"Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ), стр. 931

— Я о том и говорю! — продолжал нудеть, как потревоженный комар, Хэндлер. — У магистра был план, как сделать всё, не рискуя, а теперь мы в полной жопе! Думаешь, Боги будут меня слушать, если я приду к ним? Или тебя? Любого из нас? Они просто размажут нас, как Борей размазал парней!..

Оба культиста, идущих позади, заметно вздрогнули.

— … а они тут повсюду, потому что это грёбанный мир Богов! И единственный, кто мог бы вытащить нас отсюда, это Сизиф!

— Тогда и шёл бы за ним, — огрызнулся Стерлинг. — Нет, ты увязался за нами!

— Да потому что я для него никто! — лицо Хэндлера покраснело. — Он меня даже не знает! Значит, шанс, что он бы мной пожертвовал, слишком высокий, понимаешь ты это? А Петей он не пожертвует, да и за тобой он лично в Ад спустился!

— Он меня сам же туда и запихнул!..

По мнению Пети, в Ад Стерлинга запихнул сам Стерлинг — когда самонадеянно решил проверить действие фолианта на себе. А ведь Петя тогда предлагал вначале испытать на ком-то другом…

Что поделать. Таким уж он был, ещё до всех событий. Умным (уж всяко умнее всяких Юджинов и Антонов), хорошим парнем, но… слишком самонадеянным и слишком оптимистичным. Видимо, даже несколько месяцев в Аду этого не исправили.

Что же до Хэндлера, то… то… то задолбал уже ныть, честное слово!!!

— Всё равно вам проще было бы с ним договориться! — не унимался тот. — И если бы мы — мы все! — остались с ним…

— Нет, я не должен был оставаться с ним! — не выдержал Петя, оборачиваясь на него.

Они застыли на месте; громкие голоса разносились по лесу — высокому, ярко-зелёному, на вид необычайно древнему, словно все деревья тут застали ещё сотворение их цивилизации. Ни Петя, ни кто-то другой не мог сказать, откуда у них такое чувство, но оно не оставляло никого из них.

Впрочем, каким ещё быть лесу возле Олимпа?

— … не должен был, — продолжил Петя, — потому что Сизиф — не герой и не спаситель. И уж точно не друг мне! Хотите знать, кто он такой? Он — самовлюблённый козёл, который никогда и ни за что не признает своих ошибок, даже если из-за него будет рушиться весь мир.

— Да, но если он наш шанс попасть домой…

— С какой стати? — Петя сдвинул брови под очками. — Что, по-твоему, Сизиф сделал бы? Щёлкнул бы пальцами и вернул нас всех обратно? Если бы он мог — мы уже были бы там, но знаешь, что?

— Ч-что? — Хэндлер отступил на два шага.

— Он не щёлкнул, — закончил Петя.

И, развернувшись, зашагал дальше.

Наверное, было немного неосторожно вот так орать здесь, рискуя, чтобы их заметил кто-нибудь нежелательный, но… иначе Хэндлер так и продолжил бы ныть, разве нет?

— … и всё-таки, — теперь Хэндлер заговорил шёпотом. — Как мы планируем вернуться? У нас есть какой-то план?

— Так же, как и попали сюда, — осадил его Стерлинг. — С помощью мозгов.

— Но прямо сейчас мы что делаем? — допытывался культист. — Почему мы идём по этому лесу?..

Петя тяжело вздохнул.

— Потому что ты задаёшь неправильные вопросы, Хэндлер, — заметил он.

— А? — не понял тут.

— Надо спрашивать не почему мы идём, — обернулся на него Петя, поправляя очки, — а куда и зачем.

Да, так уж вышло, что они прилетели в мир Богов и не знают, как вернуться обратно. Но… что толку будет просто найти выход — и попасть обратно в мир смертных, чтобы через неделю или месяц сдохнуть на божественной войне?

Они попали сюда случайно, но это шанс, особенно в преддверии войны. И не воспользоваться этим шансом было бы довольно глупо.

Берик радостно трусил через поле по направлению к цветущей виноградной рощице, то забегая вперёд, то уходя куда-то вбок. Кажется, он воспринимал всё происходящее как весёлую и долгожданную прогулку.

Что до нас, остальных, то мы вели себя немного сдержаннее. Я прижимал себе фолиант, Хаск закинул на плечо огромный меч. Кажется, Дит говорил о его волшебных свойствах; а нет ли среди них опции «Уменшить меч» или «Спрятать его в карманное измерение»?.. Нужно покопаться, посмотреть, а то неудобно же так таскаться с ним повсюду — только внимание привлекать.

