Что бы мы тут ни накопали, — крикнула она в сторону кухни, — одно ясно.
— И что же? — Микроволновка пикнула, и Фло вернулся в гостиную с кружкой тёплого молока, сдобренного «Бейлисом».
— Спасибо. — Она пригубила. — Если двойник и впрямь намерен несколько недель, месяцев, а то и лет выдавать себя за Михаэля Коттена, возникает вопрос: будет ли кто-то искать его самого — в прежней личности?
Фло вопросительно поднял на неё глаза.
Она сделала ещё глоток и почувствовала, как алкоголь разливается по телу приятным теплом.
— Что скажут публике о том, куда подевался тот, кто теперь играет роль двойника? Двух жизней разом не проживёшь.
— Прежнее «я» должно исчезнуть с горизонта. Он либо официально мёртв…
— …либо числится пропавшим без вести.
Фло сжал переносицу.
— Для этого нужен ещё один запрос. Это надолго.
— Насколько?
— На час.
В замке повернулся ключ. Эвелин выглянула в прихожую и увидела, как сосед Фло в тяжёлых мотоциклетных ботинках переступает порог квартиры.
— Ну надо же, — присвистнул он и забросил шлем на полку. — А я-то был уверен, что застукаю вас обоих за…
— Молчи! — оборвал его Фло и виновато покосился на Эвелин.
Она подмигнула ему, и он залился краской.Боже, до чего же он мил, когда смущается.
Эвелин взглянула на часы.
— Уже поздно. Утро вечера мудренее — продолжим завтра, — предложила она и отставила пустой стакан.
Фло кивнул и, дождавшись, когда сосед скроется в ванной, понизил голос:
— Может, помогут связи с бывшими однокашниками из полицейской школы.
— Только осторожно, — предупредила она. — Всё, что мы здесь творили, — вне закона.
— Я и так осторожен.
— На этом попадались и поумнее тебя. — Эвелин покосилась на дверь ванной, за которой как раз зашумела вода. — На компьютере пароль стоит?
— Это ты про него? — Фло кивнул в сторону ванной. — Само собой.
— Хорошо, — сказала она. — Тогда завтра приходи с ноутбуком ко мне в контору. Там и продолжим.
— Опять всё сначала? — простонал он.
Она кивнула.
— Да, но завтра пойдём другой дорогой, чтобы выяснить настоящее имя нашего клиента.
В ту же ночь, Щецин, Польша
Переговоры прошли как по нотам. Ульрих Зиглер мог в очередной раз собой гордиться — и это в его-то годы. После встречи с польскими политиками, городскими советниками, финансовыми консультантами и риелторами — все за одним столом — и совместного ужина в ресторане его пятизвёздочного отеля Зиглер откланялся и поднялся на лифте на верхний этаж, где располагался его номер.