"Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ), стр. 950
Мои губы растянулись в улыбке.
— И поэтому ты сейчас слаб, Арес. Поэтому так хочешь, чтобы люди и Боги сошлись в новой войне — ведь даже если в ней проиграют все остальные Боги, ты выиграешь!
— А, ты об этом, — Арес рассмеялся жестяным смехом. — Ничего, Сизиф, даже если я немного ослаб, во все ещё достаточно силы, чтобы размазать тебя по стенке. Знаешь, что меня сейчас питает?
Он ударил мечом по полу; побежавшая по мрамору трещина сбила меня с ног, отбросила подальше.
— Прямо сейчас там, у людей, идёт подготовка к войне с нами, — продолжал Арес.
Удар!.. Я не успел увернуться, и потому копьё Ареса ударило меня прямо в бок; тело пронзила вспышка боли. Если бы не божественная сила, одного этого удара было бы достаточно, чтобы меня прикончить.
— Лозунги, марши! — расписывал Арес. — Обещания надрать нам зад!.. Конечно, это ещё не война, но уже бодрит!..
Я покачал головой; выпад — и мой меч пробил защиту Ареса, вновь ударил его в грудь, отбрасывая назад. Всё-таки я был чертовски хорошим мечником.
— Знаешь, в чём недостаток лозунгов, маршей и громких обещаний? — заметил я. — Они слишком часто оканчиваются ничем. Пшиком!
Новый удар целил прямо в лицо Аресу, в щель шлема; тот подался вперёд, пытаясь контр-атаковать — но я в последний момент увернулся и обрушил меч вниз, переходя от обманного выпада к настоящему удару. Клинок прорубил доспех и плечо до самой кости; левая рука Ареса повисла, наполовину отрубленная. Крутанув меч, я расширил рану, а затем…
Дар Шезму!
Кровь цвета расплавленного золота плеснулась во все стороны; оторванная рука Ареса вместе с алым копьём полетела к стене и в полёте зашибла ещё двоих стражников. Бог заорал от боли, но, к его чести, не упал, а попытался ударить меня мечом, оставшимся в правой руке.
— Думаешь, этого достаточно, чтобы меня прикончить⁈
— Не думаю, — согласился я. — Ты крепкий малый, Арес. Но знаешь, что…
Вспышка боли; удар его меча скользнул по моей груди, рубашка окрасилась алым. Однорукий Бог расхохотался…
А через секунду его же собственная отрубленная рука с копьём ударила его же в спину, протыкая ему грудь насквозь. В руке была кровь, а где кровь, там и Дар Шезму!
Арес заорал, отвёл от меня взгляд всего на секунду…
Этого было достаточно. Мысленный приказ плащу Артемиды — и вот артефакт уже снова скрывает меня.
— Где ты⁈ — завопил Арес. — Трус! Ничтожество! Покажись, и я…
Не-а, хватит. Надоело.
Удар моего меча снёс ему голову, и та, громыхая шлемом, покатилась по залитым золотой и алой кровью мраморным плитам. Громоздкое тело, загребая оставшейся рукой, завалилось набок.
— Это ещё не конец! — завопила голова. — Таких, как я, не убить так просто…
— Я знаю, знаю, — заметил я, возникая перед ним вновь с фолиантом в руке. — Просто теперь я окончательно доказал, что я сильнее тебя, Арес. Не так ли?
— Просто дурацкая случайность!! — заскрежетала зубами отрубленная голова. — Тебе повезло!.. Несколько артефактов, и…
— Всё как на войне, приятель, — улыбнулся я. — Там тоже не место честному бою и никто не застрахован от случайностей. Без обид.
В моё тело хлынула новая порция чистой силы, прогоняя боль и согревая приятным теплом; доспехи Ареса истаивали, будто пожираемые ржавчиной — и шлем, и рука, и основное тело. Двое живых стражников и Хаск, замерев, следили за тем, как исчезает, превращается в ничто самый яростный сын Зевса…
А затем Хаск, будто очнувшись от долгого забытья, рубанул локтем в горло ближайшему стражнику; раздался хруст — и тот повалился набок со сломанной шеей.
Второй дёрнулся было к Хаску, но я оказался быстрее. Простой удар — и бедняга свалился на пол с размозжённой головой.
Да уж; сейчас во мне было действительно много силы.
Я хрустнул костями, разминаясь после драки.
