Путь Строителя 11 (СИ), стр. 33

В дальнем углу, отдельно от всего, лежала какая-то труха. Подошел ближе, наклонился, поковырялся в кучке. Ну да, черная гнилая древесина, пахнет так себе. Не сразу вспомнил, что это такое, а когда дошло, едва не рассмеялся.

Гнилоход ведь! Точнее, то, что от него осталось после знакомства с негашеной известью. Тогда, на стене, я буркнул что-то вроде «на компост пустим, вдруг пригодится», и кто-то, видать, принял это к сведению. Собрал сколько смог и аккуратненько сложил в угол склада, на небольшом расстоянии от всего прочего добра, чтобы тоже не стухло.

Нет, ну тут хвалю, на самом деле. Обмолвился всего одним словечком, а народ не поленился, услышал и притащил. Что конкретно делать с перегнившей древесиной кроме удобрения для огородов, пока не знаю, но сам факт, что в деревне кто-то ловит каждое мое слово и берет на заметку даже самые бредовые идеи, дорогого стоит.

Присел на корточки рядом с кучей и запустил пальцы в труху. На ощупь гниль оказалась рыхлой и неприятно влажной, куски проминались при малейшем нажатии и рассыпались прямо в ладони. Цвет от серого до черного, запах соответствующий, а местами на поверхности виднелись подсохшие неровные пленки.

Вот это уже интереснее… Ошметки от самого паразита, склизкого червяка, который сидел внутри ствола и рулил всей конструкцией. Подцепил ногтем одну такую пленку, снял, поднес к глазам. Сероватая корочка, ничего примечательного, под ней все та же труха. Где хозяин щупалец, наводивший ужас на стене? Перегнил и размазался по древесине, только следы присутствия и остались.

Работать, правда, приходилось аккуратно. На некоторых кусках слизь еще не высохла окончательно, бурые потеки блестели в полутьме склада, и соваться в это голыми руками не тянуло. Кто знает, что за дрянь выделял гнилоход при жизни, вдруг контактный яд. Хотя вряд ли, иначе мужик, который это собирал, уже бы пожаловался, а раз жив и здоров, значит можно работать.

Цель у меня была конкретная и совершенно понятная, если гнилоход уничтожал органику одним прикосновением, значит где-то в этой трухе мог остаться след механизма! Ну, руна гниения какая-нибудь, или хотя бы узелок, объясняющий природу разложения.

Так что честно пропускал Основу через каждый подходящий кусок, не жалея тратить довольно серьезные объемы, и результат неизменно один… Энергия просто прокатывалась по мертвым волокнам и рассеивалась без следа. Ни одного узелка, ни намека на вместимость, просто тухлая труха лежит и ржет надо мной, вот и всё.

Со стороны картина наверняка прекрасная, взрослый парень сидит по уши в черной гнили и ковыряется в трухе пальцами с совершенно сосредоточенным видом. Потратил полчаса и проверил все мало-мальски целые куски, после чего решил закрыть вопрос окончательно, выбрал фрагмент покрупнее и пустил анализ.

[Анализ материала…]

[Анализ завершен]

[Объект: фрагмент разрушенной древесины (носитель паразита). Состояние: полная деградация]

[Прочность: отсутствует. Структура волокон разрушена]

[Вместимость Основы: отсутствует]

[Особые свойства: не обнаружены. Следы паразитарного воздействия без остаточной активности]

[Применение: непригоден в качестве материала. Возможно использование как органическое удобрение]

Ну вот и подтверждение. Труха есть труха, вся магия гниения сдохла вместе с паразитом, когда его залили известью.

Сел на сырой пол, отряхнул руки, чтобы труха на одежду не попала и не сгноила ее, посмотрел на гору гнили и все равно ухмыльнулся. Собственно, это ведь тоже результат, и если протянуть логическую цепочку чуть дальше, ответ напрашивается сам.

Нам нужен сам гнилоход, причем живой и желательно здоровый.

Поймать эту сволочь, можно даже не вытаскивать из бревна, притащить целиком в деревню и посадить в выгребную яму. На словах звучит проще, чем на деле, но идея-то рабочая, если так посмотреть.

Гнилоход не самая опасная тварь в лесу, он портит все вокруг, однако живое сожрать скорее всего не способен, разлагает только мертвую органику. Тем более на нас напала крупная особь, а мы будем искать кого помельче. Мужик на стене рассказывал, что видел в глубоком лесу мелкого, раз в десять поменьше нашего, так что и я смогу отыскать.

И ведь так даже удобнее, чем руны расставлять. Будет жить домашняя зверушка в яме, кормить ее исключительно отходами, она еще радоваться должна такой кормушке. А дальше дело техники, переселяем из колодца в колодец, компост получаем в разы быстрее, и селитру не за годы ожидания, а за месяц, а то и за неделю. В общем, нужен гнилоход, и нужен срочно.

— А я говорил, что он к гнилушкам полезет, — раздался голос за спиной.

Обернулся и увидел, что все пятеро стражников торчат из-за двери и наблюдают за моими действиями. Судя по расположению голов, один над другим, они там выстроились лесенкой и подглядывали уже давно.

— Ладно, с меня медяк, — вздохнул второй и полез за пояс. — Рей, ну зачем тебе эти гнилушки? Почему не к лосиным рогам сначала пошел?

— Они всем нужны, зря вы так, — махнул на них рукой, пожалуй уже в десятый раз за сегодня. — Идите охраняйте лучше, а то мне уже страшно представить, сколько все это добро может стоить.

И правда, я не рассмотрел и процента от того, что тут сложено. Пошел исправлять упущение, пара часов до остывания кирпича у меня еще есть.

Всё, здравствуйте рога. И стражник в чем-то прав, я о них не перестаю думать с тех пор, как первый лось приопустил башку и жахнул по башне зеленой молнией. Подошел к горке, выбрал средний по размеру экземпляр и осмотрел повнимательнее.

Сантиметров пятьдесят в длину, с одной куцей недоразвитой лопатой и тремя короткими отростками, молодой лось, года три, не больше. Костяная поверхность гладкая и на удивление тяжелая, плотнее зубрового рога. Цвет основной массы серовато-бурый, но по всей длине тянутся тонкие ломаные зеленоватые прожилки. Они расходятся от основания к кончикам, ветвятся и на свету чуть заметно мерцают, будто внутри теплится остаточный заряд.

А по бокам виднелись расслоения необычной формы. Трещинки шли не прямо, а резкими зигзагами, меняя направление на каждом сантиметре. Рисунок до странности напоминает ветвящуюся молнию, и совпадение это вряд ли случайное.

Повертел, прикинул на вес, пропустил каплю Основы, но никакой реакции не последовало. Она прокатилась по волокнам, добралась до зеленых прожилок и через расслоения просто испарилась без видимого эффекта. Каналы сброса, наверное, или что-то вроде того. Рог не копит Основу, а пропускает через себя и выбрасывает наружу. Логично, если вспомнить, что лоси на поле боя вытворяли, но всё равно природа пока понятна не до конца и это всего лишь предположения.

Ладно, основу я так-то не зря копил, понимал, что в любом случае придется запускать анализ.

[Анализ материала…]

[Анализ завершен]

[Объект: рог особого лося (средний экземпляр, молодая особь). Материал: уплотненная костная ткань с кристаллическими включениями]

[Целостность: 70%]

[Износ: 62%]

[Вместимость Основы: крайне низкая. Материал не предназначен для накопления]

[Особые свойства: проводит Основу через внутреннюю сеть кристаллических прожилок и расщепляет на выходе. При достаточном импульсе способен создать мощный дистанционный выброс концентрированной Основы, по проявлению близкий к стихии молний]

[Внимание: каждое использование разрушает внутренние кристаллические структуры.]

Ага, понятненько… Почесал затылок, покрутил рог в руках. Ну да, хотел пушку Теслы, а получил одноразовый рог. Хотя может и не одноразовый, мало ли, вдруг ультимативный разряд, которым можно прошить голема насквозь, стоит всего полпроцента износа? В таком случае вещица дельная.

Пропустил одну единичку Основы, и она снова ушла через расслоения, ничего нового. Решил поддать порезче, вбил сразу три единички, резким коротким толчком.

Разряд прокатился по зеленым нитям внутри рога, и трещинки заискрили. Пробежали зеленые всполохи, воздух вокруг рога дернулся, а под пальцами я почувствовал, как поверхность начала расслаиваться. Пластинки костяной ткани отходили от основания и загибались наружу, обнажая высохшие полости.