Уроки хороших манер для дракона, или Ведьмы гадостям не учат (СИ), стр. 9
Мы с Его Величеством Рамстилом поспорили, что я изучу эту мерзость и через два месяца стану самым манерным из придворных лизоблюдов! На артефакт невидимости, доставшийся мне от деда, поспорил, между прочим. А так как это семейная реликвия, и уйти из семьи не должна ни в коем случае, придётся мне в споре выиграть.
Значит, вам, дорогуша директриса, предстоит научить меня всему, что положено.
Но если вы думаете, что сделать это будет как "раз-два" сказать, то…
Тут я довольно оскалился — нет, милочка, легко тебе не будет. Уж я постараюсь сделать так, что ты запомнишь меня и наши уроки на всю жизнь. И начну прямо завтра, с первого занятия, дорогая кнессия Эмерли!
Буду изучать манеры, а заодно присмотрюсь к вам, госпожа директриса. Уж очень странно, что вы скоростной лягушкой поскакали ко мне, едва увидели посла из Странсии. Вы ведь от него убегали, не так ли, дорогуша?
14.
Бланшетта
Половину ночи я не сомкнула глаз, размышляя, что мне делать, если Луциан Гримхарт придет за мной. Воевать с ним я не могу — уже попробовала и результат мне не понравился. Значит нужно куда-то прятаться, но куда?
Получалось, что особо и некуда. Моя первая попытка сбежать от этого монстра закончилась моей поимкой и возвращением в фамильный замок Гримхартов уже через неделю.
Вторая оказалась более успешной, и я скрывалась от луциана целых три месяца.
Но снова была поймана и последствия моего побега были весьма печальными. Для меня, естественно.
Только третья попытка, когда я обратилась за помощью к королеве Элиане, оказалась успешной. Четыре года после этого я прожила спокойно, почти счастливо, и очень надеялась, продолжать в том же духе.
Как мне быть, если Луциан приехал в Агер не просто посланником своего короля, а за мной? Куда бежать, кого просить о помощи, если не королеву? Но она ее не окажет, пока этот дуболом-генерал не научится изящно кланяться, пользоваться носовым платком и есть горошек при помощи ножа и вилки!
Вот эти мысли и не давали мне заснуть почти до рассвета. А когда я все же упала на кровать и провалилась в сон, в него явился генерал Дирк-ар-Торн! Принялся командовать и зачем-то надел мне еще один браслет, теперь на другую руку. Да он с ума сошел! Я и так из-за произвола с блокиратором магии осталась практически беззащитной, а он мне второй браслет надевает!
Еще и усмехался во сне так пакостно, говорил какие-то глупости насчет моей безопасности — якобы теперь он за нее отвечает! Да-да, слышала я такие обещания и не один раз, и что? Ничего! Я в бегах, Луциан все ближе и спасти меня может только.
АХ, ничто и никто меня не спасет, если сама о себе не позабочусь.
С этой мыслью я и проснулась совершенно не отдохнувшая, разбитая и с колотящимся от страха сердцем. Соответственно, к своему кабинету я подошла раздраженная и с синими кругами под глазами. Отвар успокаивающих трав лишь слегка помог привести себя в порядок. Оно и понятно, без поддержки магии ни одно снадобье не сможет превратить недовольную куколку в прекрасную бабочку!
- Мистресс Талула, сделайте мне чай с омариусом, - велела скрипучим голосом, проходя мимо стола помощницы. Не дождавшись ответа, обернулась и посмотрела на нее внимательнее.
Охо-хо. Видимо не только у меня ночь была тяжелой: лицо у моей «правой руки» больше напоминало мордочку выхухоли после пьяного дебоша с гномами в их подземельях.
- Вы заболели? — спросила осторожно: мистресс Талула была очень чувствительна клюбым вопросам на тему ее внешнего вида, здоровья и возраста.
- Я? заболела? Я никогда не болею, кнессия Бланш, вы же знаете! Я слишком молода для болячек, — в полном противоречии со словами, ее круглые птичьи глаза уставились на меня с выражением чудовищной муки.
Я вздохнула.
- Понятно, вчерашний праздник дает о себе знать. Ладно, можете быть свободны —все равно сегодня воскресенье и ваш рабочий день закончится в обед.
