Меня не сломать. Развод (СИ), стр. 6
– До четырех. Хорошо, давайте попробуем, – сдается она.
Воодушевленная своей маленькой победой, я возвращаюсь за руль и, поглядывая на часы, мчусь в клинику.
Уехали мы с Катей рано, до пробуждения Стаса. Но мне пришлось приготовить ему завтрак – горячие бутерброды с сыром и ветчиной. Я ненавижу его, презираю за ложь, но… Приходится делать вид, что все в порядке и усыплять его бдительность…
Паркуюсь возле шикарного здания с блестящими стеклами и вхожу в холл.
– Здравствуйте, я к Анне Вадимовне, моя фамилия Аникеева.
– Кабинет номер двести семьдесят один, второй этаж. Оплатить прием можно в кассе, во-он в том окошке, – произносит регистратор в розовом, форменном костюме.
Очереди нет, людей немного. Предупреждаю Филипповну, что задержусь и вхожу в кабинет врача.
– На что жалуетесь, Надежда Александровна? – спрашивает Анна Вадимовна.
– Лишний вес, слабость, усталость, иногда головная боль. Я готова пройти обследование, Анна Вадимовна. Мне очень хочется похудеть.
– Вы натощак?
– Да.
– Отлично. Проверим, нет ли у вас дефицитов, сделаем УЗИ. Не волнуйтесь, я дам рекомендации по питанию и образу жизни. Все будет хорошо.
Направлений целая кипа – исследование крови на содержание витаминов, кортизола, инсулина и глюкозы… Сдаю кровь, записываюсь на УЗИ и консультацию гинеколога и мчусь на работу…
Может, мне открыть такой же цех? Оформить самозанятость, снять помещение. Переманивать коллег я, конечно, не буду, но ведь можно попробовать? Полуфабрикаты, особенно, качественно изготовленные, существенно облегчают жизнь молодых или занятых мам…
– Надюша, привет, – встречают меня девочки. – Идем чай пить. Филипповна замесила тесто на вареники, пока картошка варится, можем и…
– Я торт не буду, – решительно отвечаю я. – Печенье тоже.
– Та-ак. А, ну-ка, рассказывай, что стряслось? – пытает меня Андреевна.
– Хочу похудеть, девочки. Поддержите меня, не соблазняйте, ладно?
– Слушай, а если предложить нашему Юрию Владимировичу сделать линейку продуктов для худеющих? – взволнованно произносит Валентина.
– Девочки, я сегодня все утро думала об открытии собственного цеха. Филипповна, подсаживайся к нам ближе, – зову я свою вдохновительницу. – Можно готовить лапшу из безглютеновой муки, сырники без сахара, ленивые вареники без сахара… Что еще…
– Использовать не белый рис, а бурый или дикий. Для тефтелей, например. Не использовать хлеб для приготовления фарша. Вариантов много.
– Надюш, а как ты начнешь работу? Черт… Я бы ушла отсюда, ей-богу, – бурчит Филипповна.
– Нет, я не хочу вас переманивать. Но я могу снять помещение под цех. Правда… Придется оформить кредит. Денег свободных нет.
– У Милы есть одноклассница – риелтор. Я попрошу, чтобы она вас связала, ладно? Женька толковая и порядочная. Она поможет тебе найти подходящее помещение и не нарваться на мошенников. Лишь бы цех подходил под нашу деятельность, – складывает руки на груди Филипповна.
– Я не гонюсь за большими оборотами. Пусть там будут морозильные камеры, хорошая вентиляция, склад для хранения сырья и готовой продукции… Можно пока лепить руками, без прессов и тестомесов.
– Ну уж нет, – возражает Татьяна Андреевна. – Если снимать цех, то полностью оборудованный. Надя, а ты не хочешь поговорить с мужем? Может, он поможет?
– Он против этой затеи. А я хочу зарабатывать больше.
Глава 8.
*Надежда*
Невыносимо хочется слопать чего-нибудь сладкого… Борюсь с собой весь день, а вечером… Забираю Катю из садика и останавливаюсь возле пекарни с нежнейшей выпечкой.
Слабачка я, вот кто! Ни на что не способная толстуха, умеющая лишь, лепить пельмени.
Я и воду пила в достаточном количестве, и продукты с высоким содержанием клетчатки ела по рекомендации Анны Вадимовны… Наверное, я заедаю проблемы? Пытаюсь подсластить нестабильную, несчастную жизнь?