— … в целом, тут жить довольно сложно, — распинался Константин, идя впереди, — но можно. Главное — не попасться на глаза большим дядям, но, по счастью, тут рядом есть укрытие.

Укрытие? Это, конечно, хорошо, но сколько ты планировал торчать в нём?

— Без него я бы давно загнулся, — продолжил мужчина, точно услышав мои мысли. — Попал сюда, что происходит на Земле — не знаю, как вернуться обратно — не знаю. Только и оставалось, что пить и гадать, остался ли ещё кто-то в живых…

— … пить? — удивился Хаск, перекладывая меч-рельсу на другое плечо. — Но… Вы же…

— Что, хочешь сказать, что я не пью? — рассмеялся Константин. — А ты поставь себя на моё место. Знать, что выхода нет, что всё плохо, и даже не иметь возможности вмешаться. Плюс к тому, осознавать, что я — не я, а созданная Вихрем копия.

Он поморщился.

Да уж. Если так приглядеться, то Магистр… скажем так, весь его облик говорил о том, что он знавал и лучшие времена. Одежда в каких-то пятнах, борода, которую я запомнил аккуратной, теперь всклокочена, а самое главное, в глазах — усталость и безнадёга.

— Сейчас дойдём до места, и вы мне всё расскажете, парни, — он покачал головой. — В подробностях, от и до!..

Пока что Константин задал лишь один вопрос — что с Амирой — и, услышав, что, когда мы видели её в последний раз, она была жива и здорова, отсиживалась в поместье Лебедевых, удовлетворился этим. Кажется, он и впрямь опасался, как бы по наши души не явился кто ещё из Богов, поэтому спешил увести нас в известное ему укрытие.

Я оглянулся на Олимп. Близко, очень близко… кажется, если сосредоточиться, я даже могу припомнить, как отсюда туда добраться.

Интересно, как там Петя и остальные? Они ведь направились прямиком в сторону Олимпа; мы-то хотя бы уходим в противоположную.

Где-то впереди Берик уже вбегал в виноградную рощу, когда вдруг неожиданно затормозил и, закрутив всеми тремя головами, принялся оглушительно чихать; звук разносился по всему открытому пространству.

Что, запах не нравится? Мы трое уже как раз подошли на достаточное расстояние для того, чтобы этот чарующий аромат явно испорченного винограда достиг и наших ноздрей. Мы с Хаском удивлённо принюхивались, и только Константин, кажется, ничего не замечал.

— Да, с непривычки долго будешь морщиться, — заметил он. — Ещё одна причина напиться, парни. Когда выпьешь, этот запах не так режет нос.

— Как-то… не очень вдохновляющая речь, — отозвался я. — Как для Магистра Ордена мечников.

Константин медленно покачал головой.

— Скажи честно, Стерлинг… или кто ты там…. как тебя на самом деле…

— Сизиф, — сухо подсказал я. — Очень приятно.

— Ага, очень. Скажи честно, Сизиф, — повторил он. — У тебя есть выход отсюда? Какой-нибудь волшебный ключ. Может, магическое заклинание в этой твоей книжке, что ты так бережно несёшь…

— Не-а, — я покачал головой.

— Ну вот и всё, — Константин пожал плечами. — Мы не дома, и Ордена здесь нет. Никакой я теперь не Магистр Ордена, а вы не мечники. Даже несмотря на вот это.

Он указал на клинок на плече у Хаска.

— Мы там, где железками вроде этой никого не вырубишь даже ненадолго. Не говоря уже про серьёзный урон…

— Я с этим не согласен, Магистр… — начал было Хаск.

— Вот и я был не согласен, когда только попал сюда, — отбрил его Константин. — В первые дни всё не мог смириться, рвался что-то сделать. Но пока мы тут — пока мы на их поле — мы ничего не сделаем. Чёрт, да мы даже на Земле…

Упс. Кажется, всё это и правда было слишком для Константина. У человека тут кризис личности, ну или как эта штука там называется.

— Но мы же ведь… — вновь попытался возразить ему Хаск.

— Да, — подтвердил я, качая Хаску головой. — Мы на их поле, и это хреново.

Константин, конечно, наш и всё такое. Но он провёл здесь много времени, и пока мы не поймём, чем он тут всё это время занимался, лучше бы не болтать лишнего. Он не успел увидеть мёртвого Борея — тело Бога рассыпалось в прах слишком быстро — и…