— … а теперь, — заметил я, — может быть, Хаск, ты пояснишь мне…
Я вдохнул поглубже.
— … КАКОГО ДЬЯВОЛА ТЫ ЗДЕСЬ ВООБЩЕ ДЕЛАЕШЬ, ПРИДУРОК?!!
Зевса буквально трясло от ярости.
Как он смог это проглядеть? Почему никто не проследил, когда?..
Судя по всему, его враги действительно спелись. Жалкие смертные, возомнившие о себе букашки, лишь по случайности нашедшие способ убивать Богов — и Титаны, древние и могущественные, но уже побеждённые им однажды.
Ну, они все у него получат… Нужно только разобраться с текущими проблемами, обезопасить хранилище — и тогда он обрушит свой гнев на тех и на других. Разберётся со сбежавшим из Тартара Иапетом, обратит в пепел людишек. А затем — затем его войска сметут и всё человечество. Сломят любое сопротивление, утопят в крови каждого, кто заикнётся о свободе и независимости. Сожгут целиком эти проклятые Объединённые Герцогства и любую другую землю, что посмеет восстать…
А после безоговорочной победы, когда вся Земля снова будет под властью Богов — и в первую очередь под его властью! — когда всё выжившее человечество будет молиться, в страхе и слезах, их силы хватит, чтобы перезапустить Вселенную и на этот раз сделать всё как надо. Не допуская прошлых ошибок, сделав мир сразу покорным и исключив любую вероятность восстания.
Надо только дождаться, пока уладятся все проблемы на месте; разобраться с этим беглым Титаном, допросить странного смертного, ворвавшегося во дворец, обезопасить сокровищницу…
С этими мыслями, чуть успокоившись, Зевс шагнул в свой тронный зал…
— Афина! — он огляделся. — А где носит Ареса? Он ещё не…
Хитроумное устройство Гефеста выпало у Зевса из рук и загремело по полу.
На полу, возле золотого трона, лежало чёрное, дымящееся тело, в котором ещё кое-как можно было опознать Афину Палладу; рядом зиял дверной проём.
Тот, кто это сделал, не стал взламывать замок. Он просто выбил дверь вместе с частью стены и шагнул внутрь.
— Иапет!!! — взревел Зевс.
Только у Титана можно бы достать сил на подобное.
Глава 12
…Магистр Константин старался не отставать от великанских шагов Титана, что, конечно же, было нелегко.
Что ж; шансы на то, чтобы выбраться из этой заварушки живым, таяли с каждой секундой, но, если вдуматься, не лучше ли умереть, принеся при этом какую-то пользу? А при виде Афины — одной из самых могущественных Богинь Олимпа!!! — испепелённой до хрустящей корочки Константин понял, что уж точно ни о чём не жалеет. Одна лишь эта смерть стоит тысяч таких, как он.
И тем не менее, какой-то червячок сомнения всё же шевелился у него в душе; предчувствие, что всё выйдет из-под контроля — а может быть, никогда под ним и не было.
— Странно, — заметил он на ходу, — что там была она одна. И больше никакой охраны — ни тут, ни на пути сюда…
Иапет оглянулся на него; чёрные руки Титана всё ещё исходили дымом. Да уж, как он прикончил Афину — это надо было видеть…
— Ничего странного. Боги всегда плохо охраняли свои дворцы. Людей они за охранников не считают, а сами слишком горды, чтобы идти на такую чёрную должность. К тому же, — Титан громко и самодовольно усмехнулся, — их отвлекает тот парень, которого ты привёл. С большим мечом.
— Что⁈ — Константину показалось, что его ударили под дых бульдозером. — Хаск⁈ Он тут? Почему…
— Потому что я ему велел, — пожал плечами Титан, не сбавляя хода. — Это Сизифа брать с собой было бы рискованно. А тот парнишка хорошо годится для чёрной работы. Послушный, вопросов не задаёт…
— По… почему ты мне не сказал⁈ — поражённо выдохнул Константин.
— А должен был? — насмешливо пробасил Иапет. — Разве мне нужно отчитываться перед тобой?
— Эй! — Константин гневно взглянул на Титана. — Может, ты большой, древний и убиваешь Богов голыми руками, но я тебе не подчинённый, а добровольный союзник. А Хаск — их моих мечников. Моих, а не твоих!
— Ты правильно сказал, — равнодушно отозвался Титан. — Я большой, древний и убиваю Богов голыми руками. Вот что имеет значение. Не отставай.