Нужно сесть и проанализировать, что же меня так триггерит? Отсутствие ко мне интереса мужа? Виртуозно испарившийся секс?
Наверно, все вместе… А еще я боюсь, верите?
Боюсь заваривать кашу в одиночку. У Стаса больше денег, связей, возможностей, авторитета, опыта…
А я всего лишь инженер легкой промышленности, умеющий отобрать сырье, оптимизировать затраты, отсортировать чертежи и проанализировать прибыль. А разве этого мало? Я проработала на текстильном комбинате всего год, а потом Стас убедил меня уволиться…
«Вредное производство негативно скажется на будущем ребенке».
«Я зарабатываю достаточно, чтобы моя жена сидела дома и ждала меня с ужином».
А мне и посоветоваться было не с кем…
– Вкусно, мамуль? А мне кренделек отрежешь? – вырывает меня из задумчивости Катенька.
К слову, в садике она спала неплохо. Заснула самой последней, долго капризничала. Но Лидия Ивановна проявила профессионализм – читала ей сказки, гладила по голове. Катя проснулась самой первой, сама оделась… И спокойно играла в зале, пока другие детки смотрели сны.
– Да, милая.
От кренделя с маком мало что осталось. Заливаясь краской стыда, я отрезаю дочери кусочек, слыша, как в замке поворачивается ключ.
– Привет, хорошо, что ты дома. Я боялся, что опять… – брезгливо морщится Стас, глядя на выпечку. – Опять шатаешься по магазинам, покупая всякое говно.
– Ты о чем, Стас? И… Что ты хотел? – нарочито равнодушно спрашиваю я. Внутри же все кипит… Он еще смеет меня осуждать?
Он запер меня в доме. Лишил работы, карьерного роста, собственных денег. Привязал к себе, как собачонку…
А теперь я стала ненужной… Тупая, никчемная мебель – изношенная, но выбрасывать жалко… Как старое, продавленное кресло.
– У нас сегодня корпоратив. Приготовь мне черную рубашку из последней коллекции Марио Орланте. Ну, ту, что я покупал…
Он покупал ее, когда отдыхал с Камиллой в Красной Поляне. Кажется, я все их места запомнила… Рестораны, где они бывают, выставки… И вывеска этого магазина одежды премиального качества тоже попала в кадр… Но я молчу, делая вид, что ничего не знаю…
– Конечно. Мне тоже собираться? На корпоратив. Там все ваши с женами придут? – глуповато моргаю я.
– Какой тебе корпоратив, Надь? У тебя нет платья. И таких платьев… Вряд ли их шьют. Подошел бы чехол на танк, – хихикает он, торопливо раздеваясь. – Не знаешь, у кого можно одолжить чехол?
– Да, он бы подошел, – подхватываю его шутку я. – Тогда дай мне денег, я закажу себе чехол в ателье. Пусть висит на всякий пожарный. Мало ли… Вдруг тебе придется когда-нибудь взять меня? В обычных магазинах нет таких, больших размеров.
Стас не знает, что есть одежда семидесятого размера… И больше. А я всего лишь пятьдесят второго. Но у меня нет сил и желания его переубеждать.
– Деньги, деньги… Разбаловал я тебя, Надежда. Тебе повезло, что у меня настроение хорошее. Пять тысяч хватит?
Катя играет с куклами, а я хвостиком хожу за собирающимся на корпоратив мужем… Он обмывается в душе, не стесняясь меня и не удосужившись прикрыть дверь. Быстро обтирается, бегая по квартире. Носки, рубашка, черные брюки… Дорогие, купленные в одной из командировок в Москву, часы…
– Двадцать пять.
– Что? – возмущается он, брызгаясь одеколоном.
– Я куплю себе духи и сумочку. Новый год не за горами, тебе придется взять меня на корпоратив. Твой начальник будет рад, увидев, какой ты преданный и верный семьянин. Это прибавит тебе очков, Стас. Разве нет?
– Ладно… Закажи чехол, тьфу… Платье. Купи к Новому году туфли. Ты права, Надь. Я сейчас переведу тебе, окей? Побегу я, лады?
– Счастливо отдохнуть.
Он торопливо обувается, оставляя в прихожей аромат парфюма… А на экране моего смартфона всплывает уведомление о поступлении тридцати тысяч.
Одни его туфли стоят столько… Или рубашка проклятого Марио Орланте. Но я и этому рада…
– Мама, ты себе купишь платьице? – улыбается Катенька.