- Но я совершенно здорова... — вяло возмутилась мистресс мне вслед.
Однако, через три минуты, когда я с чайной чашкой в руках вышла в приемную, помощницы и след простыл. Зато из коридора раздался стук. Вернее, не стук, а грохот, словно горный тролль решил проверить, нет ли за дверью чего съестного.
Догадываясь, кто это может быть, я вздохнула, собрала всю свою преподавательскую волю в кулак и крикнула: «Войдите!»
Дверь распахнулась и в приемную шагнула массивная мужская фигура. В небольшом, заставленном мебелью помещении сразу стало тесно и очень напряженно.
- Восемь часов, пора заниматься, - вместо приветствия объявил генерал Дирк-ар-Торн, а у меня от изумления отвисла челюсть. Заодно чашка едва не выскользнула из пальцев.
15.
При виде генерала, нарядившегося на урок этикета в полный комплект боевых доспехов у меня отвисла челюсть. Серьёзно, мышцы подбородка предательски ослабли, а рот стал квадратной формы. Глаза, наверное, тоже...
— Святая Метла, — выдавила я, с трудом находя слова. — Вы... вы на поле брани собрались? Или, может, ждёте, что из-за шкафа выскочат твари Бездны и мы будем отбиваться от них канделябром?
- Зачем канделябром? У меня есть кое-что получше, — невозмутимо ответил генерал и отточенным движением выхватил из заплечных ножен огромный, угрожающе сверкнувший меч. Со свистом разрезал им воздух у меня перед лицом и самодовольно спросил:
- Нравится?
- Я потрясена, — ответила совершенно искренне, давя порыв испуганно отпрянуть и тем самым доставить радость этому дикарю. — Но зачем вы так нарядились?
Генерал невозмутимо окинул меня взглядом. Потом его мрачные глаза медленно ‘скользнули по стеллажам с папками, пустующему столу помощницы, стульям для посетителей. Наконец, он закончил осмотр и сообщил:
— Это моя повседневная форма. Я не вижу причины её менять.
— Причина стоит перед вами и пытается не сойти с ума, — прошипела я. — У нас уроки этикета, а не конкурс на самого мужественного вояку! Снимите. Это. Немедленно. Или... Или я…
Я упёрла руки в бока. Генерал наклонил голову и набычился. Наши взгляды скрестились, словно два копья. Его говорил: «Попробуй только отказаться от урока, и я тебе покажу небо в клеточку». Мой отвечал: «Хуже, чем есть, не будет, вы уже надели на меня блокиратор».
В итоге генерал хмыкнул, сложил губы в гадостную улыбочку и просюсюкал:
- Как скажете, дорогуша, — и одним движением скинул с себя верхний доспех.
Защита полетела на пол, следом ножны, а генерал остался стоять в одной тонкой муслиновой рубашке, ещё и расстёгнутой почти до талии.
- Так лучше? — ехидно приподнял бровь. Шагнул ко мне и встал так близко, что я почти упёрлась носом в его грудь под расстёгнутой сорочкой. Мускулистую такую грудь, исчерченную страшными шрамами и ожогами ещё больше, чем лицо.
- Откуда у вас такие раны? — вылетел из моего рта вопрос. И раньше, чем смогла себя остановить, рукой я потянулась к израненной мужской груди. Прикоснулась к самому жуткому на вид ожогу, проверяя глубину. Губы, точно так же непроизвольно шепнули нужное заклинание и.. И ничего! Блокиратор на запястье не дал выпустить даже крошечной порции лечебной магии.
Генерал от моего прикосновения вздрогнул. Прорычал что-то злобное и резко отступил. Тут и я опомнилась. Отскочила в сторону, мысленно костеря себя на все лады и повторяя, как заклинание: «Бланш, это не твой пациент! Это твой враг».
— Застегните рубашку, генерал! — процедила сквозь зубы, стараясь не глядеть на вздымающуюся от потяжелевшего дыхания мускулистую грудь. — Это неприлично — быть одетым так... так небрежно в присутствии дамы.
Я ожидала отказа и высказываний на тему неуместности моего прикосновения, но неожиданно генерал послушался. Нахмурился ещё сильнее и начал застёгивать пуговицы. Только буркнул: